Шанс на жизнь. Нечего терять - Макар Сарматов

— Тяжко тебе будет, как я понял, капитан не тот человек, кого легко убедить в чем-то. Ему надо, что-то предложить.

— Интересно, и что же?

— Ну, скажем, не гласную поддержку, или новые элементы питания. Научники смогут наштамповать аккумуляторов по нашему принципу? А это перспективы долгого срока службы, большой емкости, быстрой подзарядки и возможность применения в любых условиях. Короче есть, на что обменять. А кэп, станет монополистом по продвижению нашего товара.

— Сорокин, ты прямо торговый представитель коммерческой структуры.

— Скорее, дипломат барышник.

— Ладно, дипломат, пойду, прогуляюсь по их бункеру, поищу капитана.

— Иди, но в следующий раз думай, прежде чем нарываться на драку.

— Да понял уже, исправлюсь. — Сказал Андрей и пошел к выходу из комнаты. — А ты будь на стороже, плазмомет не должен попасть в чужие руки.

Беляев долго ходил по переходам и тоннелям, спрашивая всех встречных, где найти капитана. Он был каким-то неуловимым, то его видели в одном месте, то в другом, и везде Андрей опаздывал. Но чуть позже ему попалась секретарь капитана и сказала, что тот будет себя в кабинете, через пятнадцать минут. Андрей узнал, как пройти к кабинету капитана, поблагодарил девушку и пошел в нужном направлении. То, что назвали кабинетом, было скорее вагончиком как на стройке. Андрюха подошел к двери, постучал и дернул дверь за ручку. Она поддалась и открылась.

— Разрешите? — Спросил Беляев входя в помещение. Кабинет оказался чистым и аккуратным, вдоль глухой стены стояли стулья, рядом с дверью не большой столик с монитором компьютера. Далее шла перегородка с дверью, на которой было табличка. Начальник особого отдела капитан Дзюба А.А.

Беляев усмехнулся, и понял, что кэп начитался литературы о Советском Союзе. И не зная точно, как назывался отдел контрразведки, написал то, что первое пришло в голову, чтобы показать свою значимость. Пройдя к следующей двери, Беляев повторил процедуру со стуком в дверь и вопросом разрешения. Капитан, сидел за столом, лицом ко входу и мрачно сказал:

— Проходи, раз пришел. Что надо? Решил пойти на попятную?

Андрей не стал грубить, а лишь обратился к капитану.

— Мне надо с вами поговорить, я присяду? — кивнул он на стул перед столом начальника «особого отдела».

— Садись, в ногах правды нет.

Андрюха пододвинул стул ближе к столу, и полубоком разместился на нем.

— О чем говорить будем? — спросил капитан.

— Об условиях решения нашего конфликта. Я же не знаю реалий вашего общества. Вот и хотелось узнать, что мы с этим будем делать и как решать эту проблему.

— А что тут решать, ты меня, можно сказать, унизил при подчиненных, я просто обязан наказать тебя и восстановить свою честь.

— Позвольте узнать, как вы намерены это сделать?

— Я убью тебя, на нашем тренировочном полигоне.

— Понятно, значит только это, удовлетворит вас?

— Естественно, а к чему ты клонишь?

— Просто я слышал, что такие вопросы у вас решаются по-другому.

— Да, но это только среди своих, живущих в нашем бункере, а вы пришлые и не знание наших условий жизни не отменяет ваших действий против старших офицеров.

— Капитан, давайте говорить серьёзно, вам сколько лет?

— А какое это имеет значение?

— Поверьте, это очень важно, так сколько?

— Сорок два, и что?

— А это значит, что вы родились здесь в этом убежище. И то что вы носите погоны Вооруженных сил России, не делает вас полноправным офицером.

— Да как ты смеешь, щенок …

— Остановитесь капитан, — прервал его тираду Беляев, — дослушайте до конца. Я служил в армии, ещё до войны, и знаю её из нутрии. Знаю её уставы и субординации. То, что я увидел в вашем бункере, это не армейские отношения. Это больше похоже на взаимоотношения между двумя военизированными группировками. Не знаю, как вы дошли до такой жизни, и кто придумал полубандитские отношения между вами. Но армия это единоначалие, приказы старшего офицера или начальника не обсуждаются. Ни один здравомыслящий офицер не допустит, чтобы на его место мог встать любой, кто его победит на полигоне. Для того, чтобы руководить подразделением, надо многому учиться, а как вы стали «офицером»? По праву наследства от отца, или переиграли предыдущего человека на стрельбах?

Капитан помолчал, а потом ответил:

— Я много читал, многому учился и заслужил быть офицером.

— Вы читали не ту литературу, на художественной литературе не научишься быть солдатом. Там много романтики, много понятий о чести, много разговоров о справедливости, с точки зрения автора. Но это не значит, что так живет армия. Армия — это, прежде всего товарищество, где каждый исполняет свои обязанности. В ней строгая иерархия и чтобы получить офицерское звание, надо перелопатить кучу предметов, от высшей математики до истории государства. — проговорив это, Андрей заметил заинтересованность Дзюбы и решил сыграть на этом. — Так к чему я веду весь разговор, мы конечно можем пострелять друг в друга. Я не очень знаю ваш полигон, но у меня есть опыт настоящей войны, настоящих штурмов помещений. Так что, кто кого убьет, это на воде вилами писано. Но главное не это, главное то, кому от этого будет польза. В любых вариантах выигрывает «полковник» и его люди.

— Так что ты предлагаешь?

— Поступить, как подобает в вашем бункере, мы гости, и не принадлежим к вашему обществу, но это не значит, что нас надо убивать. Мы отстреляемся, как и положено, маркерами. Надеюсь, устроим грандиозное зрелище для публики. Зато потом сможем успешно сотрудничать, я например, могу достать много интересных учебников и методичек, ещё Советской эпохи.

Глаза у Дзюбы загорелись интересом, и он задал вопрос:

— А что вы хотите взамен?

— Не так и много, несколько единиц оружия и боеприпасы к ним, ведь наш бункер практически безоружен.

— А что ещё вы можете предложить?

— Много чего, учебники для детей, методики обучения для преподавателей, и массу художественной литературы. В нашем бункере огромный архив. — Слукавил Беляев, он знал, что всё необходимое добудет в своем времени. И главное, тщательно подберет, чтобы направить мысли этих людей в нужном ему русле. Им надо привить идеалы СССР, и так чтобы не было перегибов.

— Ты убедил меня, я согласен с условиями, но учти, на полигоне я тебе не уступлю и форы не дам.

— А мне и не надо, — улыбнулся Андрей, — главное у нас не будет убийства. А договориться всегда лучше, чем враждовать.

Капитан встал, и протянул руку Андрею.

— Договорились, — твердо сказал он.

— Договорились, — ответил Андрей и пожал руку Дзюбы, — а как тебя звать то, капитан?