Очарование Ремиты (СИ) - Григоров Сергей Львович

— Я плохо разбираюсь в экономике и был бы рад, если б вы немного просветили меня. Мне сказали, что цена наших основных экспортных товаров крайне низка, и вроде бы по этой причине мы не можем в необходимых количествах приобретать взамен то, что нам нужно. А о массовых закупках, например, санаторных путевок на Фею и речи не может быть. Так ли это?

— И да, и нет, мой герцог. Разрешите, я начну издалека, — ответил министр. — Вот карта нашей планеты. Из девяти материков по-настоящему обжит только один, самый крупный и благоприятный для обитания человека. Три материка объявлены заповедными, на оставшихся пяти есть только маленькие поселки. Одним словом, земли и природных ресурсов у нас более чем достаточно. В целом климат и плодородие почв выше всяких похвал. Несмотря на… действие определенных негативных факторов, население планеты растет достаточно быстро и в настоящее время составляет около ста восьмидесяти миллионов человек. Из них сто десять миллионов — свободные горожане, а около десяти — дворяне и Служители. Остальные называют себя крестьянами, хотя на самом деле почти все они являются обладателями крупных ферм. Переход из одного социального слоя в другой достаточно прост, и общественная стабильность высока. Общий вывод: у нас огромный внутренний потенциал развития.

— Что же нам мешает? Содружество скупает наши товары за бесценок? Почему мы не можем поднять экспортные цены?

— Основа нашего экспорта — продукция сельского хозяйства и уникальные проявители вкуса — концентраты ремитского щавеля, раллодия, роздыни и прочих. Фактически мы монополисты в этой сфере. Капля вытяжки из щавеля — и облагораживается самая грубая пища, а привычные блюда приобретают новые невообразимые оттенки вкуса. Любой настоящий гурман сейчас просто не представляет, как можно наслаждаться пищей без наших добавок. Недостаток один, но существенный: транспортирование любых материальных предметов с одной планеты на другую — весьма дорогое удовольствие. Проблема не столько в преодолении огромных галактических расстояний, сколько в доставке грузов в ближний космос, на околопланетную орбиту.

— Я слышал, что в Содружестве освоена меритская технология нуль-транспортировки. Почему мы ее не используем?

— Да, люди научились строить нуль-туннели и мгновенно, с малыми затратами энергии передавать по ним материальные тела на любые, сколь угодно большие расстояния. Эти туннели бывают двух видов: один — с поверхности планеты в ближний космос, второго типа — между различными звездными системами. У Ремиты нет ни того, ни другого. Более того, политическое руководство планеты традиционно против строительства этих сооружений.

— Почему?

Министр пожал плечами.

— Официальная причина — необходимость единовременного вложения чрезмерно больших ресурсов. Экономика планеты якобы не вынесет подобной нагрузки.

— Это неправда?

— Я со всей ответственностью заявляю, что нам очень выгодно построить хотя бы нуль-туннель первого типа для доставки грузов на околопланетную орбиту. Все вложения сторицей окупятся буквально через полгода.

— Так, а какова действительная причина отказа от строительства нуль-туннелей?

— Мне трудно об этом судить. Я хозяйственник, а не политик. Насколько я понимаю, многие власть имущие до сих пор не согласны с реформами Джорджа Второго, открывшего Ремиту веяниям извне, и всеми силами стремятся сохранить определенную изоляцию. Сколько неудобств доставляет им присутствие здесь только одного эмиссара Содружества! После строительства этих туннелей следует ожидать, что сюда хлынут толпы праздных туристов. Существует мнение, что тем самым будет затруднено следование Предназначению.

И здесь Предназначение, отметил про себя Олмир. Вслух же сказал:

— Хорошо. С этими туннелями разберемся в следующий раз. Вы так и не ответили мне, можно ли нам повышать цены на свои товары. Если мы монополисты, то вроде бы сколько ни запросим, нашу продукцию все равно купят. Деться-то некуда.

— Я уверяю, что установленные нами цены близки к предельно допустимым. В свое время я окончил Школу Вэра Корева и научился абсолютно точно просчитывать все стоимостные величины. Дело в том, что в экономике любая монополия — вещь относительная и временная. В Содружестве не производят продукцию, которая могла бы заменить наши товары главным образом потому, что в существующих условиях это невыгодно. Но как только мы поднимем цены, тут же начнут создавать технологии изготовления продуктов, альтернативных нашим. Сейчас и года не сыграешь на незнании или недостатке информации: все и везде точно учитывается и контролируется. Наши товары будут постепенно выдавлены из сферы общественного потребления. Разве что по старой памяти какой-нибудь знаток специально оговорит в своем заказе использование только ремитских пищевых добавок…

— А что нужно сделать, чтобы даже при высоких ценах в Содружестве отдавали предпочтение нашей продукции?

— Путь один — реклама и еще раз реклама. К слову сказать, феитское вино никак не лучше нашего, но спрос на него всегда высок несмотря на запредельную стоимость. Почему? Да потому, что люди надеются, что оно обладает какими-то особыми свойствами, не указанными в сертификатах. Хотя каждый знает, что и с Феи, и с Ремиты вывозится сухой концентрат ароматических веществ, а вода, спирт и сахар местного производства. Все это смешивается непосредственно перед подачей на стол. Какие особые качества могут быть у этого коктейля?

— Значит, реклама…

— Да, реклама. О нас много душераздирающих историй ходит в Содружестве, поэтому интерес к нашим товарам традиционно выше среднего. Откровенно говоря, мы извлекаем из этого большую пользу, обыгрываем каждую удобную возможность. Последнее повышение цен, например, мы сделали после того, как Ваш отец, Олмир Обаятельный, вошел в контакт с меритцами и предложил им открыть у нас посольство. Тогда пресса Содружества много писала о нас.

— Кто ведет рекламу наших товаров?

— Все рекламные кампании проходят по линии двух ведомств — моего и профсоюза творческих работников. Персональная ответственность, соответственно, возложена на меня и на барона Кима.

— Да? Интересно. Я этого не знал. А справляется барон со своими задачами?

— Вполне. У меня лично, например, нет к нему претензий.

— Хорошо. Еще один вопрос. Почему у герцога Луонского есть то, чем не располагает королевский Дом? Например, современные технологии информационного поиска в компьютерных сетях.

— Каждый Большой Дом получает импортных товаров пропорционально своему экспорту. Герцогство Луонское самое богатое.

— А мы?

— Олмир Обаятельный мало внимания уделял чисто хозяйственным вопросам.

— Понятно. Так… А хватит ли нам средств, чтобы закупать ривский ренень для всего населения?

— По моим данным, сейчас каждый Дом приобретает на рынке Содружества достаточно рененя. Кроме того, у нас отработана своя технология его выращивания.

— Да? Где и кем?

— Эти работы выполнялись большим коллективом научных сотрудников. Руководство проектом было возложено на графа Жана Мерсье, Верховного Служителя, и на знакомого Вам Свена Варгу.

— Варга показывал мне митов особой породы, но о выращивании ривского рененя не сказал ни слова.

— Этот старичок никогда не раскрывает свои карты полностью. Ренень в изобилии произрастает на его ферме. Массовое распространение его митов тоже обещает революцию в экономике.

— Значит, никаких проблем с продлением жизни всех жителей Ремиты?

— Никаких. За исключением того, что дворянам и Служителям не рекомендуется употреблять ренень.

— Я как раз хотел спросить, почему это для них такое ограничение.

— Я не дворянин и не вдавался в этот вопрос. Говорят, что это затрудняет следование Предназначению.

Опять Предназначение! Совершенно непонятно и страшно: отказываться от продления своей жизни ради чего-то абстрактного, неосязаемого…

— Неужели никто из дворян и Служителей не нарушает этот запрет?

— Ну почему же никто? Втихомолку, исподтишка — почти все, кто дожил до преклонных лет. По моим данным — я как-то проследил за распределением одной партии импортной продукции — почти все члены Коллегии Служителей заказывают и, вероятно, потребляют ренень.