Человек-энергия - Морис Лима

- Гм... масштабы дела, конечно, невелики... Однако следует учесть, что до сего времени на различных планетах исчезали люди, но чтобы вот таким образом, как-то не припоминаю...

Липензон склонился над письменным столом:

- Мюска! Разберитесь с этим, прошу вас... Найдите этого проклятого Рика Демаркэ... или раскройте дело, если девица вместе с дружком ухлопали его... или он сам придумал все это, чтобы удрать куда-нибудь с другой... Готов держать пари, что все это выеденного яйца не стоит и достойно занять место в самом низу на шестой странице вечерней газеты...

- Я в этом не совсем уверен, господин директор. Итак, вы даете мне карт-бланш?

- Да, да. Даю, даю. Но не забывайте о своем докладе относительно контрабанды со спутников Марса...

- Он почти закончен. К тому же я рад вашему совету "искать женщину" во всей этой истории.

Липензон выдавил из себя несколько высокомерную улыбку: мол, вот так, учи вас всегда!

- Да, да. Я всегда мыслю здраво и практично, даже когда мчусь на звездолете из конца в конец Галактики...

- Конечно, конечно, господин директор. О'кей! Я сейчас же отправляюсь взглянуть на эту мадемуазель Лассерр. Должен сказать, что на экране она выглядит прехорошенькой...

Переложив жевательную резинку за другую щеку, Робэн Мюска попрощался с шефом.

Через пару минут он уже шагал по парижским улицам. Он всегда с удовольствием бродил по этому прекрасному городу. К тому же, как он считал, при ходьбе лучше думается. Затем заскочил в бистро, чтобы выпить стаканчик марсианского "зтакса", который хорошо взбадривает и прочищает мозги.

- Значит, рутинное дельце? - бормотал он себе под нос. - Ну, это мнение патрона... Мне кажется, что здесь нечто иное...

Чтобы лучше почувствовать прелесть ночного Парижа, он вошел в воздушный метрополитен, подвешенный на мощных опорах, и заскользил между небоскребами, островками зелени и старинными домами времен Великой выставки декоративных искусств, памятниками, ревностно хранимыми парижанами.

Неподалеку от дворца Шайо, обветшалого, но ещё прекрасного, он вышел и вошел в подъезд нового жилого дома.

Стоя перед световым табло, он проговорил:

- Мадемуазель Лассерр?

Достаточно было произнести имя, как на табло загорелся индикатор. Длилось все это с минуту, затем появилась надпись, что мадемуазель Лассерр нездорова и просит извинить за то, что не может принять.

Робэн Мюска нисколько не удивился и произнес магическое слово "полиция", приложив к окошечку свое удостоверение.

Снова загорелись огонек и надпись:

"Я устала. Что вам от меня нужно?"

Вежливым, но достаточно твердым голосом инспектор пояснил:

- Я хотел бы встретиться с вами, мадемуазель, неофициально, как друг. Большего я не прошу.

Чтобы покончить с колебаниями, ей понадобилось всего несколько секунд. На этот раз Мартина не стала использовать световое табло. Из динамика донесся её живой голос, и Робэн Мюска услышал:

- Поскольку вы называете себя моим другом, то я вас, конечно, приму. Но не теперь... Позже... Хотите завтра?

Робэн Мюска был в достаточной степени психологом, чтобы понять, что она расстроена и даже напугана. Полицейские, работающие в других мирах, неплохо в этом разбираются. Было такое чувство, что она хотела его принять, но что-то или кто-то мешал ей. А может быть, даже и угрожал.

Все это мгновенно пронеслось в мозгу инспектора Мюска, и он ответил:

- Я понимаю вас, мадемуазель Лассерр... Если вы не возражаете, то я зайду завтра. Предположим, в пять?

Он услышал слабое "спасибо", в котором звучало чувство признательности и облегчения. Связь отключилась.

Однако Робэн Мюска вовсе не собирался уходить. Он закурил сигарету и спокойно направился к лифту. Поднялся на нем до одиннадцатого, а потом ещё четыре этажа прошел пешком.

Мартина жила на пятнадцатом. Мюска шел по коридору и иногда поглядывал в окна на улицу, сохраняя на лице полное равнодушие.

Город сиял неоновыми огнями. Небоскребы вздымались ввысь, и их огни напоминали россыпи драгоценных камней. Не спеша инспектор добрался до квартиры Мартины. В его намерения входило сыграть до конца роль самого примитивного полицейского. Отказ Мартины, который он считал совершенно необоснованным, особенно если учесть её желание выяснить все об исчезновении Рика, заинтересовал его.

- Если она даже выйдет неожиданно, то что за важность. Она же не знает меня в лицо, - бормотал он себе под нос.

Действительно, они общались при помощи светового табло, но на дверях не было телеэкрана, как нередко устроено в нынешних домах.

А ещё он подумал про себя, что не такая уж она дурочка, ведь она сразу ухватилась за то, что он представился другом, и использовала возможность отказаться от встречи, поскольку речь шла о друге, а не просто о полицейском.

Вдруг он замер и напряженно прислушался.

Она не одна!.. Впрочем, это похоже на телевизор...

Действительно, у мадемуазель Лассерр кто-то разговаривал. Но разговор этот все время прерывался, шел в каком-то рваном ритме.

Нахмурив брови, Робэн Мюска приблизился к двери. Он тут же обратил внимание, что из квартиры кто-то посылает сигналы на световое табло, которое работает весьма необычно.

Красная вспышка - перерыв - красная, красная - длительный перерыв красная - перерыв - короткие красные, красные, красные, красные огоньки перерыв - снова красный и долгий перерыв...

- Ну-ка, ну-ка, - забормотал инспектор.

В мозгу его закружился вихрь мыслей, он попытался понять смысл этой таинственной игры.

В то же время его обостренный слух уловил звук голоса. Инспектор понял, что Мартина молчит, а в комнате просто работает телевизор и телепередача прерывается в каком-то капризном рваном ритме, как будто ребенок или животное играет с выключателем.

Однако Мюска заметил, что перерывы в передаче совершенно четко совпадают с миганием светового табло на входной двери квартиры.

"Так, так... Довольно любопытно... Похоже, что речь идет об азбуке морзе... или другом подобном послании на неких таинственных радиоволнах". Хотя если подобное объяснение можно отнести к телевизору, то уж никак не к световому табло, автономно расположенному на двери. И тем не менее что-то здесь есть общее...

Заинтригованный в высшей степени Робэн Мюска, больше не раздумывая, позвонил в дверь.

Глава 4

- Уходи!.. Умоляю тебя!.. Оставь меня!.. Уходи!..

Мало сказать, что Робэн Мюска был удивлен этими словами. Они его просто поразили. Выходит, Мартина Лассерр не одна. Он сразу понял, что она обращается к кому-то, находящемуся в квартире, и что она сильно напугана его звонком в дверь.

Почти тут же табло замигало в ускоренном режиме, и в перерывах послышались звуки какой-то искаженной телепередачи.