Звёздотрясение - Роберт Л. Форвард

Пятнистая Верхушка, ни другие пятнистокожие не тревожили нас, пока мы не попадались им на глаза.

 – Но мы явно были им не по душе, – заметил Кулоновский Потенциал. – И тогда мы занялись укреплением нашего жилища. Как вам мой магнитный барьер?

– Ты протянул катушку по верху стены?

– Да, сверхпроводящую проволоку я собирал с тех пор, как был мальком, и, наконец-то, нашел ей достойное применение. Чтобы ее зарядить, потребовалось немало энергии, зато теперь она защищает нас и от пятнистых, и от скороходов.

– Когда я приземлилась, на меня напала целая стая скороходов, – поделилась Уме-Уми.

– Сейчас здесь полно диких животных, – объяснил ей Быстрое Перо. – Бывшие домашние питомцы теперь живут сами по себе. Еще я заметил, что молодые особи миниатюрных скороходов и вялотелов стали крупнее, чем животные в предыдущем поколении. Похоже, что процесс миниатюризации гибридов был временным, раз молодое поколение начало возвращаться к прежним размерам.

– И где теперь Пятнистая Верхушка? – спросила Уме-Уми. – Когда я сюда прилетела, то никого не увидела.

– Она знала, что ты скоро вернешься, – ответил Быстрое Перо. – Думаю, она не хотела встречаться с тобой лично, поэтому с дюжину оборотов тому назад ушла вместе со остальными пятнистокожими. Они направились на север и забрали с собой кормовых крадунов.

– Нужно снова привести коммуникатор в рабочее состояние, – сказала Уме-Уми. – Я должна рассказать о случившемся космитам.

– Они уже все знают, – объяснил Кулоновский Потенциал. – Коммуникатор я включил сразу после того, как мы обезопасили жилище. Сейчас им пользуется Ньютон-Эйнштейн. Скорее всего, он получает инструкции от инженера Утесного Паука.

– Следуйте за мной, и я вас туда отведу. – Быстрое Перо провел их через лабиринт стен и ходов. – Не ходите туда, – предупредил он, указав глазными стебельками туда, где, на первый взгляд, располагался главный коридор, а сам тем временем завернул налево, в нечто, напоминающее кладовую нишу, и перелез через мешки с сушеными орехами.

– Почему? – спросила Уме-Уми.

Кулоновский Потенциал не ответил; вместо этого он просто взял из лопнувшего мешка крупный орех и катнул его вглубь коридора. Орех тут же вспыхнул в ослепительно ярком сиянии раскаленной лиловой плазмы.

– Это была идея Утесного Паука, – объяснил Кулоновский Потенциал. – Конечно, на небольшом предмете вроде ореха это выглядит куда зрелищнее, но такого вполне достаточно, чтобы превратить крупного чила в горячее блюдо.

Преодолев внутренний лабиринт, они оказались во внутреннем корпусе, где находились Ньютон-Эйнштейн и коммуникатор.

– Да. Она только что прибыла, – сообщил Ньютон-Эйнштейн. – Я передам ей ваши указания.

Уме-Уми надеялась снова услышать знакомый голос Утесного Паука, но Ньютон-Эйнштейн, судя по всему, уже закончил разговор и не собирался ждать еще два клособорота.

– Здравствуйте, учитель Уме-Уми, – поприветствовал Ньютон-Эйнштейн, глаза которого, похоже, были прикованы к ее свежеомолодившимся векам. – Процедура определенно пошла вам на пользу. Буду рад на любом обороте встретиться с вами для дополнительных занятий.

Уме-Уми уже жалела о необходимости, вынудившей ее много оборотов тому назад спариться с некоторыми из молодых половозрелых самцов. Они быстро выросли и теперь казались ей чересчур неучтивыми.

– Каковы указания космитов? – спросила она, не обратив внимания на его ремарку.

– Утесный Паук считает, что я достаточно подготовлен, чтобы оценить состояние гравитационных катапульт Яйца. Начать он предлагает с установок на западном полюсе, поскольку они находились дальше остальных от эпицентра звездотрясения. Что скажете? – Он подполз ближе и протянул к ней один из глазных стебельков.

– Мы возьмем с собой Кулоновского Потенциала, – сказала Уме-Уми, снова беря на себя командование группой.

– Зачем? – удивился Ньютон-Эйнштейн. – Он же не разбирается в гравитационной инженерии. К тому же он нужен здесь, чтобы следить за работой генераторов.

– О генераторах позаботится робот, которого я привезла с собой, – объяснила Уме-Уми. – Ты не учел, что гравитационной катапульте тоже нужна силовая установка. Пока ты проверяешь состояние самой катапульты, Кулоновский Потенциал сможет выяснить, есть ли шанс привести в действие ее генераторы.

– Как скажете. – Ньютон-Эйнштейн был явно разочарован тем, что ему не светит путешествие наедине с Уме-Уми.

– Покажите мне остальное жилище. – Уме-Уми направилась в коридор, на полу которого чередовались полосы из пыли и твердых камней. – А после нам нужно выдвигаться. – Быстрое Перо поспешил заслонить ей путь.

– Эта ловушка не активирована, – сказал он. – Но вы должны знать, что означают эти чередующиеся полосы, когда увидите их внутри лабиринта.

– Очередной удар током? – спросила Уме-Уми.

– Хуже, – ответил Быстрое Перо. Он нажал один из фрагментов настенной картины, воспроизведя кодированную последовательность, которая активировала ловушку.

– Осторожнее, – предупредил его Кулоновский Потенциал.

– Рано или поздно нам придется научиться делать это со спрятанными глазами, – заметил Быстрое Перо. Он не стал втягивать глаза и вместо этого быстро переполз полосатый узор, изогнув свою подошву на манер гипертрофированной волны, которая касалась твердого пола, не затрагивая его пыльных частей. Безопасно перебравшись на другую сторону, он бросил орех, который покатился по тому же коридору. Взрыв трубки, закопанной в коре посередине чередующихся полос, запустил вверх тяжелый снаряд, за которым тянулась тонкая, крепкая нить. Затем груз упал на землю, сбоку от воспламенительной трубки. Он ушел вглубь коры, утянув за собой один конец нити. Стенки образовавшейся ямки светились от мощного удара.

Уме-Уми смерила взглядом два соединенных прочных волокном отверстия в коре, после чего посмотрела на Быстрое Перо.

– Эти зебу-барьеры разбросаны по всей базе, – объяснил Быстрое Перо. – Но постоянно действуют только внешние. Если ваш мозговой узел не пробьет высокоскоростной груз, волокно, как минимум, пришпилит вас к коре, и выбраться без нашей помощи вы уже не сможете.

Быстрое Перо отключил барьер, и Уме-Уми попыталась его переползти, придав своей подошве необходимую для этого гипертрофированную пульсацию. Ей удалось перебраться на другую сторону, получив лишь одно предупреждение от учебного монитора.

Прежде, чем отправиться в путь, Уме-Уми поднялась на летуне по высокой траектории, чтобы оглядеться. Кулоновскому Потенциалу определенно нравилось летать, чего не скажешь о Ньютон-Эйнштейне, который прижался к полу, спрятав под бледными веками все двенадцать глаз.

Оставив Быстрое Перо во главе их базы, Уме-Уми, Ньютон-Эйнштейн и Кулоновский Потенциал отправились на западный полюс, планируя на летуне у самой коры. Одна из гравитационных катапульт располагалась неподалеку от Белой Скалы. Уме-Уми водили туда на экскурсию, когда она еще