Нелюдь - Кэт Фоллз

– В последнее время я была уверена, что твой отец подкупил кого-то из охраны, и его переводили через стену. Так делает большинство добытчиков. Но никаких доказательств не было. А потом я вспомнила про исходные тоннели.

Голограмма походила на тень, но изображение было достаточно четким, чтобы увидеть, как открылась дверь на противоположной стороне комнаты.

– После того как доступ на Запад был закрыт, тоннели засыпали двадцатифутовым слоем гравия и земли. Но если кому-то очень нужно…

Луч фонарика прорезал комнату, и в помещении сразу стало светлее. Мне понадобилась пара секунд, чтобы понять, что это по-прежнему была голографическая запись.

У Сперлинг было самодовольное выражение лица.

– Я установила здесь камеру на прошлой неделе, но даже не ожидала получить результат настолько быстро.

Я в смятении смотрела на призрачное изображение отца. Он вошел в дверь, держа сумку в одной руке. Я невольно отодвинулась, когда его изображение прошло совсем рядом, и тут же поймала насмешливый взгляд Сперлинг. Когда отец был уже на середине комнаты, внезапно замигала красная лампочка, и дверь за его спиной начала закрываться. Отец развернулся и бросился назад в тоннель, изображение пробежало прямо сквозь меня. В последнюю секунду он успел протиснуться в дверь, но сумка была слишком велика, и он бросил ее.

Сперлинг нахмурилась и остановила запись.

– Датчик движения должен был закрыть дверь и запереть его здесь, чтобы я могла поговорить с ним лично. А вместо этого у меня полное досье документов, куча доказательств и исчезнувший добытчик. Это не входило в мой план.

Я почувствовала, как сжалось сердце. Холодное тяжелое чувство все усиливалось, пока не охватило меня целиком. Зачем она показала мне эту запись? Отец был единственным родным существом в моей жизни, и она это знала:

– Что вам нужно?

Сперлинг выключила проектор и сунула планшет под мышку:

– Как я уже сказала, я хотела бы побеседовать с Маком лично, но в данный момент это невозможно.

Под «побеседовать» она наверняка имела в виду «арестовать». Почему бы не сказать об этом прямо?

И тут я с ледяной ясностью поняла, что она не хотела арестовывать отца. Ей нужно было кое-что другое. Сперлинг молча смотрела на меня, как будто ожидая, что я сама все соображу.

Я судорожно вздохнула. Что ей может быть нужно? По ее собственным словам, побеседовать с Маком с глазу на глаз. Но не только это. Нет, директор Сперлинг хотела побеседовать с глазу на глаз с добытчиком. Причем именно с тем, которому уже приходилось бывать в Чикаго…

Внезапно я ощутила всплеск надежды. Может, судьба отца еще не была предрешена.

– Вам нужно, чтобы он принес что-то для вас. Что-то, что вы оставили в Чикаго.

– А ты у нас умница. – Сперлинг достала из кармана конверт кремового цвета. – Если Мак принесет то, что мне нужно, я сотру эту запись и уничтожу его досье. Здесь вся информация, которая ему нужна, – она протянула мне конверт.

Я напряглась, увидев ловушку:

– Но я не могу передать ему конверт: я не знаю, где он сейчас.

– Знаешь, – она кивком указала на две стальные двери.

Я похолодела:

– Вы хотите, чтобы я отправилась в Дикую Зону?

– Нет, конечно. Реку ты пересечь не сможешь. Тебе нужно только добраться до Арсенального острова.

Мир передо мной сузился до точки. Сперлинг, конверт, комната – все исчезло, пока я думала над ее словами. Но она предложила возможность спасти отца, так что долго думать мне не пришлось. Я готова была сделать все что угодно, даже пересечь линию карантина.

Острые глаза женщины следили за мной:

– Ты же хочешь помочь отцу, не так ли?

Я молча кивнула, боясь, что голос у меня сорвется.

– Вот и хорошо. – Она принялась укладывать вещи отца обратно в сумку, отодвинув в сторону скатанную в рулон картину и карту, которую разложила на столе, указав на желтый прямоугольник посередине Миссисипи. – На острове живет доктор, его зовут Винсент Круз. Скорее всего, он знает, где сейчас твой отец. У него постоянные дела с Маком.

– Какие дела?

Сперлинг сухо улыбнулась сжатыми губами:

– Этого я не могу тебе сказать. Просто имей в виду, что я в данный момент предпочитаю закрывать глаза на некоторые занятия доктора Круза…

Карта была напечатана еще до Исхода, поскольку на ней не было обозначения части стены Титан, протянувшейся от канадской границы до Мексиканского залива. К тому же на карте были обозначения многочисленных мостов через Миссисипи, хотя на самом деле остался только один. Он был известен как «последний мост». Все знали, что мост вел в зону карантина через Арсенальный остров. Все также знали, что мост находится под мощной охраной.

– Но ведь на острове находится лагерь охраны?

– Да. Доктор Круз живет там, как и охранники. Так что лучше не попадайся, – небрежно заметила Сперлинг. – Если тебя поймают, не думай, что я вмешаюсь, чтобы помочь тебе. Я буду все отрицать. Кстати, когда найдешь Мака, скажи ему, что у него есть пять дней, чтобы добыть то, что мне нужно.

– Почему всего пять дней?

– Патруль собирается укреплять основание стены с восточной стороны. В четверг с утра они начнут работать в тоннелях. – Она махнула в сторону двойных стальных дверей.

– Так прикажите им этого не делать!

Директор чуть приподняла тонкую бровь:

– Охрана стены работает на корпорацию «Титан», они не подчиняются приказам правительственных чиновников. Даже моим.

– Но что, если мне понадобится пять дней, чтобы найти его?

– Арсенальный остров находится прямо с другой стороны стены. Ты доберешься туда минут за десять. После этого просто спроси доктора Круза, знает ли он, где твой отец, или нет. Если нет, то не пытайся сама его найти – тебе это не удастся. Возвращайся сюда и нажми кнопку вызова возле двери. Я вернусь за тобой.

– Если я не смогу найти отца, вы уничтожите досье?

– Еще чего. Почему я должна попусту рисковать своей карьерой?

– Но ведь…

– Чем больше времени ты потратишь на разговоры, тем меньше времени будет у Мака, чтобы добыть то, что мне нужно.

Чувствуя, что еще немного и ноги откажутся повиноваться, я перекинула тяжелую отцовскую сумку через плечо и подняла карту. Я должна найти отца и передать ему письмо, чтобы он мог выполнить ее заказ и чтобы все вернулось в норму. Я смогу. Я сделаю это. И я не буду бояться… ну, не очень.

Я последовала за Сперлинг к дальней правой двери, которую она открыла своим электронным ключом. За открывшейся дверью обнаружилась полная темнота. Я боялась, что сердце у меня остановится, но сделала шаг в тоннель.

– Да, еще одна вещь, – сказала Сперлинг. – Я уверена, ты слышала, что вирус дикости уже не настолько смертоносен, как был девятнадцать лет назад.

Я кивнула. В любом случае я не собиралась лично проверять эту информацию.

– Тогда, может быть, ты также слышала, что сейчас заразившиеся не умирают – они мутируют.

По спине у меня пополз холодок:

– Я думала, что это просто россказни.

– Нет, это правда. Так что будь осторожна.

Я словно окаменела, не в силах двинуться:

– Вы хотите сказать, что там сейчас живут мутанты?

– Они живут на другой стороне реки. По крайней мере, мне так говорили. Не покидай остров, и с тобой все будет в порядке. Желаю удачи, Дилэйни. – Сперлинг прикоснулась к замку, и дверь начала закрываться.

Глава 4

Стальная дверь уже почти закрылась, но освещение в тоннеле все не включалось. Мысль, что я сейчас окажусь в непроглядной темноте, заставила меня лихорадочно рыться в сумке в поисках фонарика, который я успела достать и включить, как раз когда дверь полностью закрылась.

Мутанты? Какие мутанты? Я едва сдерживала панический крик. Про них ходили разные слухи, но никто не говорил ничего конкретного. Мутации, уродцы – вот и все. Да и кто будет верить информации, которую шепотом передают на вечеринке у друзей?

Я никак не могла отдышаться, и на этот раз виноват был уже не дурацкий тугой корсет. Прислонившись спиной к двери, я направила луч фонарика в тоннель, но его едва хватало, чтобы рассеять мглу на расстоянии нескольких футов. Тьма была такая, что без фонарика я не смогла бы увидеть собственную руку, даже поднеся ее к лицу. В воздухе стоял запах плесени. Ну все, хватит. Надо взять себя в руки. Потому что, если я не найду отца и он не выполнит ее заказ, Сперлинг не уничтожит доказательства против него.

Я заставила себя сделать шаг, хотя непроглядная мгла впереди сильно действовала на нервы. Казалось, что я иду не вперед, а назад, сквозь время, и что, когда выйду из тоннеля, я попаду в разгар самых ужасных событий в истории Америки. Я направила луч фонарика на исписанные граффити стены, замечая имена, молитвы и записи людей, которых отправили обратно в Дикую Зону. Я глянула на свой диск, но сигнала не было. Оно и понятно, учитывая, сколько тонн бетона находилось у меня над головой. Так что я не могла связаться с Ховардом. Но я все равно включила запись и снова опустила диск на грудь.