Миры Клиффорда Саймака. Книга 15 - Клиффорд Саймак

— Пускай заходят, — сказал Блейн.

— У них вообще‑то все дома?

— Вы имеете в виду Джорджа и Херба?

— Кого же еще?

— Конечно, Ирма. Просто у них такой стиль.

— Вы меня утешили, — сказала секретарша. — Сейчас выпихну их к вам.

Двое фабрикаторов зашли в кабинет и вольготно расселись в креслах. Джордж швырнул Блейну папку.

— Сновидение Дженкинса. Только что закончили.

— Этот тип хотел участвовать в большой охоте, — добавил Херб. — Мы ему состряпали целый сценарий.

— Все как в жизни, — с гордостью заявил Джордж. — Ничего не упустили. Сунули его в джунгли, добавили туда жары, грязи и насекомых и напичкали окрестности кровожадными хищниками. За каждым кустом его будет ждать какая‑нибудь кошмарная тварь.

— Это не охота, — сказал Херб, — а вечное сражение. Когда он не трясется от страха, то улепетывает со всех ног. Черт меня побери, если я упомню еще одного такого клиента.

— У нас кого только не бывает, — заметил Блейн.

— Да уж. Но мы любого уделаем.

— В один прекрасный день, — сухо сказал Блейн, — вы, ребята, доиграетесь до того, что вас вышвырнут в Физкультуру.

— Черта с два! — сказал Херб. — В Физкультуру не беруг без медицинского образования. А мы с Джорджем даже палец толком забинтовать не умеем.

Джордж пожал плечами:

— Вам не о чем беспокоиться. Мирт все уладит. Если мы перегнули палку, она смягчит сценарий.

Блейн отложил папку в сторону.

— Я введу его сегоня вечером перед уходом. — Он взял в руки блокнот. — А здесь у меня для вас совсем другое задание. Прежде чем приступать к нему, пригладьте свои вихры и станьте пай–мальчиками.

— Это для дамочки, которая только что отсюда вышла?

Блейн кивнул.

— Для нее я бы состряпал такое сновиденьице!.. — заявил Херб.

— Ей нужен покой и достоинство, — предупредил Блейн. — Галантное общество. Что‑то вроде современной версии плантаторской эры середины девятнадцатого века. Никакой грубости — сплошные магнолии, белые колонны и лошади на зеленой траве.

— И ликеры! — подхватил Херб. — Океан ликеров. Бурбон, листья мяты и…

— Коктейли, — поправил его Блейн. — И к тому же не слишком много.

— Жареные цыплята, — вступил в игру Джордж. — Арбузы. Лунный свет. Катание на лодках по реке. Дайте мне, я это сделаю!

— Не заводись. У тебя неверный подход: нужно медленнее и проще. Без спешки. Представь себе нежную мелодию — нечто вроде вечного вальса…

— Можно ввести туда войну, — предложил Херб. — В те времена воевали галантно. Кавалеристы в расшитых мундирах…

— Она не хочет войны.

— Но нужно же хоть какое‑то действие!

— Никаких действий — или совсем чуть–чуть. Ни волнений, ни сражений. Сплошная элегантность.

— И мы, — скорбно добавил Джордж, — все в грязи и только что из джунглей.

Снова зажужжало переговорное устройство.

— Вас хочет видеть бизнес–агент, — сказала Ирма.

— О'кей, передайте ему…

— Он хочет видеть вас немедленно.

— Ах–ах! — сказал Джордж.

— Норм, вы всегда были мне симпатичны, — сказал Херб.

— Хорошо, — сказал Блейн. — Передайте: я сейчас приду.

— И это после стольких лет, — пожаловался Херб. — Стараешься, режешь ближним глотки, втыкаешь в спины кинжалы, чтобы пробиться наверх, — и вот результат!

Джордж провел указательным пальцем по горлу и издал шипящий звук, имитируя бритву, врезающуюся в плоть.

Шутники!

Глава 2

Лью Гиси был бизнес–агентом гильдии Сновидений. Много лет подряд он правил гильдией — правил железным кулаком и обезоруживающей улыбкой. Был предан своему делу и требовал преданности от других. Был скор на расправу, решительно и строго наказывал провинившихся и не скупился на награды достойным.

Работал он в богато убранном кабинете, но за обшарпанным столом. Стол был для него символом — или напоминанием — той жестокой борьбы, которую ему пришлось выдержать, чтобы достичь своего нынешнего положения. За этим столом он начинал свою карьеру; стол кочевал за ним из кабинета в кабинет, пока Лью Гиси локтями пробивал себе путь наверх. Стол был потрепан и покрыт шрамами (в отличие от своего владельца), словно именно он принимал на себя удары, предназначенные его хозяину.

Но этот удар он не смог принять на себя — сидевший в кресле за столом Лью Гиси был мертв. Голова его упала на грудь, руки лежали на подлокотниках, а пальцы все еще цеплялись за дерево.

Он выглядел спокойным и умиротворенным, так же как и сама комната — будто кто‑то наконец дал ей передышку после стольких лет бурных сражений. Теперь она отдыхала, наслаждаясь покоем, словно понимая, что передышка будет недолгой. Пройдет немного времени, и новый человек придет сюда, сядет за стол — очевидно, уже за другой стол, ибо кто же захочет сидеть за обшарпанным столом Лью Гиси? — и вновь начнется бой и закипят страсти.

Норман Блейн остановился на полпути между дверями и столом; тишина, царившая в комнате, и голова, склоненная на грудь, без слов рассказали ему о случившемся.

Блейн стоял, прислушиваясь к тихому тиканью настенных часов. Обычно их не было слышно — их заглушали другие звуки. В приемной через коридор стрекотала пишущая машинка, доносился даже отдаленный шелест машин, мчащихся по магистрали, идущей мимо Центра.

Он подумал, почти бессознательно: «Смерть, тишина и покой троицей неразлучной ходят, не разнимая рук». И тут осознание происшедшего сжало мозг кольцом леденящего страха.

Он осторожно шагнул вперед. Звуки шагов утонули в толстом ворсе ковра. Блейн все еще не понимал, что попал в очень двусмысленное положение: что несколько минут назад бизнес–агент вызвал его к себе; что именно он нашел мертвое тело; что его присутствие в кабинете может показаться подозрительным.

Он подошел к столу, к тому краю, где стоял телефон, и, услыхав голос оператора, попросил:

— Охрану, пожалуйста.

В трубке раздался щелчок, чей‑то голос произнес:

— Охрана слушает.

— Фарриса, пожалуйста.

Блейна начала бить дрожь; мускулы на руках непроизвольно сокращались, лицевые мышцы нервно подергивались. Он почувствовал, что задыхается; желудок сдавили спазмы, к горлу подступил тугой комок, во рту внезапно пересохло. Он крепко стиснул зубы и усилием воли укротил взбунтовавшиеся мышцы.

— Фаррис у телефона.

— Это Блейн из Фабрикации.

— Привет, Блейн. Чем могу помочь?

— Гиси вызвал меня к себе. Я пришел в кабинет, но патрон мертв.

— Вы в этом уверены?