«Если», 1993 № 02 - Урсула Гуин

Первоначальные версии замыкались на вопросе: наркоман — больной или преступник?

В американских исследованиях шестидесятых-семидесятых годов сторонники клинических, биогенетических теорий наркомании пытались объяснить ее происхождение различными дефектами личности, психопатическими и невротическими расстройствами. В последнее время американские авторы отказались от подобных попыток. Д.Бакалар и Л.Гринспун в книге, вышедшей в 1984 г., заявляют, что «подозревать в наркомане психическую неполноценность можно только в том случае, если она является результатом, а не причиной злоупотребления наркотиками». По-видимому, эта позиция связана с тем, что наркомания в США получила столь широкое распространение во всех социальных слоях и возрастных группах населения, что делает нереалистичным относить ее на счет психической патологии или личностных психологических проблем. По данным ООН, в США в 1985 г. ежедневно употребляли марихуану 4,9 % старшеклассников, а пробовали ее хотя бы один раз в жизни 56 миллионов человек. Среди употребляющих кокаин в 1982 г. было полтора миллиона подростков до 17 лет, в возрасте 19–27 лет — 9 миллионов, причем с 1974 по 1982 г. число употребляющих кокаин в США хотя бы один раз в жизни возросло с 5,4 до 22,2 миллионов человек. Эти цифры вполне могут убедить, что стремление к употреблению наркотиков нельзя объяснить исключительно личностными расстройствами или криминальными наклонностями. Это была слишком простая гипотеза. Сотрудник Французского центра социологических исследований К. Бонмэн, изучив группу молодых наркоманов, также пришел к выводу, что полученные им данные не дают оснований утверждать, что существует «типичный портрет наркомана».

Вместе с тем американские и французские авторы, исследующие психологические причины употребления наркотиков, отмечают такие внутриличностные факторы, как эмоциональная нестабильность, отсутствие воли, зрелости, динамизма, честолюбия, указывают на стрессы, эмоциональную неудовлетворенность, стремление снять напряжение, волнение, усталость, стремление облегчить общение с другими людьми.

По-видимому, можно говорить о трех основных моделях употребления психоактивных веществ: гедонистической, фрустрационной и адаптогенной.

Проясним терминологию.

В первом случае наркотики употребляют для развлечения, для удовольствия.

Во втором — чтобы восполнить дефицит положительных эмоций.

В третьем — уменьшить стресс, снять напряжение.

И вот тут самое время поговорить о том, что является наркотиком.

С медицинской точки зрения, к наркотикам относятся вещества, способные изменять психическое состояние человека, вызывающие болезненное пристрастие и запрещенные законом для употребления. Чтобы какое-то вещество было причислено к наркотикам, оно должно отвечать всем этим критериям. И кофе, и табак, и героин — психоактивные вещества, пристрастие к табаку у заядлых курильщиков носит характер болезненного влечения, но только героин из этих трех веществ внесен Конвенцией ООН и, соответственно, Минздравом России в список наркотиков. Изготовление и распространение веществ, внесенных в этот список, влечет за собой в странах, подписавших Конвенцию, уголовную ответственность. Перечень веществ, относимых к наркотикам, постоянно расширяется. Тридцать лет назад в аптечных киосках без рецепта продавались таблетки от кашля — кодеин, сейчас эти таблетки отнесены к наркотикам. Действие их не изменилось, они по-прежнему помогают избавиться от кашля, но при этом обнаружилось, что они воздействуют и на настроение пациента, к ним возникает привыкание. Этот побочный эффект был замечен заинтересованными лицами и стал причиной немедицинского употребления. Появилась новая форма наркомании — кодеиновая, список наркотиков расширился.

Не все просто с этим списком. Алкоголь, к примеру, в него так и не попал, хотя полностью отвечает заложенным критериям: возможность привыкания, распространенность явления, социальные и медицинские последствия. Вроде бы в списке наркотиков он должен стоять на первом месте, особенно в России, однако не стоит; изготовление и распространение алкоголя санкционировано государством. Я пытался сравнивать медицинские и социальные последствия употребления алкоголя (не наркотика) и гашиша (наркотика). Вред для здоровья, включая поражение внутренних органов, головного мозга, смерть от отравления бывает чаще от алкоголя. Деградация личности при длительном употреблении более выражена при алкоголизме. Количество преступлений, совершенных в состоянии алкогольного и наркотического опьянения, не стоит и сравнивать. Такая вот логическая загадка.

В разных странах, в различных социальных средах преобладает та или иная модель наркотизации.

И по видам наркомании Россия отличается от стран Запада. Если в Европе первое место принадлежит каннабису, затем идут амфетамины, героин, а в последнее время — кокаин, то в России 97 % наркоманов пользуются препаратами, полученными кустарным путем из различных сортов мака и конопли. Основными источниками поступления наркотиков растительного происхождения являются Кавказ, Средняя Азия, Украина и ряд центральных областей России.

Доступность наркотиков в России и на Западе совершенно несопоставима. Порция героина в США или Великобритании стоит наркоману как билет в кино, нашему наркоману требуется 3–4 тысячи рублей в день, что, кстати, с неизбежностью приводит его к преступлению. При этом в лучшем для себя случае отечественный наркоман довольствуется опиумом- сырцом, изготовленным из опийного мака в Средней Азии, а чаще всего — суррогатом, полученным из соломки обыкновенного масличного мака.

Наиболее тревожным прогностическим признаком является то, что наркомания в России проникает в новые для себя географические и социальные пространства. Наркомания, бывшая когда-то в нашей стране экзотическим продуктом тюрем, лагерей и некоторой части художественной богемы, стала подростковой и молодежной проблемой. По результатам опросов в московских учебных заведениях, наркотические и одурманивающие вещества пробовали 15 % студентов и 22 % учащихся профессионально-технических училищ; к 7 классу школы опыт знакомства с наркотиками приобретают от 5 до 15 % школьников, а к 10 классу — 20 %.

Отношение молодежи к наркотикам определяет перспективы наркотической ситуации в России в ближайшие годы и в более отдаленном будущем. Причины, толкающие подростка к знакомству с наркотиками, ищут во всем мире. В публикациях западных авторов наиболее частым мотивом называют проблему «отцов и детей» — протест в отношении духовных ценностей родителей, общества в целом. Немалое значение имеет отсутствие жизненных перспектив в связи с безработицей молодежи, недовольство и неудовлетворенность своим социальным статусом. Но согласимся: это объяснение с реабилитирующим наркоманов оттенком.