«Если», 2004 № 03 - Э. Грант

— Ни шага в сторону… понятно… Ты не веришь в успех наших поисков?

Вот этот вопрос капитану не понравился:

— Это не имеет отношения к делу.

Немного помолчав, координатор-исследователь сказал:

— И несмотря на это, согласие на исследование планеты ты все-таки даешь?

— Да.

— Обычная процедура?

— Все, как положено. По уставу.

Пространство походило на шкуру черной пантеры, а звезды — на дырки, оставленные в ней картечью браконьеров. Рыбки-пустынницы, резвившиеся на фоне ближайшей туманности, казались ожившими акварельными рисунками.

Трабас — потрясатель основ любовался танцем рыбок до тех пор, пока их радужная расцветка не поблекла. Как только это произошло, он решил, что настала пора вспомнить и о других развлечениях. Например, о приколах.

Приколы. Он буквально не мог без них существовать, они были нужны ему, как мельчайшая, рассеянная в пространстве, пригодная для дыхания пыль. За все двадцать восемь тысяч циклов его жизни он не упустил ни одной возможности для смачного, качественного, стимулирующего к дальнейшему существованию прикола. Разве не истинным шедевром был устроенный им на планете квазипрыгунов большой воскресный всеобщий изврат, закончившийся битьем древних рубиновых зеркал? Кто осмелится утверждать, будто сооруженная им в созвездии Трех Покинутых Дев тысячекилометровая картина под названием «Восход надежды» не является шедевром? На экипажи ста двадцати трех кораблей, рискнувших ею полюбоваться и в полном составе окрасившихся в сочный зеленый цвет, она произвела незабываемое впечатление. А вспомнить о долине загадочных существ на Загрибе-7, влюбляющихся в любого, пожелавшего на них поглазеть! А как вам расположенный рядом с туманностью Вопросительного Знака бар, каждый посетитель которого до сих пор получает в виде подарка «амулет счастья», обладающий дополнительным свойством наводнять сны владельца рекламой поджаристых булочек из свежего асфальта? Словом, если учесть еще сотни других, не менее лихих приколов, то становится ясно, что титул «потрясателя основ» заработан самым честным образом.

Трабас — потрясатель основ просканировал окружающее пространство и без труда обнаружил объект для очередного прикола.

Прежде чем начать действовать, он подумал, что жизнь устроена весьма неплохо. Каждый раз, когда у него возникает желание поразвлечься, возможность для этого подыскивается. Обязательно. Надо только суметь ее заметить и использовать.

Эддун достал из покрытой искусной резьбой коробочки мутгорскую палочку и слегка дохнул на ее кончик. Часть палочки, толщиной не более его ногтя, рассыпавшись в пепел, оставила после себя выпуклую маслянистую каплю слада. Ловко слизнув ее, Эддун издал блаженный вздох и сел в кресле поудобнее.

Пора браться за выполнение ежедневных обязанностей и для начала проверить космическое пространство вокруг планеты. Вдруг вокруг нее уже кружат какие-нибудь нежелательные визитеры?

Проверка космического пространства не требовала слишком много времени, и, закончив ее, Эддун уже хотел заняться недрами планеты, поискать признаки, указывающие на приближающееся землетрясение или извержение вулкана, но тут на максимальном удалении от планеты возник космический корабль. Материализовавшись в обычном пространстве, он застыл, словно тарха, унюхавшая зверя и прикидывающая, стоит ли кинуться за ним в погоню.

В том, какое решение примет экипаж корабля, Эддун не сомневался.

Там, в корабле, сидят смелые исследователи, готовые на все ради выполнения святой миссии! Ну понятно: поиск братьев по разуму…

Что ж, их право. Они вольны искать этих собратьев где угодно, и конечно, их поиски рано или поздно увенчаются успехом. Но только не здесь. Здесь и сейчас они никому не нужны.

Эддун вздохнул.

Все это было уже много раз и всегда с одним и тем же результатом. Едва оказавшись на планете, все эти отважные открыватели новых горизонтов сначала бросались ее исследовать. И дело даже не в том, что они лезли куда ни попадя, и не в том, что они вели себя так, словно являлись пупом Вселенной, все время требуя к себе повышенного внимания, пытаясь судить о чужой жизни со своей точки зрения. Пришельцы все время боялись. Отчаявшись понять принципы жизни, базирующейся на умении управлять вероятностным полем, они вспоминали, что все непонятное — опасно. Дальше…

Эддун тяжело вздохнул.

Дальше непременно оказывалось, что у этих бесстрашных исследователей в каком-нибудь из самых дальних трюмов обнаруживалась экзотическая бомбочка или фугас, причем мощности этой штуки вполне хватало для того, чтобы разнести планету на кусочки.

И ему в очередной раз приходилось вмешиваться. Принимать меры. А уж сколько на это уходило энергии…

Эддун еще раз осмотрел внутренности корабля, все его механизмы, и пришел к выводу, что среди них нет ни одного, работающего от вероятностного поля. И значит, встреча с отчаянными исследователями пройдет по общему сценарию.

Эддун дыхнул на мутгорскую палочку и слизнул капельку слада.

А почему бы не остановить противника еще на подходе к планете? Почему бы не провести такой эксперимент? Тем более, случай для этого подворачивается вполне подходящий.

Дорога была прямая и ровная, словно хорошо отглаженная лента из косы домашнего смига. Вокруг простиралась голая степь, и лишь у самого горизонта, на границе зрения вставала горная цепь, похожая на пальцы невидимого великана, решившего было перевернуть планету, да тут же окаменевшего. Для того чтобы гряда изменила очертания, надо было ехать раз в десять быстрее. Может быть, в сто.

А сейчас возникало ощущение, будто его повозка стоит на месте, дорога же — всего лишь широкая желтая лента, непостижимым образом бегущая ей навстречу с одной-единственной целью — оказаться под ее колесами и унестись прочь.

Подумав об этом, Хнор сощурил верхнюю пару глаз, сжал увереннее руль повозки и уже хотел было заставить ее вероятностный двигатель работать быстрее, но вдруг передумал, вспомнив, что торопиться-то некуда.

Ему нужно еще многое решить и о многом подумать. Частности, детали…

Он сделал несколько резких вдохов, ощутив, как запах сухопутных водорослей оседает на самое дно легких, и стал мысленно перебирать возможные варианты предстоящего поединка.

Несколько часов спустя он продумал пару сценариев, при которых вероятность его победы не должна была опуститься ниже шестидесяти процентов.

Неплохо… С таким прогнозом можно начинать игру. Если, конечно, ему удалось правильно оценить силу старика. Но даже в случае ошибки у него есть кое-что про запас.