Зачистка - Пьер Ясенев

– Пацаны, чего тащите? – борзо спросил один из молодчиков бандитского вида.

– Чего тащим? То и тащим. – не менее нагло ответил, вдруг, Серёжка.

– Ты чего пацан? Попутал что ли? Что, не видишь, с кем базаришь? – наехал второй из молодчиков.

Серёжка, испугавшись немного, но не подав виду, ответил:

– Ща, браты подойдут, и тогда посмотрим, кто кого попутал. Валите отсюда, шавки прихлебательские!

Бандиты от такого явного хамства со стороны молодого не ожидали, только рты раскрыли, а потом один встрепенулся и, достав пистолет, проговорил ухмыляясь:

– Это ты братком называешь трудовика? Тогда, ща я вас без него оставлю!

И развернув ствол в сторону Петровича, выстрелил. Лёха, находившийся на линии огня, даже не подумал упасть, он заворожено смотрел, как ухмыляющаяся морда одного из бандитов становится злой, а потом его рука достаёт из кармана пистолет и, направив на него, стреляет. Он думал, что бандит стреляет в него, но на самом деле беспредельщик выстрелил в Петровича, почти обошедшего Алексея сбоку. Мухин заметил краем глаза, что рядом с ним кто-то валится. В голове сразу всплыло:

– Это же Николай Петрович!

А бандиты после удачного выстрела, который ошарашил ребят, начали смеяться, наблюдая за лицами школьников. Алексей, от злости на свою растерянность, собрался и, увидев, что к ним на помощь спешит Константин Иванович, не дожидаясь, пока он перелезет через забор, перекинул с плеча АКСУ и снял автомат с предохранителя, направив ствол в сторону бандитов. Он не знал, есть ли в автомате патроны, но надеялся, что есть. Всё происходящее его сейчас просто взорвало. Какие-то поддонки, почувствовав свою безнаказанность, убили трудовика ради наживы. Мухин хотел было уже начать действовать, но его остановили слова подбежавшего Гайкина:

– Ребята, спокойно, – и обращаясь уже к беспредельщикам, спросил, – А вы, кто такие?

Это был отвлекающий манёвр. Бандиты, не ожидав подвоха от подходящего с бока субтильного вида мужика, повернули морды в его сторону, даже не направив туда пистолета. Это была их ошибка, последняя ошибка в этой жизни. Гайкин, достав пневматический пистолет, захваченный из тира, начал стрелять в голову бандиту, у которого было оружие. Тот, получив болезненные попадания, отпустил пистолет и схватился за лицо. Пистолет упал в снег. Второй попытался достать какое-то оружие, но было поздно. Гайкин со всей силой заехал ему ногой в живот, а потом, когда тот согнулся, добавил по затылку железной рукояткой травмата. Бандит упал без сознания в снег. Константин Иванович, не останавливаясь, приблизился к первому и отправил того в нокаут с двух ударов, после чего приказал стоявшим и смотревшим во все глаза ребятам:

– Ребята, живо в школу, а затем цинки с патронами затащите. Я их возле забора бросил.

Лёха, получив команду, поставил автомат на предохранитель и поспешил в школу, где возле открытой двери столпились кухарки и другие обитатели школы, которые успели убежать от троллейбуса. Серёжка, Мишка и Игорёк поторопились за Лёхой, а Гайкин принялся обыскивать лежавших бандитов. Забрав у них оружие, он хладнокровно выстрелил им в головы из подобранного пистолета, а затем поспешил к лежавшему Петровичу, который начал подавать признаки жизни.

Глава 14. Возвращение

– Коля, ты как? Куда тебя ранили? – подбегая к трудовику, начал задавать вопросы Гайкин.

– Иваныч, похоже, я в рубашке родился. – постанывая и кряхтя, проговорил Петрович.

Он, кое-как повернувшись на бок, опёрся на руку и поднялся, приняв положение сидя, а потом начал шарить вокруг себя. Нащупав гвоздодёр, он его поднял и показал Гайкину, как доказательство чудесного спасения.

– Что? – изумился Константин Иванович.

– Видишь, пуля в ломик угодила, а я его перед собой держал, меня ломиком-то и стукнуло. – посмеиваясь от стресса, пояснил трудовик.

– Поднимайся, Коля! Пойдём! – помогая Петровичу подняться, проговорил Гайкин.

Петрович, обретя вертикальное положение, облокотился на Гайкина, и они оба пошагали к открытой двери столовой. Мальчишки, отнеся и скинув всю амуницию, уже успели сбегать за цинками и, вернувшись назад, шли рядом с Гайкиным и Петровичем. Внезапно из столовой раздался крик:

– Едет!

Гайкин, сразу же сообразив, о чём идёт речь, стал подгонять пацанов:

– Быстрей в школу!

И сам ускорил темп, практически, тащив за собой Петровича.

К их удивлению, они всё-таки успели. Как только Николай Петрович и Константин Иванович влетели в школу, на горке показался троллейбус. Гайкин, забегая в само здание, крикнул, чтобы все ложились, при этом сам рухнул на пол с трудовиком, умудрившись оттолкнуть Петровича к стене. Подоконники в столовой были низкие, но всё же, видать, достаточно высокие, потому что машина-убийца не стреляла по лежавшим на полу людям, а только стояла, водя раструбами башенных пушек из стороны в сторону, будто принюхивалась, ощущая добычу, но не видя её.

– Всем затихнуть! – на грани слышимости приказал Гайкин, приподняв голову и наблюдая за троллейбусом.

Время шло, а троллейбус не сдвигался с места. Все, кто находились в столовой, продолжали лежать, не двигаясь уже минут тридцать. Некоторые стали потихоньку шевелиться, постанывая от затекания чуть ли не во всём теле. Прошёл ещё час, прежде чем начались хоть какие-то перемены. Троллейбус, за которым наблюдал Гайкин, сперва начал покрываться туманом, который появился из-под его днища, стал подниматься вверх, окутывая железную основу машины, а потом сам троллейбус стал на глазах становиться прозрачным, тая в воздухе, и, вскоре, исчез совсем.

Люди, пролежавшие почти без движения полтора часа, с облегчением выдохнули и начали потихонечку подниматься. Первые минуты все переговаривались шёпотом, словно, чего-то опасались, а потом страхи стали таять, как недавно растаял троллейбус, и шум разговоров вскоре наполнил помещение столовой.

Гайкин, поднявшись с холодного пола, взглянул на часы и присвистнул. Стрелки на циферблате показывали четыре часа, на улице уже начинало смеркаться. Он, подойдя к Петровичу, спросил:

– Как себя чувствуешь?

– Вроде, нормально! Сейчас немного посижу и займусь делами. – ответил Петрович, присаживаясь на лавку.

Подполковник, убедившись, что с трудовиком всё нормально, начал распоряжаться:

– Повара, готовьте ужин! Бойцы, оружие отнесите в класс ОБЖ. А я займусь связью и реорганизацией. – последнее слово он уже сказал тише, как будто для самого себя.

Глава 15. Организация

Бывший подполковник ГРУ, наблюдая за троллейбусом, анализировал всё происходящее. Выводы были не утешительными. После исчезновения фантастического транспорта, Гайкину стало понятно, что разовой акцией те, кто находятся в машине, не отделаются, и они ещё вернутся. Но он не понимал их намерений.

– Уничтожение людей, чтобы захватить планету? А может, это просто кровавое безумие? Как бы узнать, кто там сидит в этих корытах…? – задавал он себе вопросы, глядя на машину, которая за какие-то часы смогла уничтожить тысячи людей только на его глазах, а что творилось по всему городу, ему даже и думать не хотелось.

Ответы на ум не приходили, и Константин Иванович, осознавая, что им сейчас нужно только выжить, решил организовать школьников и постараться уцелеть до эвакуации, во что бы то ни стало. Взваливать на себя бремя руководителя он не боялся, к тому же, звание подполковника имело вес даже среди гражданских. Он только переживал за свою семью, которая, как он надеялся, пересидела массовые расстрелы дома. Ему так сильно хотелось броситься на помощь к родным, но самостоятельно взятые на себя обязанности по моральным принципам не позволили сбежать.

Ужинать пришли все, кто оставался в школе. Гайкин вместе с Петровичем и учительницей Алёной Павловной, пока все сидели за тарелками, составили списки пришедших. После подсчётов оказалось, что сейчас всего в школе пребывает двести пятьдесят два человека. Среди них пятнадцать учителей и двенадцать человек обслуживающего персонала, включая шесть поварих и трёх охранников. Остальные были дети от семи до семнадцати лет. К сожалению Гайкина, директора школы в этот день не было рядом, на работе, а завуча убили, когда она пошла со всеми к дороге. После проверки кухонных запасов Константин Иванович немного успокоился, запасов еды, в случае нахождения в автономном режиме, хватало на три дня, поэтому особых осложнений за этот период пока не предвиделось. Те, кто хотел уйти домой, Константин Иванович отпустил сразу же после ужина, но ушли не многие. Закончив со списками и ревизией, Гайкин попытался связаться с центральными службами, чтобы узнать, как им действовать дальше. Телефоны городской сети молчали, из трубки исходила глухая тишина без единного гудка. Мобильные телефоны искали сеть, зато прихваченные радиостанции из БТР иногда подавали признаки жизни. Гайкин, переключаясь среди частот, один раз нарвался на одну группу полицейских, которая находилась поблизости, но они ответили ему, чтобы оставался на месте и не высовывал носа на улицу, даже если он находится на работе. Оторвавшись от рации, Гайкин понял, что эвакуации не предвидится и надеяться им надо только на себя.