Гибель дракона - Игорь Луковский

Имашима (улыбаясь). А ваша голова - у нас.

Тушмалова (легким жестом притрагивается к своему лбу). Отсюда вы ничего не получите!

Лестер. Не будем зря ссориться. Вы умны, мисс Тушмалова. Но вы женщина. И это цивилизованное платье вам больше к лицу, чем безобразная куртка альпиниста. В письме профессору Северину вы написали, что в цветке джи-тшау вами обнаружен экаиод.

Имасима. Да. Экаиод.

Лестер. Не так ли? (Тушмалова молчит.) Мы согласны с вашей гипотезой, что это замечательный и таинственный элемент - экаиод, что он должен обладать необычайными свойствами, которые, очевидно, были известны древней китайской медицине. Мы даже в этой гипотезе идем дальше, чем вы: мы уверены, что экаиод даст ключ к решению вопроса о продлении человеческой жизни. Пока вы нашли один цветок? Да?

Тушмалова молчит.

Но на месте вашей находки, несомненно, должны быть еще экземпляры.

Тушмалова. Вы хотите, чтобы я стала вашим проводником?

Лестер улыбается, молча наклоняет голову.

Имасима. Мы мечтаем, чтоб вы стали богатой и счастливой.

Тушмалова. Я не понимаю одного, господин Лестер, Вы - сторонник смерти, ее идейный оруженосец, зачем вам искать джи-тшау и экаиод?

Лестер. Две причины, моя дорогая. Первая: великий старик, который стоит шестьдесят миллиардов долларов, хочет жить, а мы надеемся, что экаиод откроет нам секрет долголетия.

Тушмалова. Элексир жизни?

Лестер. Возможно. Вторая причина: если есть безумцы, которые не боятся смерти, то, мне кажется, нет людей, которые не хотят жить.

Тушмалова. Вы хотите иметь еще одно орудие мирового шантажа.

Лестер. Земной шар нуждается в порядке, мисс.

Звонок. Над дверью справа зажигается световой сигнал. Лестер и Имасима вскакивают. Хиггинс входит в эту дверь. Молчание.

Радиоголос. Жители Стального дворца! Жители Стального дворца! Сейчас ровно восемнадцать часов тридцать минут. Время идет - напоминаем вам!

Лестер (тихо Тушмаловой). По приказу босса радио каждые полчаса напоминает жителям дворца, что время идет, приближая их к смерти. Вы встретитесь еще со многими странностями босса, но не удивляйтесь - в его возрасте позволительно их иметь.

Хиггинс (появляется из двери). Мистер Дюфеллер!

Дверь открывается. Механическое кресло, в котором сидит Дюфеллер, мягко перевалив через обтекаемый порог, вкатывается в зал. За креслом идет пожилая женщина в черном платье. Увидев Дюфеллера, Тушмалова невольно делает шаг назад - так омерзительно фантастична его внешность: сухонькая черная фигурка, голый череп, маленькое сморщенное лицо, на глазах стекла очков - без оправы. Парализованные ноги закрыты белым пледом. В правой руке он держит миниатюрный микрофон, от которого тянутся резиновые трубки к ушам, левой рукой управляет механизмом кресла.

Дюфеллер (подкатывается в кресле ближе к Тушмаловой, пристально смотрит на нее). Эта молодая женщина - русский врач?

Лестер. Да, босс. Мисс Мариям Тушмалова.

Дюфеллер. Она не очень похожа на женщину европейской расы.

Лестер. Да, босс. Мисс Тушмалова принадлежит к небольшому народу казахов, обитающему в Средней Азии.

Тушмалова. Господин Лестер ошибается. Я - казашка, но принадлежу к советскому народу, который не обитает, а является полным хозяином, шестой части земной суши.

Дюфеллер (протянув микрофон, внимательно слушает ее). Вы коммунистка?

Тушмалова. Да.

Дюфеллер. А я капиталист. Но мы с вами оба имеем несчастье быть смертными людьми. Я - Джуниус Эдвин Дюфеллер-младший.

Тушмалова (озорная искринка мелькнула в ее глазах). А есть еще старший? Дюфеллер. Был. Мой отец. А я еще есть и буду. (Повернулся к Лестеру.) Приведите сюда профессора Эйвери. У нас должен быть общий разговор.

Лестер кланяется и дает знак Хиггинсу. Хиггинс уходит.

Как видите, я очень стар. (Указывая на пожилую женщину.) Моя старшая внучка Ирена Дюпон уже имеет своих внуков. Мне сказали, русские ученые считают, что человек должен жить до 150 лет. Это правда?

Тушмалова. Да. Мечников, Павлов и Богомолов, считали, что сто пятьдесят лет - это нормальный срок.

Дюфеллер. А я прожил немногим больше половины...

Тушмалова. Настоящая наука давно установила, что самым жестоким и безжалостным врагом человеческого долголетия является капитализм.

Дюфеллер. Почему?

Тушмалова. Потому что он пожирает здоровье, счастье и жизнь миллионов людей в пользу единиц, таких, как вы, которые сами от этого ни здоровее, ни долговечнее не становятся.

Дюфеллер. Мне нет дела до других. Пусть они сами о себе заботятся.

Тушмалова. Они и заботятся. Уверяю вас.

Шум лифта. Из левой двери выходят Хиггинс и профессор Эйвери - худой бритый мужчина с сильной проседью в волосах и утомленным лицом.

Дюфеллер. Это профессор Эйвери - мой гость.

Тушмалова. Такой же, как я?

Эйвери (бросил на нее быстрый взгляд). Вероятно. (Садится.)

Дюфеллер. Ученые дотянули мой возраст до девяносто семи лет. Я соблюдаю особую диэту. Я пью и впрыскиваю себе в кровь омолаживающие лекарства. Я построил этот высокогорный дворец, чтобы жить в среде, недоступной микробам. Но время идет. Что пользы в моем золоте. Если бы даже я платил за каждый лишний день моей жизни по пяти миллионов долларов, по пяти миллионов! - то и тогда я смог бы прожить еще двенадцать тысяч дней, а это значит - тридцать два года наверняка!

Пауза.

Но нет на земле такого дьявола, который совершил бы со мною эту сделку. Время идет. Мне нужны от науки новые средства. И немедленно. Теперь уже дорог каждый час. {К Тушмаловой.) Вы нашли цветок жизни - это редкое китайское растение?

Тушмалова молчит.

Имасима. Легендарный джи-тшау!

Лестер. Который содержит в себе еще неведомый человеку элемент - экаиод.

Дюфеллер. Вы полагаете, что эти средства смогут продлить мою жизнь?

Лестер. Мы твердо надеемся на это.

Дюфеллер. Что вы скажете, - профессор Эйвери?

Эйвери. Я не верю в существование джи-тшау и не верю в открытие экаиода.

Дюфеллер. Вы мстите мне? Берегитесь, профессор. Вы не хотите мне помочь. Три месяца, которые вы гостите у меня, могут превратиться в годы. Не надейтесь на мой конец. Я завещаю, чтобы вас никогда не выпустили отсюда. (К Тушмаловой.) Я хочу слышать ваше мнение.

Тушмалова. Джи-тшау существует и он содержит экаиод. Я не скрываю истины. Но свойства экаиода еще неизвестны. Однако, он не может быть элексиром жизни или элексиром долголетия. Это средневековая чепуха. Таких качеств в природе не существует. Ваши ученые или невежественны, как алхимики двенадцатого века, или обманывают вас. Вот все, что я могу вам сказать, господин Дюфеллер. И больше я не скажу вам ни слова, пока вы не вернете мне свободу.