Странное счастье сэра Роберта Ардаха - Фаню Ле

?Дорогая моя сестрица! Дорогие сестры! Бога ради, умоляю вас, не теряйте времени! Я пребываю в ужасе и глубоко несчастна. Не могу ничего объяснить, пока вы не приедете. Извините, что пишу бессвязно. Мне очень страшно. Поймите меня. Спешите! Не теряйте ни минуты. Боюсь, как бы вы не опоздали. Э.А.?

Слуга мог сообщить лишь то, что в замке царит великое смятение и леди Ардах всю ночь горько плакала. Сэр Роберт чувствует себя хорошо. Так и не выяснив причины душевного расстройства леди Ардах, дамы продолжили путь по узкому разбитому проселку, что извивался меж куртинок вековых дубов, тоскливо вздымавших к небу причудливо изогнутые ветви, давно лишенные листвы под порывами ледяного зимнего ветра. Встревоженные дамы едва не падали в обморок от волнения; когда экипаж подъехал к замку, они, не дожидаясь помощи слуги, соскочили на землю и подбежали к дверям. Изнутри отчетливо доносились горестные стенания, прерываемые гулом приглушенных голосов: видимо, служанки успокаивали плачущую леди.

Дверь распахнулась, и взорам сестер предстала леди Ардах. Она сидела на скамье и горько плакала, заламывая руки. Две дряхлые старухи пытались, каждая на свой лад, утешить несчастную, даже не дав себе труда разобраться, в чем же причина ее слез.

Увидев сестер, леди Ардах кинулась к ним на шею и, не произнося ни слова, осыпала поцелуями, затем взяла за руки и, заливаясь горькими слезами, повела в небольшую гостиную, зажгла свечу, заперла дверь и тяжело опустилась на диван. Сестры сели рядом. Поблагодарив их за скорый приезд, леди Ардах, запинаясь от волнения, поведала, что сэр Роберт под строжайшим секретом поведал ей, что сегодня ночью умрет. И это не было шуткой весь вечер он занят тем, что дает самые подробные указания относительно похорон. Леди Д. предположила, что он находится под воздействием галлюцинаций, вызванных лихорадкой, на что леди Ардах тотчас же ответила: - О, нет! Нет! Если бы это было так! Нет! Нет! Погодите, вы сами его увидите. Он весь спокойствие, указания его четки и определенны, ум работает превосходно, он пребывает во вполне здравом рассудке. Нет, это не лихорадка! Несчастная зарыдала еще горше.

В эту минуту на лестнице послышался голос сэра Роберта, отдающего какой-то приказ. Леди Ардах торопливо воскликнула: - Сходите, посмотрите сами; он в парадном зале.

Леди Д. вышла в вестибюль, где ее и встретил сэр Роберт. Он вежливо приветствовал свояченицу и, помолчав, сказал: - Вам предстоит печальное дело. Дом погружен в смятение, кое-кто из домашних не на шутку горюет. Он взял ее за руку и, пристально поглядев в лицо, добавил: Завтра я не увижу, как встает солнце. - Вы нездоровы, сэр, в этом нет сомнения, возразила леди Д. Уверена, завтра вам станет много лучше, а послезавтра вы совсем поправитесь. - Нет, сестрица, я не болен, ответил он. Пощупайте мои виски они холодны; положите руку на пульс он бьется ровно и спокойно. Я никогда не пребывал в лучшем здравии и тем не менее знаю, что не истечет и трех часов, как меня не будет на свете. - Полно, сэр, произнесла леди Д., не на шутку испугавшись, но в то же время не желая показывать, до чего поразила ее, против воли, холодная торжественность его слов. Не стоит шутить с серьезными вещами; об этом и говорить не следует. Не будьте легкомысленны в вопросах жизни и смерти это святое, вы задеваете лучшие чувства жены... - Останьтесь в замке, милая леди, перебил он, и если в миг, когда эти часы пробьют три, я не превращусь в недвижный прах, можете бранить меня, сколько хотите. А теперь, прошу, вернитесь к сестре. Леди Ардах нуждается в сочувствии куда более, чем я; но того, что было, не изменить. Мне надо привести в порядок бумаги, кое-что уничтожить. Я еще увижусь с вами и леди Ардах перед смертью. Постарайтесь успокоить бедняжку ее слезы разрывают мне сердце. Да, того, что произошло, теперь не поправить.

С этими словами он поднялся по лестнице, а леди Д. вернулась к сестрам. - Ну что? воскликнула леди Ардах. Видела? Как ты думаешь, есть еще надежда?

Леди Д. молчала. - О! Я и сама знаю, что надежды нет, продолжала бедняжка. Вижу, ты тоже так считаешь, она горестно заломила руки. - Милая сестричка, ответила леди Д., тут и вправду кроется что-то непонятное. Остается лишь надеяться, что кажущееся спокойствие сэра Роберта на самом деле обманчиво. Полагаю, разум его находится под воздействием некой скрытой лихорадки, причиной которой послужила глубокая нервная депрессия последних дней, и какое-нибудь мелкое происшествие преобразилось в его больном воображении, приняв очертания пророчества о неминуемой скорой смерти...

В таких предположениях, не убеждавших даже ту, кто их выдвигал, и еще менее ту, для успокоения которой они сочинялись, пролетело более двух часов. Леди Д. начала надеяться, что предреченный срок благополучно минует, не принеся с собой ничего трагического, как вдруг в комнату вошел сэр Роберт. На пороге он приложил палец к губам, словно призывая к молчанию, и, пожав руки обеим свояченицам, склонился над почти безжизненным телом жены, прижал губы к ее холодному, побледневшему лбу, а затем, не произнеся ни слова, вышел из комнаты.

Леди Д., выглянув из дверей, увидела, как в парадном зале сэр Роберт взял свечу и неторопливо поднялся по лестнице. Движимая предчувствием чего-то ужасного, она на почтительном расстоянии последовала за ним. Сэр Роберт вошел в свою комнату она услышала, как закрылась дверь и щелкнул замок. На цыпочках, стараясь не шуметь, леди Д. приблизилась к двери; чуть погодя к ней присоединились обе сестры, леди Ардах и мисс Ф-д. Затаив дыхание, женщины прислушивались к звукам, доносившимся изнутри.

Они отчетливо слышали шаги сэра Роберта, расхаживавшего по комнате. Затем наступила тишина, ее нарушил глухой звук, словно кто-то тяжело рухнул на кровать.

В этот миг леди Д., забыв, что дверь заперта изнутри, повернула ручку; внутри, возле самой двери, кто-то тихо прошипел: ?Тс-с-с!? Леди Д., перепугавшись, громко забарабанила в дверь ответа не последовало. Она постучала еще громче внутри по-прежнему царило молчание. Леди Ардах с пронзительным вскриком упала в обморок.

Шум потревожил и слуг трое или четверо из них уже мчались по лестнице. Они отнесли потерявшую сознание леди Ардах в ее спальню. После этого слуги долго стучали в дверь комнаты сэра Роберта и, не получив ответа, решились сломать замок. После отчаянных усилий дверь наконец подалась. Дамы вошли в комнату. На столе в дальнем конце спальни горела единственная свеча; на кровати лежало распростертое тело сэра Робета Ардаха. Он был мертв: глаза открыты, предсмертная судорога не исказила ни единой черточки его лица, словно душа отлетела из тела, не встретив никаких препятствий. Тело было холодным, как глина все тепло жизни покинуло его. Слуги закрыли остекленевшие глаза и, оставив покойного на поучение тех, кто считает привилегией своего пола и возраста пожирать базами весь отвратительный спектакль смерти от начала до конца, выразили свои соболезнования леди Ардах, безутешной вдове. Тем временем в замке собрались все приглашенные, но в воздухе витал запах смерти. Нельзя сказать, чтобы гости сильно горевали о сэре Роберте, но на каждом лице лежала печать благоговейного ужаса. Говорили только шепотом, слуги ходили на цыпочках, словно боясь звука собственных шагов.