Часть 1 - Дуров Викторович

– Лодка впереди! Только что взлетела!

Иван замерла. Растерялась? Нет, она быстро отдала несколько приказов, и корабль уменьшил скорость, чтобы с этой передней лодкой пока что не сближаться. Лодка может сама полететь им навстречу, но, все же, время выиграно.

– Медленный взрыв? – предложил кто-то из авиаторов.

– Они ждут, что мы это сделаем, – быстро вставил Михаил.

– А что они могут сделать? – возразила Син. – Лодка впереди только одна, если возьмем курс подальше от нее и запустим медленный взрыв, то она попросту не успеет нас перехватить.

– Разве что погонится за нами на медленном взрыве, – поддержал Михаила другой авиатор, которого звали Кон.

– Или взорвет ракеты у нас на пути, – добавила Иван.

– Да, так он и сделает! – быстро согласился Михаил. Это ему чутье подсказало.

– А если погонится, то тоже может выпустить ракету так, чтобы она взорвалась у нас на пути, – твердо продолжала Иван. – Попасть ракетой прямо в корабль с большого расстояния он не сможет… разве что нам очень не повезет. Но если ракета взорвется впереди, то мы влетим прямо в осколки.

– Но мы не можем здесь висеть, нас остальные лодки настигнут! – занервничал еще один авиатор, Дит.

– Может, за товаром укроемся и лебедки прикроем? – неуверенно предложил Кон.

Иван досадливо отмахнулась от предложения, но Кон горячо продолжил:

– Осколки у них легкие, они даже мешок ткани не пробьют, а если корпус продырявят, или окна, или даже если тяги перережут…

– Если хоть один осколок попадет в крыло, оно развалится, – резко перебила Иван. И решила:

– Мы его обманем. Дымовым нырком.

Мард при этих словах облегченно вздохнул, полез в какой-то ящик. Иван засыпала приказами, остальные авиаторы были немного напуганы предстоящим маневром, но прекословить не стали.

Михаил плохо понимал, что происходит, из приказов составил лишь примерное представление о плане Иван: если воздушный корабль складывает крыло, и если возле него появляется дым, то это верный признак того, что корабль переходит на тягу медленного взрыва, превращается в реактивный самолет. Но геометрию крыла их корабля можно изменить таким образом, что его площадь не уменьшится, хотя, если смотреть спереди – покажется, что крыло сложили перед переходом на реактивную тягу. Можно даже так сориентировать другие плоскости, что корабль начнет набирать скорость, а если еще дым добавить, то пилот вражеской лодки наверняка подумает, что медленный взрыв запущен, только топливо еще не разгорелось. И выпустит свои ракеты, если такой был у него план, потому что корабль на медленном взрыве набирает скорость резко, маневрировать при разгоне не может, иначе – сорвется в штопор. И, если ракета взорвется точно по курсу, корабль неизбежно влетит в осколки.

Но, допустим, вражеский пилот купится, и выпустит ракеты, дальше что? Или авиаторы рассчитывают, что на этом ракеты у врага кончатся? К тому же враг не станет выпускать свои ракеты, пока не увидит, что корабль уже разогнался, тогда легче будет стрелять так, чтобы взрывы произошли прямо по курсу корабля.

Когда Мард поджег дымовую шашку, то пошло неожиданно много дыма. И ветром дым вынесло вперед, хорошая маскировка, теперь враг не увидит первоначального маневра корабля. А Мард зажег еще одну шашку, на носу.

Корабль после очередного приказа Иван клюнул носом и сорвался в пике. Падал буквально камнем, невесомость наступила.

– Он опоздал! – удовлетворенно констатировала Иван, которая наблюдала за врагом в телескоп. Это означало, насколько понял Михаил, что враг не разгадал маневра Иван, не успел вовремя пойти на перехват.

Михаил, предчувствуя перегрузку, вцепился в какое-то крепление, однако выход из пике прошел достаточно плавно. Через несколько секунд Иван отдала команду поворота влево, а потом следующую:

– Поджигай! – и авиаторы с помощью особых приспособлений запустили устройства медленного взрыва.

Раздалось оглушительное шипение, корабль рванул вперед так, что Михаил едва не упал. Общаться теперь придется на языке жестов, хорошо, что Михаил его выучил и в звуковой, и в «немой» варианты цефана.

Кон, который был ближе всех к Михаилу, весело улыбаясь, сообщил: «Он не выдержал. Он перешел на медленный взрыв раньше нас. Мы от него оторвемся».

Михаил и сам видел в окно, что вражеская лодка рванула с места, оставляя белый след, до команды Иван запускать медленный взрыв, и что летит враг расходящимся с кораблем курсом.

Но Иван, которая перешла на кормовой телескоп, быстро развеяла радость, просигналив: «Он очень маневренный. Он очень резко повернул. Он заходит нам в хвост».

И самое пугающее: «Он быстрее нас».

«Очень маневренный» – сильно сказано, вражеская лодка поворачивала плавно. Но все же – поворачивала, и все же зашла в хвост воздушному кораблю. Не то общинники-поклонники изобрели особо прочную лодку, не то пилот попался особо рисковый, обычная лодка даже при таких плавных поворотах могла потерять плоскость.

И теперь враг догоняет, хотя очень медленно.

И что дальше? Враг приблизится и выпустит свои ракеты, чтобы те взорвались прямо по курсу корабля. И корабль влетит в облако осколков. Возможности этих ракет авиаторы и Михаил уже обсуждали, пришли к выводу, что менять время взрыва на ракетах нельзя, они тупо взрываются, когда пролетят семьсот шагов, как те, которыми стреляли по кораблю Ера.

Значит, врагу нужно сократить расстояние до семисот шагов, чтобы наверняка сбить воздушный корабль.

Пока что до вражеской лодки тысяча шагов… нет, уже девятьсот семьдесят, как сообщила жестами Иван – в ее телескопе имелся дальномер.

Иван отдала приказ: готовиться к тому, чтобы покинуть корабль. Раскрыли корму, как до того раскрывали нос, чтобы высадить пассажиров (сейчас не ветер обгонял корабль, а наоборот), притащили сдутые шары и баллоны с водородом.

Чутье подсказало Михаилу, что сейчас – далеко не лучший момент, чтобы высаживаться. Предчувствия подтвердил Диз, который посмотрел вниз через телескоп и сообщил, что видит внизу людей, то есть корабль все еще над этой проклятой закрытой общиной летит, ведь могли же общинники расселяться вдоль Реки Ветров. Скажем, на воздушных шарах перемещались, чтобы пешком не ходить. Кроме того, воздушный шар – слишком легкая добыча для врага на воздушной лодке.

Иван приказала повернуть, если общинники действительно только под Рекой селятся, то надо из Реки выходить, чтобы хотя бы высаживаться не над вражеской территорией. Все равно – плохо, их высадку наверняка заметит преследователь, сообщит своим, и те организуют встречу внизу. Пока что Иван больше ничего не могла предпринять, кроме как тянуть до последнего с высадкой, вдруг что-нибудь случится.