И свет рождается во тьме - Дионисий Козлов

нет. Оказалось, что выступ на крышке упирался в доверху насыпанные кристаллы и не давал ей закрыться. Я, взяв горсть блестящих минералов, сунул себе в карман, и крышка легко села на своё место.

– Вот, – сказал Ник. – Совсем другое дело.

Пока Дмитрий набирал второй контейнер, Сергей и Андрей уже собрали два, погрузили в грузовик и закрепили.

Я, не знающий, что делать и чем помочь, просто наблюдал. Кинул взгляд на ребят из "Заслона". Они о чём-то переговаривались. Как вдруг один, что управлял дроном, ткнул в монитор пальцем. Второй же, бросив смотреть в бинокль, достал из ящика два автомата и побежал в сторону машины Сергея и Андрея.

– Сворачиваемся, быстро, быстро, – прокричал он на ходу.

Он закинул автоматы с дополнительными обоймами им в кузов и побежал обратно. Я сообразил, что происходит что-то не то, и побежал к Дмитрию.

– Ещё немного, – сказал он. – Ещё минуты две.

– Боюсь, что у нас нет двух минут, – ответил я. – Надо сворачиваться.

– Хорошо, забирайте.

Когда мы закрыли задний борт грузовика, я решил поинтересоваться:

– А что случилось-то?

– Рой на подходе.

– Рой? – удивился Дмитрий. – Так вроде бы говорили, что они ещё не скоро к нам сунутся.

Военный развёл руками.

И тут я заметил на краю поля какое-то оживление. Живая масса волнообразно двигалась в нашу сторону. Уже издалека было слышно, как она верещит, что-то из неё выпрыгивало и падало обратно, а масса продолжала течь сплошной рекой.

Наша машина рванула вперёд. Я еле успел схватиться за приваренную к кузову скобу, а другой рукой за ближайший контейнер, и только сейчас сообразил, что контейнеры всё-таки можно было и закрепить. Дмитрию и Нику ничего не оставалось делать, как последовать моему примеру и сетовать, что никто из них так и не догадался закрепить груз.

Кишащая масса, заполняя собой пространство, с визгом приближалась к тому месту, где только недавно были мы. Издалека я видел, как яки присели, собрав тонкие ветви-щупальца наверху, и обнажили свои мощные прутья. И когда мимо них начали пробегать визжащие особи, рёбра яков вдруг стали гибкими. Они молниеносно выбрасывались вперёд, превратившись их в грозное оружие.

Каждый прут, заострённый на конце, мгновенно впивался в тело мутанта, протыкал его насквозь и отбрасывал в сторону. Затем нацеливался на следующего. Точно и методично, словно машины. И там, куда падали безжизненные окровавленные тушки, мутанты с визгом набрасывались на свежую плоть, и затевалась борьба за лакомый кусок сородича.

Издалека я так и не понял, кем были эти крысоподобные существа. Судя по всему, чувство сохранения им было не чуждо. Решив, что от огромных монстров лучше держаться подальше, они стали обходить их далеко стороной, создавая вокруг большие проплешины пустого пространства.

Ехали мы довольно быстро, но расстояние между нами и наплывающей волной медленно сокращалось.

За нашим автомобилем рядом друг с другом ехали грузовик и джип группы поддержки. Ребята из "Заслона", сказав «пора», застрочили из пулемёта по приближающимся тварям. А наши ребята в грузовике из своих автоматов начали палить наугад одиночными выстрелами. Не попасть в движущуюся мишень было весьма трудно, и там, куда они попадали, с визгом затевалась возня, а от Сергея и Андрея доносились азартные возгласы.

– Гони, гони! – прокричал Дмитрий нашему водителю.

Было и так понятно, что водитель выжимает полный газ. Двигатель ревел и чадил густым чёрным дымом.

Впереди показались два спешащих к нам бронетранспортёра со свисающими с боков турелями, на которых уже вращались дула многоствольных пулемётов.

Мы поравнялись. И тут пулемёты запели, заходив из стороны в сторону, посылая уничтожающие всё на своём пути светящиеся росчерки горячего свинца. Я всё тянул шею и пытался разглядеть, как они работают, но мы их быстро оставили, въехав в тут же закрывшиеся за нами ворота.

Мы доехали до базы и перетащили четыре контейнера кристаллов в поезд. Доехали до дома, сдали собранное, поужинали. Помню, как ко мне подошёл ректор, трепал за плечо, что-то говорил про моего отца. Видя моё состояние, сказал, что утром ещё напомнит. Я отправился к себе, разделся, лёг и провалился в странный сон, в котором сюрреалистично повторялось всё увиденное и услышанное за день.

04

Утром меня разбудил телефон внутренней связи. Звонил Дмитрий.

– Ну, что, – спросил он. – Выспался?

– Спасибо, – ответил я. – Вроде выспался.

– Ты вчера держался молодцом! Наш профессор просил тебя к нему зайти, как позавтракаешь.

– Что-то важное?

– Не знаю. Раз главный просил, значит, важное.

Я помолчал, собираясь с мыслями. Дмитрий ждал.

– Потом поем. Сначала к профессору схожу.

– Это правильно, – похвалил меня напарник. – А то вдруг что-то важное?

Мы ещё немного поговорили, и я начал собираться.

Посмотрел на свои испачканные вчера штаны. Нет, пожалуй, к начальству надо идти в чистом. Я решил попробовать оттереть жёлтую пыльцу с штанов. А когда начал это делать, из кармана высыпалась вся горсть кристаллов, которую я сунул вчера в карман. Черные, блестящие, правильной формы минералы распались по полу. Да что ты будешь делать. Ползать по полу и собирать их было уже некогда. Я просто сгрёб их первой попавшейся книгой в одну кучу, быстро оделся в чистую одежду и вышел из комнаты.

Профессор был у себя в кабинете. Когда я пришёл, в кабинете с ним был ещё один человек в военной форме и со звёздами капитана на погонах.

– Виктор, – сказал профессор. – Это Игорь Тимофеевич, капитан экспедиционной службы "Заслона". Игорь Тимофеевич, это Виктор, младший научный сотрудник.

Игорь Тимофеевич встал и протянул мне руку.

– Можно просто Игорь, не официально.

– Очень приятно, – сказал я, пожимая в ответ твёрдую жилистую ладонь.

– Ну, вот и познакомились, – профессор зачем-то подвинул на своем столе подставку с ручкой. – Виктор, – обратился он ко мне. – Игорь принёс для тебя известия о твоём отце. И хотел бы задать несколько вопросов.

Я растерялся.

– О моём отце?

– Да, – кивнул капитан. – Как давно вы виделись в последний раз?

– В последний раз? Когда мне было лет десять, он уехал в экспедицию. Он как-то приезжал, оставил мне свои записи с образцом метеорита, а потом уехал снова. А когда всё началось, он уже не вернулся.

Игорь внимательно на меня посмотрел.

– А что, если я скажу, что ваш отец жив?

– Жив? – переспросил я.

– Да, жив.

– Но как вы узнали?

– Наши радисты каждый день прочёсывают эфир. Они связываются с коллегами с разных городов, иногда ловят сигналы радиолюбителей и выходят с ними на связь. С месяц назад мы приняли передачу на азбуке Морзе. Самое интересное, что её передавали