Время истинной ночи - Селия Фридман

- Время лезть, - хрипло прошептал Охотник.

- Похоже на то. Вниз или вверх?

- Вверх. - Прежде чем принять решение, посвященный даже не удосужился посмотреть на вершину скалы. - Внизу мне негде укрыться. Я уже проверил.

- А наверху?

- А наверху не знаю. Остается надеяться, что что-нибудь найдется.

Он собрался вложить меч холодного пламени в ножны - и едва не выронил его, рука внезапно утратила малейшую силу. Дэмьен бросился перехватить меч - и сам едва не упал. Но по сравнению с теми трещинками, по которым он сюда вскарабкался, терраса ниши шириной почти в два фута была просто роскошью. Ему удалось удержаться на краю, упав на четвереньки, а свободной рукой перехватив ледяную рукоять, - и лишь затем он, не спеша, выпрямился. Выпрямился, восстановил дыхание и вложил длинный меч в ножны Тарранту.

- Постарайтесь больше не терять, хорошо?

Охотник вяло улыбнулся.

- Обещаю.

- И действительно собираетесь справиться?

Охотник вновь посмотрел на восток, и на этот раз его уже без всяких сомнений забила дрожь.

- А что мне остается?

Дэмьен достал из-за пояса нож и отрезал полосу материи от подола рубахи. Затем еще две полосы. Сплел их, и получилась веревка длиной примерно в восемь футов; это было, конечно, далеко от идеала, но пригодиться могло.

- Привяжите к поясу. - Он передал Тарранту один конец веревки. Другой прикрепил к собственному поясу. Хорошее полотно, крепкая ткань, она должна выдержать, если у кого-нибудь из них подвернется нога.

"Если у него подвернется нога", - мысленно поправился Дэмьен. Непросто будет лезть лицом к скале, особенно если тебя вдруг потянет вниз тяжесть взрослого человека; но ведь Тарранту, который, судя по всему, серьезно пострадал, ни за что не выбраться самому.

Они начали восхождение. И начавшее вместе с ними свое восхождение солнце хотя бы подсвечивало скалу, по которой им предстояло подняться, так что Дэмьену удалось выработать более или менее приемлемый маршрут. Таррант держался молодцом, но руки у него тряслись от слабости, - надолго ли его хватит? По мере восхождения Дэмьен старался не смотреть в небо, но волей-неволей подмечал, что все светлее и светлее становится в окружавших их со всех сторон ущельях.

Они полезли по осыпающемуся скользкому склону - и Дэмьен едва успел подхватить спутника и прижать его к скале, удерживая от падения. Этот контакт позволил ему ощутить быстро нарастающую слабость Тарранта, и это испугало священника. Неужели его так изуродовало земное Фэа? Сколько времени уйдет у него на полное восстановление? Дэмьен повел его дальше, выше, помогая бледным бессильным рукам держаться за стену. Да и поправится ли он вообще? Следующие несколько ярдов оказались достаточно простыми. Дэмьену начало казаться, что они все-таки сумеют справиться с восхождением. Небо меж тем стало совсем синим, а звезды погасли. Они продвигались вперед и вверх ярд за ярдом. Руки священника кровоточили, а руки Тарранта и вовсе были как сырое мясо. Оставалось совсем немного...

И вот они поднялись на вершину, им это удалось, они выбрались на грязное плато - и рухнули прямо в эту грязь, не обратив на нее внимания, рухнули передохнуть, потому что оба чувствовали предельное изнеможение. Перекатившись на локоть, Дэмьен посмотрел на своего спутника. Таррант выглядел весьма скверно. Честно говоря, он вообще никак не выглядел.

- Нужно укрытие, - напомнил Дэмьен. - Скажи, куда идти, и я тебя отведу. Но сам найти ничего не смогу. - Таррант не шевельнулся и ничего не ответил. - У нас осталось не более получаса!

- Меньше, - выдохнул Охотник. - Куда меньше.

Он вроде бы попытался подняться, но сил, необходимых для этого, у него уже не осталось. Дэмьен помог ему встать, предварительно обняв за плечи. Но и так Тарранту это было совсем не просто. И удалось еле-еле.

- Видение, - подсказал Дэмьен. - Найди же что-нибудь!

Охотник устало кивнул. Дэмьен поддерживал его, пока тот всматривался в контуры Фэа, пытаясь определить по ним рельеф прилегающей местности.

- Там, - пробормотал наконец Таррант, указав куда-то на восток. Где-то там.

Они побрели на восток. Время от времени Таррант по-новому всматривался в землю, после чего направление пути менялось. Дэмьен безропотно повиновался любым распоряжениям Охотника. Если бы он начал сейчас задумываться, ему бы первым делом пришло в голову, что Таррант стал совсем никуда. Он даже стоять без посторонней помощи не мог, не говоря уж о том, чтобы идти.

"Может быть, он все-таки надорвался, - подумал Дэмьен. - А что, если он теперь не сможет себя исцелить?"

Охотник опустился на колени; Дэмьен не сразу сообразил, что это произошло не от слабости.

- Здесь, - прошептал Таррант.

И впрямь перед ними оказался овраг, поверху густо поросший терновником.

Дэмьен тоже опустился на колени. Из-за кустов в овраге не было видно дна, поэтому, раздвинув ветки, он отправился вниз на разведку. Колючки оцарапали его и без того болевшую руку, но обращать внимание на такие мелочи сейчас не было времени.

В конце концов он обнаружил яму примерно двух футов в диаметре, которую вполне могло бы вырыть какое-нибудь животное. Он провел рукой по краю ямы, а затем, поняв, что это такое, нажал посильнее. Земля поддалась, и внизу разверзлась кромешная тьма. Снизу, из образовавшегося отверстия, на него пахнуло холодом. Возможно, животные и впрямь пользовались этим лазом, но проделали это наверняка не они. Таррант нашел вход в естественную пещеру.

Он осторожно спустил почти безжизненное тело Владетеля во тьму. Бледная кожа уже пошла красными пятнами под воздействием предрассветных лучей, глаза опухли и налились кровью. Оставалось надеяться, что пещеру они обнаружили не слишком поздно. Когда Таррант провалился под землю, Дэмьен и сам спустился в пещеру.

Было в ней не больше двенадцати футов в диаметре. Спрыгнув, Дэмьен лишь чудом не приземлился на тело своего спутника. Таррант лежал, обмякнув и потеряв сознание, не исключено было, что он уже умер. Что ж, теперь у Дэмьена появилось время разобраться с этим. Но сначала следовало оттащить тело от входа в пещеру, пока на него не попали солнечные лучи. В пещере было полно грязи, и прежде чем Дэмьен нашел особенно укромный уголок, и он и Таррант оказались в грязи с головы до ног. Но тьма означала безопасность. А сейчас имело значение только это.

Он расстегнул плащ посвященного и попробовал снять, а затем накрыл им Охотника как одеялом. Кожа Охотника была холодна и совершенно безжизненна на ощупь, но это совершенно не обязательно было дурным симптомом. Главное, чтобы лицо и руки Тарранта оказались надежно укрыты. Покончив с этим, Дэмьен перевел дух. Потом сделал еще один глубокий вдох. И еще один. Что-то холодное и страшное отпустило его в конце концов. Даже боль в руке вроде бы пошла на убыль.