Сеятель у порога - Николай Баранов

Тишину оборвал спокойный голос координатора:

— Экипажу приготовиться к бою, — и, обращаясь к связисту, он добавил. — Сообщите обо всём на Землю.

Глава 4

Пришла пора поработать посту управления средствами поражения. Практически все остальные службы переключились на его обслуживание. Сам Виктор и его подчинённые трудились не поднимая головы, вводя в компьютер исходные данные для стрельбы.

Горелов решил для начала продемонстрировать пришельцам мощь земного оружия и серьёзность своих намерений, но не доходя до крайностей. Пять термоядерных носителей через пятнадцать минут должны были стартовать со станции. Правда, объекту до вхождения в зону поражения оставалось почти два часа ходу и ракеты должны были уйти за границу зоны раньше, но этот факт не противоречил планам координатора. Собственно, для данного вида носителей граница была понятием довольно условным. Просто при выходе ракет из зоны начинало сказываться расстояние — команды, передаваемые по радио, запаздывали и считалось, что маневренность при выходе из зоны не удовлетворяет требованиям. Чьим требованиям и какими критериями пользовались их составители было не очень ясно даже Андрею, хотя специалистом в своей области он был отменным. Так что носителям, вышедшим из зоны поражения, ничто не мешало лететь дальше хоть за границы системы, единственное, что управляющий сигнал шёл бы к ним сутками и чем дальше, тем дольше.

План у Горелова был довольно прост: выслать навстречу пришельцам носители и подорвать их на расстоянии, позволяющем тому сманеврировать и обойти плазменное облако взрыва без особого вреда. Этим координатор надеялся убить сразу двух зайцев: продемонстрировать возможности земного оружия и недвусмысленно дать понять обитателям объекта, что их полёт к Земле лучше прервать.

Закончив ввод исходных данных в компьютер и получив сигнал о готовности, Виктор оторвался от дисплея и глянул на координатора, собираясь доложить. Горелов кивнул, давая понять, что доклада не требуется и приказал:

— Подготовьте носители к пуску.

Виктор снова уткнулся в пульт. Подготовка к пуску и сам пуск были занятием трудоёмким, в том смысле, что нужно было снять около десятка блоков и предохранителей — контроль над оружием такой мощности был весьма жестким. Наконец, справились и с этим. На контрольных экранах Бобков увидел, как из шахт оружейных бункеров показались цилиндрические тела носителей, которые плавно встали на направляющие.

Рядом с правой рукой Виктора вспыхнула тревожным красным светом небольшая, стоящая особняком от остальных, кнопка. Сверху её прикрывал решётчатый колпачок — последняя мера предосторожности. Кнопка сразу приковала взгляд всех четверых его коллег, да и сам он с трудом оторвался от её созерцания для доклада.

Горелов объявил минутную готовность. Механический голос автомата начал отсчёт. Виктор вдруг почувствовал неудобство позы, в которой он находится. Скафандр давил правый бок, затекла левая нога. После команды 'к бою', весь личный состав станции облачился в скафандры — разгерметизация во время боя штука не редкая и весьма вредная для здоровья. Бобков ерзнул в кресле, пытаясь найти более удобное положение. Стало легче, но лишь на несколько секунд. Бобков ещё раз сменил позу — результат отказался тем же. Он понял, что это, видимо, чисто нервное и попытался взять себя в руки. Когда автомат отсчитал тридцать секунд, Виктор расстегнул липучки правой перчатки скафандра, хотя и в них пальцы были довольно подвижны — для работы на терминале, взял ключ, вставил в гнездо, дождавшись щелчка, откинул решётку предохранителя с кнопки. Теперь его бросило в жар. Бобков почувствовал, как потекли противные ручейки пота по спине, впитываясь в гигроскопическое бельё. На пятидесятой секунде Виктор положил палец на кнопку. Палец очень удобно лёг в выемку на её поверхности. Виктор стрельнул глазами вправо и влево. Лица операторов застыли, глаза не отрывались от экранов, показывающих пусковые установки носителей.

— Четыре, три, два, один, ноль! — закончил отсчёт робот.

Виктор утопил кнопку, послышался лёгкий щелчок и кнопка погасла. Бобков тут же перевёл глаза на экран пусковых установок. Носители начали разгоняться по направляющим, вначале медленно, потом всё быстрее и оторвались от них с уже весьма приличной скоростью. Все переключили внимание на большой экран внешнего обзора. На нём ракеты, вернее их кормовые части, виднелись небольшими светлыми пятнышками. Виктор глянул на шкалу, указывающую удаление носителей от станции. Расстояние составляло уже более тридцати километров. На трёхстах километрах, чтобы не вызвать нежелательных последствий, должны были включиться собственные двигатели носителей. Через минуту там, где ракеты проглядывались уже в виде точек, почти одновременно вспыхнуло пять ярких трепещущих огоньков — заработали двигатели. Ракеты, набирая скорость, рванулись навстречу пришельцу.

Носители должны были выйти в расчётную точку примерно через час. Голоса людей в отсеке затихли. Те, кто появился недавно, следили за полётом ракет на телескопических экранах. Несущие вахту уже более шести часов люди, почти все откинулись на спинки кресел, используя паузу для передышки. Виктор также почувствовал накопившуюся за последние сутки усталость и последовал их примеру. Однако, его никак не отпускало лихорадочное напряжение последних часов. Повозившись в кресле, он, всё же нашел удобную позу и смог чуть расслабиться. Как ни странно, удалось даже задремать. Разбудил его лёгкий толчок в скулу. Бобков открыл глаза — на него смотрел Ян. Виктор собрался было возмутиться такой фамильярности, но вспомнил, что тычки в другие части тела, находящиеся в скафандре, он мог бы не почувствовать.

— Пять минут до подрыва носителей, — сообщил Малевский, как только убедился в том, что Виктор обрёл способность к осмысленному восприятию.

— Спасибо, — буркнул Бобков, наклоняясь к экрану и встряхивая головой, прогоняя остатки сна.

На экране светилось заметно увеличившееся изображение чужака. Присмотревшись внимательнее, можно было различить пятнышки носителей. Они выглядели продолговатыми. Видимо, со сна Виктор не сразу сообразил, почему носители сместились влево от объекта, когда должны были взорваться у него прямо по курсу, да и выглядеть они должны были на экране правильными кружками, а не эллипсами, как сейчас. Он уже собрался было спросить у подчинённых, почему не проводится коррекция, но вовремя прикусил язык, сообразив в чём дело. Ведь станция продолжала двигаться по орбите, а пришелец, летящий семь часов назад, казалось, прямо на неё, а на самом деле к Земле, сохранял тот же курс. Поэтому получилось так, что станция вышла из точки пересечения с траекторией его полёта, носители, выпущенные час назад из одной точки орбиты теперь из другой были видны чуть сбоку. Отсюда и кажущееся смещение и изменение их формы.