Адрес: Центавр - Уоллес Фредерик

— Что мы с ним будем делать? — спросил Доччи, посмотрев на пилота.

— Надо о нем позаботиться, — ответил Джордан. — Не так, конечно, как я сделал раньше. — Он подбросил в ладони лучевой пистолет, включил его и выжег небольшую дыру в корпусе маленького механического чудовища. У робота откуда-то сбоку выдвинулось суставчатое щупальце и тщательно обследовало поврежденную поверхность. Потом скользнуло обратно и вернулось с компактной горелкой. Робот начал запаивать образовавшееся отверстие.

Тем временем Джордан подтащил к себе бесчувственное тело и, опершись на механизм, поднял и через голову осторожно опустил пилота на плоскую верхнюю панель робота. Тот немедленно отреагировал. Вылезло Еще одно вылезшее щупальце обследовало тело. Джордан захватил его и приварил к металлу корпуса. Он повторил эту операцию трижды, пока пилот не был надежно закреплен сверху робота.

— Робот ни на что не реагирует, когда зализывает собственные раны, — объяснил Джордан свои действия.

— Надо еще кое-что сделать. — Он отрегулировал луч пистолета до почти незаметного жала и ловко вырезал в коробке с блоком управления круглое отверстие. Запустив внутрь руку, Джордан вытащил пучок кабелей.

— И никакого саморемонта, — весело произнес он. — Мне нужна твоя помощь, Доччи. Думаю, неплохая идея — запустить его на несколько кругов по куполу, прежде чем он доставит пилота в госпиталь. Нет смысла выдавать себя, пока не приготовимся.

Доччи вместе с Джорданом склонился над проводами и, преодолев некоторые затруднения, установил нужную последовательность их соединения. Робот оставался безучастным, пока новые команды хаотично блуждали по его перекинутым, но работающим электронным цепям. Наконец, он негромко завизжал и зигзагами, словно пьяный, покатился прочь.

— Залезай мне на спину, — скомандовал Доччи. — Сам знаешь, нам нужно спешить.

— Ты устал, — возразил Джордан. — Половинная гравитация или нет, но дальше нести меня ты не можешь. — Он быстро расстегнул и сбросил сбрую из ремней, с помощью которой держался за спиной у Доччи. — Замри и слушай, — прорычал Джордан, когда приятель собрался заспорить.

Доччи прислушался.

— Роны?

— Да, — ответил Джордан. — Интересно, кого это они ищут? Тебе придется поторопиться, чтобы добраться до ракеты раньше них.

— И что я там сумею сделать? В одиночку? Ты должен мне помочь.

— Залезть к тебе на спину, чтобы никто из нас туда не успел? — не согласился Джордан. — Ты что-нибудь на месте придумаешь. Давай, шевелись.

— Я без тебя не уйду, — начал Доччи.

Огромная ладонь легла ему на загривок.

— Слушай меня, — жестко велел Джордан. — Вместе мы оказались лучше пилота — твои ноги и мои руки. Теперь нам надо разделиться, но мы сумеем доказать, что сильнее Кэмерона и всех его ронов.

— Мы не стремимся ничего доказать, — возразил Доччи. — Вопрос безотлагательный и принципиальный. Прямо сейчас имеются люди, способные долететь до звезд, и наша задача — сообщить об этом остальному человечеству.

Тьму прорезал луч яркого света; он заметался под ракетным куполом, выхватывая из мрака колонны и балки опорных конструкций.

— Может, ты лично и не пытаешься ничего доказать, — ответил Джордан. — А я пытаюсь. И остальные тоже. Или пусть они кормят нас с ложечки и укладывают спать по ночам? — Он сердито развернулся и, подтягивая тело на руках, по грунту направился к ближайшей колонне.

— Ты не сумеешь за ней спрятаться, — предупредил Доччи.

— За ней не сумею. Я спрячусь наверху. Без ног мне там самое место. — Обхватив ладонями металл и пользуясь слабой гравитацией, он начал быстро подниматься.

— Берегись, — сказал Доччи.

— Чего мне беречься? — Голос Джордана донесся уже с самого верха ажурной конструкции. Он находился теперь не над головой Доччи, а быстро передвигался от колонны к колонне, свисая с балки. Находящиеся внизу и догадаться не смогли бы, что поверху может кто-то перемещаться. Джордан решил воспользоваться этим, чтобы избежать встречи с ронами.

Дальше размышлять на эту тему было бессмысленно. Джордан еще не достиг ракеты, и что он там будет делать — неизвестно. Но кое в чем он Доччи убедил. Да, теперь у Доччи появилась уверенность. Повернувшись, он зашагал к стартовой площадке, все быстрее и быстрее, пока не перешел на бег. Раньше Доччи не думал, что такое возможно, но оказалось, что он способен увеличивать разрыв между собою и преследующими его роботами.

Когда Доччи добежал до ракеты, времени на размышления почти не оставалось. Одного взгляда на космический аппарат хватило, чтобы преисполниться разочарованием. Пассажирский и грузовой шлюзы закрыты. Нона либо не поняла их инструкций до конца, либо не сумела их выполнить. Скорее всего, первое. Она нарушила работу сетей, осветительных и сканирующих, не используя ничего, кроме собственных рук. Навыки ее обращения с машинами, которые она раньше и в глаза не видела, просто поражали. Но ждать, что она приготовит к их отлету целую ракету — только заходи — было бы слишком. Доччи предстояло проникнуть внутрь самостоятельно. Приходилось полагаться только на собственные усилия. На секунду он пожалел, что не забрал лучевик пилота, а потом отбросил эту мысль. С пистолетом можно попробовать расплавить внутреннюю задвижку на входе. Но подобные размышления указывали, насколько он оторвался от реальности. Рук у него не было, и воспользоваться лучевиком он не мог. И верно и правильно, что Джордан оставил оружие себе. Ему оно нужнее.

Доччи лихорадочно осматривал пусковую установку в надежде найти устройство открывания шлюзов снаружи. Должно быть приспособление, посылающее импульс открывания дверей. Еще лучше, если он сумеет им воспользоваться. Но ему не повезло.

Если кнопка где-то и была, Доччи ее не нашел. Приближающиеся лучи прожекторов говорили о том, что времени у него все меньше, как и шансов попасть внутрь. Даже то время, которым он располагал, стало результатом ошибки Кэмерона — он велел ронам на пути к ракете тщательно обследовать поверхность под куполом. А ведь они могли и настичь его, Доччи. Если Кэмерон допустил одну ошибку, может совершить и другие.

По звукам, долетавшим до него, Доччи догадывался, что Джордан все еще на свободе, даже, возможно, поблизости. Знает ли об этом доктор? Вероятно, нет; он склонен недооценивать инвалидов.

Доччи спустился в неглубокую посадочную яму. В качестве укрытия она совершенно не годилась. Стены гладкие, покрытые какой-то зеленоватой субстанцией; внутри ни дверей, ни ниш. Но ему нужно было находиться поблизости от корабля, и ближе посадочной ямы ничего не нашлось. Отходить нельзя — Кэмерон расставит вокруг ракеты роботов, и назад не вернешься. Надо где-то спрятаться.

Он прислонился к группе кормовых дюз, и металл вдавился в тонкую плоть, покрывающую позвоночник. Прошло несколько секунд, прежде чем Доччи осознал, что нашел решение. Обернувшись, он посмотрел на сопла. Маленький мальчик мог залезть в одно из них и спрятаться. На это способен и взрослый человек без плеч, которые застрянут в узкой трубе канала.

Забраться внутрь оказалось трудно. Доччи выбрал самое нижнее сопло, согнулся и просунул в него голову. Он извивался и проталкивался, упираясь ногами, пока не скрылся почти полностью в трубе. Ступни торчали наружу, поэтому он подогнул колени, снова уперся в стенки канала и толкнул тело выше. Доччи не прекращал усилий, пока не удостоверился, что его никто не увидит, даже специально заглянув в сопло.

Замерев, Доччи прислушался. В посадочную яму шумно спустился рон. Отсутствие каких-либо других звуков говорило о том, что роботом, вероятно, управляют по радио. Механизм лазал по яме и искал. Вскоре шум прекратился, но стало ясно, что уходить рон не собирается. Он остался охранять яму.

Вылезать Доччи не мог. Он оказался в ловушке. Даже пережил легкий приступ клаустрофобии. Пугаться нечего: можно закричать, и его спасут, вернее, схватят. Робот сразу вытащит.

Но это не единственный выход. По трубе можно ползти и дальше. Она выходит в камеру сгорания и имеет крышку зажигания, которую сейчас наверняка сняли, чтобы очистить нагар. Ракету не использовали несколько месяцев, и совершенно определенно трубы, ведущие к соплам, сейчас открыты на том конце. Он может попасть внутрь.