Помни о микротанцорах - Сергей Герасимов

– Это кремний? – спросил Гектор.

– Разумеется. – Аналоги обыкновенных огранических молекул, квази-жиры, белки, нуклеотиды, но углерод заменили на кремний. Но ты же работал с кремниевыми существами, ты должен помнить.

– Они были не сложнее амеб. Еще кое-что, но все остальное было неудачно…

Это когда-нибудь применяли?.. Постой, тот карлик? Это был он?

– Вот именно. Вообще-то, поначалу это называлось проект «Мегатанцор».

Ирония судьбы, правда? О микротанцорах тогда еще никто не слышал. Вначале было сделано всего три заряда, плюс два использовано на испытаниях. Потом заряды исчезли, а после этого был теракт и с карты исчез город в четырнадцать тысяч человек. Приморский городок. К счастью, тогда был не курортный сезон.

Карлика, который подложил заряд, доставили к нам. Карлик, когда мы его получили, был почти мертв. Мы колдовали над ним, как могли. Остальное ты помнишь. Его тело умерло. Его сознание сохранили в главной сети. И именно ты ввел пароль.

– То есть, – сказал Гектор, – Мегатанцора применили только один раз.

– Дважды. В первый раз террористы десять лет назад, во второй – РБЗЖД в конце этого лета. И у них несколько тысяч кремниевых зарядов. Уже поэтому их нужно уничтожить. Они собираются использовать мегатанцора для уничтожения лесов. Сейчас сеть ослабела и продолжает слабеть. Девяноста процентов суши – это леса. Это не просто леса, ты лучше меня знаешь, какие это леса. Если снять контроль…

– Если снять контроль, то через год леса будут занимать сто процентов суши, – сказал Гектор. – Это понятно. У нас не будет средств, чтобы их сдержать.

– Кроме мегатанцора, – напомнил Джото. – РБЗЖДистки собираются нанести удар первыми. Представь, во что превратится земля после тысячи мегатанцоров.

Кроме мегатанцора – и еще кое-чего.

– Кое-чего?

– Ты же работал с заводом по производству монокристаллов кварца. Осталось много неактивированных зерен. Есть немало разновидностей таких зерен. Они прекрасно жиут и размножаются, питаясь песком и камнем. Они агрессивны. Сейчас существует столько невключенных зародышей, что можно создать целую самостоятельную каменную биосферу. Программу ведь не свернули после твоего ухода… Если их не остановить, то на земле начнется эпоха каменной жизни.

– Ты уверен, что нас не подслушивают?

– Ты меня обижаешь, – сказал голос главной сети, – уж это я могу тебе обеспечить.

– Кстати, – спросил Гектор, – как это тебе удается? Наверняка десяток компьютеров фиксируют и анализируют каждый мой шаг.

– Это мой маленький секрет.

– Я тебе помогу, – сказал Гектор.

– Давно пора.

В воздухе напротив его кресла появилась виртуальная клавиатура.

– Я же не обещал, что сделаю это прямо сейчас. И я не обещал, что введу пароль.

– Но ты пообещал помочь, – сказал голос.

– Да.

– Этого достаточно. Что ты хочешь взамен?

– Я хочу уничтожить оба муравейника.

– Это немало, – сказал голос, – Сумасшедшие женщины меня не интересуют, они все равно идут к саморазрушению. Но второй муравейник…

– Я не хочу, чтобы люди рождались в сотах, как насекомые. Даже если эти люди будут лучше меня. Факт в том, что это уже не люди, даже если они будут похожи на людей. Именно это мне не нравится. Стоит им появиться на земле и для людей не останется места. Разве не так?

– Конечно так.

– Зачем ты затевал эту авантюру?

– Хотя бы для того, чтобы повлиять на тебя. И это сработало. Бери.

На столике блеснула капсула.

– Что это?

– Лекарство. Там три ампулы с лекарством от болезни муравейника. Одна из них контрольная. Но есть одна мелочь. Не знаю, согласишься ли ты. Я даю тебе лекарство, но я не буду никого лечить. Ты должен сделать это сам.

– То есть?

– То есть, ты сам найдешь червя и сам его убьешь. Нужно разбить ампулу так, чтобы активное вещество попало на него. Важен прямой контакт.

– Почему ты не хочешь мне помочь?

– Потому что я не могу. У меня слишком мало сил. Благодаря тебе, между прочим.

Мохо-Мари стоял перед стариком, склонив голову.

– Мохо-Мари, ты великий воин, – сказал старик. – В жизни ты имел все. У тебя было столько денег, что ты не мог их истратить. У тебя было столько женщин, что ты не успевал их любить. У тебя было столько друзей, что ты не успевал запомнить их имена. У тебя была интересная жизнь. Такая интересная, что люди выстаивали в очереди, чтобы купить диск с твоими воспоминаниями. Ты очень честный человек. Я в этом уверен. Любая нечестность и внутренняя тень твоей души сразу стала бы ясна и видна миллионам людей. Но в тебе нет никакой тени.

Такие как ты – это гордость человечества. И для меня большая честь, что сегодня ты с нами. Ты можешь сесть.

Мохо-Мари молча сел и положил кулаки на стол.

– Ты пришел к нам три года назад, – продолжил старик. – Ты пренебрег мирской славой ради истины. И ты оказался на редкость способным учеником. Если бы ты не был воином, я бы был бы горд иметь такого преемника. То ты воин, а воин должен сражаться и должен погибнуть. Я всегда знал это и ты всегда знал это. Согласен ли ты отдать свою жизнь?

Мохо-Мари молчал. Наконец, он пошевелился и поднял глаза. Глядя на его медлительные тяжелые движения трудно было поверить, что этот человек обладает молниеносной реакцией, мгновенной резкостью и грацией большой сильной кошки.

– Я согласен, – сказал он, – если будет за что. И если это будет настоящая схватка.

– Я выбрал тебя, – сказал старик, – не только из-за твоих физических данных. Твоя сила и твой опыт уникальны. Но меня больше привлекает твой ум. Три года ты учился и постиг столько, что другой не поймет и за тридцать. Ты достиг высших ступеней знания. Ты научился видеть то, что дано видеть лишь нескольким посвященным. Ты можешь увидеть дракона. Значит, ты можешь его убить.

– Как я это сделаю? – спросил Мохо-Мари.

– Ты должен разбить эту ампулу. Внутри яд, который должен попасть на его шкуру. Обязательно на шкуру. Но самое трудное не это. Самое трудное – найти дракона.

– Я найду его, – сказал Мохо-Мари.

– Я не сомневаюсь.

– Мне начинать сейчас?

– Нет. Ты пойдешь ночью. Проведи оставшееся время с пользой.

– Я так и сделаю, – ответил Мохо-Мари и встал.

Когда он ушел, старик включил внутренний вриск.

– Как там дела у нашего гения? – спросил он.

– Спит.

– Что-то долго он спит. Ну пускай, так даже лучше. Сколько раз вы проверяли?

– Очень много, я даже не могу сказать точно. Лекарство настоящее. Оно работает. Но я не могу понять, как он его изготовил. Он не мог изготовить его здесь, значит, он имел эти ампулы с собой. Значит, он все предполагал заранее.