Волчья звезда - Галина Мария

- Ждет? Зачем?

- Хочет сделать какое-то сообщение.

- А почему в Дубовом зале? Почему не в аппаратной? Ему что, не нужно демонстрационное оборудование?

- Он сказал - нет. Хватит, Симон, не будем задерживать ни Винера, ни остальных.

В Дубовом зале было почти темно - за окном остывало вечернее небо, переходя в прозелень, в глубокую синеву - верхушки дальних гор на этом фоне казались черными. Камин уже разгорелся, пламя свечей трепетало на теплой поверхности дерева, но темнота притаилась везде - в углах, на хорах, в тенях от потолочных балок.

Винер, освещенный с двух сторон пламенем свечей, выглядел весьма живописно. Портативного проектора, которым обычно пользовались при всяческих устных сообщениях, при нем не было, зато на столе, у локтя, лежало нечто темное, тяжелое, распространяя едва ощутимый запах плесени. Симон вздрогнул перед Винером, распластавшись, точно огромная летучая мышь, лежала его книга. “Носферату, ужас ночи”.

Все уже сидели, с любопытством взирая на докладчика Симон тоже устроился в кресле, и Коменски, благожелательно кивнув, сказал:

- Мы слушаем.

Винер набрал побольше воздуху и внушительно произнес:

- Я хочу подойди к проблеме, которая так много значит для всех нас, несколько с другой стороны. Новый взгляд, знаете ли…

-Да-да, - терпеливо сказал Коменски, - очень интересно.

-Так вот… Сами знаете, насколько то, что мы увидели здесь, не совпало с нашими ожиданиями… Более того - столкнувшись с нынешней ситуацией на Земле, мы испытали нечто вроде культурного шока, и вопрос о том, что же нам теперь делать, заслонил другой вопрос, по-своему не менее важный, а именно; что же все-таки произошло.

- Регресс, - печально сказала Наташа, - упадок.

-Да. Но почему? Мы все хорошо знаем, что представляло собой человечество в эпоху звездных перелетов - высокоразвитое цивилизованное общество, обладающее высоким духовным и техническим потенциалом.

- Общество, - заметил Гидеон со своего места, - каким бы высокоразвитым оно ни было, никогда не является однородным конгломератом. Наверняка там были такие вот Богом забытые медвежьи углы.

- Дело не в том, что они были, - ответил Винер, - дело в том, что только они и остались. Куда делось все остальное?

Гидеон неопределенно хмыкнул и смолк.

- Вот в чем, как говорится, вопрос, - продолжал Винер. - Лично я полагаю, чтобы найти разгадку, мы должны обратиться к тому, что до сих пор отвергалось нами, как не стоящее внимания - а именно, к преданиям и легендам. Вы все знаете, что предания составляют основу местной культуры - не на пустом же месте они возникли…

- Так-то оно так, - вмешался Симон, - но ты забываешь, что все эти предания у них были еще в доперелетную эпоху. И даже не очень-то изменились с тех пор.

- Именно это, - веско произнес Винер, - мне и показалось особенно важным. Эти предания слишком устойчивы, чтобы быть просто преданиями - стоит лишь предположить, что они имеют под собой реальную основу, как все становится на место. Я понимаю, это поначалу может показаться бредом…

- Ну-ну, - ободряюще сказал Гидеон, - валяй.

- Я хочу обратить ваше внимание на то, что по преданиям человечество было неоднородно - среди обычной популяции время от времени появлялись некие иные существа. Бессмертные, неуязвимые…

- Господи, - непроизвольно проговорил Симон,-это ты о…

- Погоди, Симон, - вмешался Коменски, - продолжай, Винер. То, что ты говоришь, очень интересно.

- Спасибо. Я продолжаю. Существа, обладающие высшими знаниями, не подверженные низким страстям… владеющие силами природы настолько, что остальная популяция почитала их за магов, а следовательно - ненавидела их и боялась. Этот страх и трансформировался в те легенды, которые дошли до нас.

Он любовно похлопал ладонью по распластанному томику “Носферату”.

-Симон любезно предоставил мне образцы тканевой жидкости представителя местного населения. Никаких отклонений от нормы по сравнению с архивными данными не выявлено, а следовательно я делаю вывод: местное население не изменилось. И все-таки я полагаю, что имеет место спонтанная мутация, которая периодически наблюдалась на всем протяжении истории человечества, но за последнее время качественный скачок перешел в количественный - теперь подобные существа составляют большую часть населения Земли. Другой вопрос, что мы сейчас имеем дело не с ними…

- И почему же мы их не видим? - с любопытством спросила Оливия, кажется, готовая поддаться глубокому убеждению, звучавшему в голосе Винера.

- Если следовать легендам, они вполне могут оставаться невидимыми. Если того пожелают. Я напомню вам - сейчас, по местным преданиям, началась Хромая неделя. Именно в это время сверхъестественные существа проявляют особую активность - местные боятся вступать с ними в контакт. Поскольку они опасны даже будучи невидимыми - смертельно опасны…

- Погоди, Винер, - вновь вмешался Гидеон, - даже если допустить, что ты прав… не предлагаешь же ты вступить с ними в контакт? Насколько я понимаю, предания приписывают им чудовищную злобу и коварство… и если это и впрямь так, чего мы добьемся?

- По крайней мере, определенности, - сказал Винер. - Что же касается злобы и коварства… Люди склонны очернять то, чего не понимают. А на деле все действия этих…представителей нового вида… вполне могут быть объяснимы.

- И то, что они, по преданиям, питаются человеческой кровью? - спросил Симон.

- А ведь верно, Винер, - оживилась Наташа, - это за ними водится. Порядочная пакость…

- “Кровь, надо знать, совсем особый сок”, - процитировал Гидеон.

- Что такое кровь? - спокойно возразил Винер. - Всего навсего биологическая жидкость. Возможно, какое-то нарушение обмена мешает им усваивать органические вещества обычным путем… В конце концов, забивают же местные животных на мясо - не станешь же ты упрекать их в излишней жесткости… это абсурд.

- Но ты же не рубишь голову курице, чтобы приготовить себе обед? - спросил Гидеон. - На каком-то этапе даже такая жестокость становится невыносимой.

- Да, но быть может, кровь - это всего лишь символ. Художественная интерпретация. Возможно, они черпают чистую, трансформированную энергию скажем, чистую АТФ - это еще предстоит выяснить. Так или иначе, нынешнее человечество - это просто субстрат, на котором существует нечто совсем иное.

- Пожалуйста, - сказал Оливия, - ну пожалуйста! Я не могу больше этого слушать… ведь если это правда…

Симон увидел, что ее трясет.

- Если это правда, у нас появляется хоть какая-то надежда, - возразил Винер.

- Не нужно мне такой надежды… не хочу я…

- Хватит на сегодня, - вмешался Коменски, - уведи ее, Наташа.