Тигр на свалке - Дмитрий Шубин

– Хорошо, даю второй шанс. Я иду смотреть воскресный фильм, – сказал Роберт. – А ты, дорогуша, когда я вернусь, должен все же сделать то, о чем я тебя так ласково попросил.

Руг ушел и, подремав немного в кинозале на сеансе старинной мелодрамы, вернулся. Ди спал теперь на кровати Майка, не подумав даже хотя бы перевернуть матрац покойника грязью вниз.

«У парня не все дома», – сделал вывод Боб и, недовольный, стал укладываться. Выходные заканчивались, а в рабочие дни никто поблажек не дает. Да к тому же утром начнется погрузка рудой катера – челнок уже висел на орбите. Грузить будут трое суток, потом практически весь состав охраны сменится на прибывших из отпуска. Никого из новой смены Руг, конечно же, не знал, и теперь ему надо будет опять присматриваться, приобщаться к новым людям.

«Дорс ведь уедет! – ударила мысль. – Я хотел от него избавиться, а он сам отчаливает. К лучшему или к худшему? Однако как хочется посмотреть на его рожу после того, как я пущу ему кровь. Хотя, черт с ним, завтра что-нибудь придумаю. Сейчас же надо просто выспаться».

Боб уснул сразу и ему снился новый ненормальный сокамерник. Вернее, снилось его покрытое гнойничками лицо, а также источающее вонь дыхание. Роберт открыл глаза и сразу вздрогнул. Он понял, что это не сон. Рядом на стульчике сидел Ди. Он, наклонившись, смотрел прямо на Руга. Полутьма, белки глаз. Мгновенная ледяная дрожь прошла по позвоночнику – и первое желание было отвернуться. Однако сработал навык. Боб резко выкинул руку вперед, по прямой нанося удар в нос «противнику». Сэм опрокинулся назад, упав с грохотом. Роберт вскочил и стал остервенело пинать негра. Тот не кричал, но поскуливал, как подыхающая собака перед смертью. Однако убивать его Боб не собирался. Хотел лишь обездвижить, хотя бы на время, хотя бы на ночь, чтобы не пугал больше. И ему это удалось. Он сам поднял парня и оттащил на кровать Майка. Потом лег на свою, но сон не шел. Этот придурок все что угодно может надумать. Ну и подарочек ему на память устроил Дорс. Он подселил не стукача, он подселил одного из тех ненормальных, кто не дает спокойно жить. Надсмотрщик просто прикололся. Не улетит он, ой не улетит. Руг принялся лихорадочно размышлять, каким образом вызвать надсмотрщика в безлюдное место, притом одного, без обычного сопровождения. Ничего толкового на ум не шло, видимо сказывалась нервная усталость. Уснул он лишь под утро. А утром его уже подняла сирена, но не тревожная, а пульсирующая, призывающая к работе. Началась новая истощающая силы неделя. Боб тяжело поднялся, и тут же ему пришла идея насчет Дорса. Он вскочил с кровати, нашел лист бумаги и ручку, после чего стал быстро кропать на листе послание старшему надсмотрщику. Не зря русские говорят: утро вечера мудренее.

Глава 7. Расплата.

С самого раннего утра нескольких заключенных колонии (буквально – восьмерых) бросили на погрузку катера. Руг оказался в их числе. Работа заключалась в том, чтобы толкать перед собой вагонетку, наполненную рудой, и, свалив турбиний с эстакады в контейнер, доставляющий породу на поверхность, тащить вагонетку назад на мини-перерабатывающий завод. Неблагодарная работа. Тяжесть страшенная, выбивает из сил после первой же ходки. Впрочем, можно было остановиться и передохнуть, однако отдых этот долго продолжаться не мог, сзади довольно скоро появлялись и подпирали другие заключенные, толкающие свои порции груза. Хотя на погрузку выделялось мало народа, и следующая вагонетка появлялась не раньше чем через три– четыре минуты. Охраны не было, потому как следить за узниками незачем, бежать некуда, а, пока не загрузят первую порцию катер, отдыха не будет.

После пары часов работы Боб уже выдохся, и хотя отлично понимал, что таскать придется еще не менее трех часов, остановился и присел на узкий рельс. В широком туннеле с высоким потолком болтались тускло светящие лампы, пахло сыростью, почему-то гулял сквозняк, и вспотевший Роберт, вытащив платок, протер им шею. Через несколько минут послышался металлический скрежет, и из-за угла появилась вагонетка, толкаемая заключенным по имени Рыжий (настоящее имя его Роберт не знал, да и не интересовался). Рыжий еле передвигал ноги, и то, что на его пути встретилась преграда, нисколько его не расстроило, даже наоборот. Он ругнулся для приличия и, остановившись, тоже сел на рельс. Главное, что в остановке его вина не прослеживалась.

Руг передохнул и, поднявшись на ноги, принялся с усилием толкать свою тележку. Он знал, что времени у него в обрез и прибавил ходу. Рельсы круто сворачивали перед выступом, возле которого Боб с облегчением остановился. Упершись в вагонетку сбоку, он опрокинул кузов. Щебенка с грохотом посыпалась вниз в грузовой лифт, представляющий из себя глубокий контейнер, который поднимали наверх мощными цепями. Роберт погнал пустую телегу дальше, постепенно наращивая скорость.

На дробильной мини-фабрике все было автоматизировано, постоянно что-то стучало, гремело, пересыпалось. С эскалатора, выходившего прямо из стены, ему навалило новую партию породы, после чего Боб вновь тронулся в путь. Однако через пару сотен метров он притормозил и, переведя стрелкой рельсы, двинул телегу по другой ветке в темный проход, не забыв, конечно, потом поставить рельсы в прежнее положение. Туннель, куда он направился, был не очень длинный, но с поворотом, и в самом его конце Руг, остановившись, принялся ждать. Он нагнулся, нащупал в полной темноте рельс и, присев на него, прикурил сигарету. Пламя зажигалки выхватило из мрака заброшенную штольню с поддерживающими потолок по бокам металлическими столбами-опорами. Он посветил на часы и удовлетворенно мотнул головой. Осталось ждать немного. И вправду вскоре из-за угла выплыл яркий луч света. Показался человек, который неторопливо приближался. И, наконец, направив фонарь на Роберта, осветил того полностью. Руг прикрыл рукой глаза и поднялся. Луч отъехал в сторону. Перед заключенным стоял сам старший надзиратель Дорс, который «навесил» на лицо довольную улыбку.

– Ах ты, грязный ублюдок, – произнес он. – Ты, видишь ли, просто так не любишь. Да? Тебе надо экзотику, а вместо мягкой постельки грязный туннель. Что же тебе тут нравится-то? А?

– Обстановка, босс. Она меня возбуждает. Ненавижу красоту и удобства.

– О’кей, дружок, ты уговорил меня. Шалун, мать твою! – Дорс протянул правую руку вниз и демонстративно расстегнул ширинку. – Иди ко мне, проказник, – уже более ласково произнес он.

– Босс, – подавленно сказал Руг. – Выключи свет, босс. Я стесняюсь.

– Стесняешься? – Дорс удивленно вскинул брови. – Все в первый раз стесняются. Иди и делай то, чего так добивался. Ты хотел ублажить меня. Так я хочу видеть, как это будет.