Конан и люди будущего - Антон Козлов

- Придется лезть прямо в глотку спящего Нергала. Вздохнул Конан. Он обвязал веревку вокруг прихваченной в городе крепкой палки и тихо опустил свободный конец вниз. Положив палку поперек отверстия, Конан убедился, что она не провалится вниз, и начал быстро спускаться. Оказавшись внизу, киммериец снова прислушался. И очень удивился, опять не услышав никакого шума. Он огляделся и понял, где могут находиться жрецы. С противоположной от входа стороны в стене была небольшая дверь, которая, видимо, вела во внутреннее пространство между стенами храма. Прикинув внешний размер строения и его внутреннюю площадь, Конан решил, что там может с комфортом разместиться не один десяток жрецов.

Стараясь не производить шума, Конан на корточках двинулся к алтарю, ощупывая пол перед собой кинжалом. Но под слоем песка толщиной в ладонь его кинжал везде натыкался на камень.

- Старик настолько свихнулся, что совершенно не беспокоится об охране. - Пробормотал Конан, добравшись до алтаря. Теперь он мог поближе рассмотреть предмет, который стоил три тысячи золотых.

Амулет не был похож ни на один магический атрибут, виденный киммерийцем ранее. Небольшая металлическая гладко отполированная коробка не походила также на сундук или ларец. Почти правильный куб с закругленными углами не имел ни чеканки, ни инкрустации. Только сверху на нем была как бы нарисована полоска из разноцветных квадратиков. Конан уверенно протянул руку и взял амулет.

Вернее, попытался взять, потому что едва его пальцы коснулись поверхности куба, как в одно мгновение по телу прошла леденящая судорога. Внезапно руки и ноги Конана одеревенели. Он шумно грохнулся на спину.

"Давайте, двигайтесь, - мысленно приказывал он конечностям, так как говорить тоже не мог, - шевелитесь, не сдавайтесь". Но все было бесполезно. Могучее тело отказывалось служить своему хозяину. Он мог только смотреть и слушать. Лишь путем неимоверных усилий Конан смог моргнуть и чуть-чуть пошевелить указательным пальцем правой руки. Не успел он обрадоваться своей небольшой победе, как услышал за спиной шаркающие шаги.

- Ага, - раздался старческий голос, по которому Конан узнал Наимудрейшего жреца. - Еще один.

Шаги приблизились. Жрец обошел лежащее тело и появился в поле зрения киммерийца. Его глаза с удовольствием обежали могучую фигуру поверженного гиганта.

- Здоров, нечего сказать. - Старик ласково погладил магический куб. - Но благая сила Митры укрощала и не таких гигантов. Тут дело не в мускулах, молодой человек, а в голове, которая у тебя пока послабее тела.

Конан не удивился, что колдовской куб не причинил вреда своему хозяину, уж наверняка тот сам и наложил на амулет защитное заклинание. А в ответ на замечание Наимудрейшего о своей голове киммериец попытался разразиться жуткой бранью, но так и не смог разжать губы. Это еще больше разозлило его. Если бы взгляд Конана мог двигать предметы, то жрец сейчас уже был бы размазан по всей внутренней поверхности храма.

- Ну, ну, - успокаивающе промурлыкал старик, однако от Конана отодвинулся. - Не ты первый, и не ты последний приходишь в храм великого Митры с нечистыми помыслами. Однако добродетельный бог не убивает оскорбивших его. Твоя последующая жизнь, проведенная в нищете и скромности среди служителей Митры-нестяжателя, искупит грехи юности.

- Жизнь в нищете? - Хотелось крикнуть Конану. - Среди этого стада? Да ни за что!

- Ты еще раскаешься. - Старик, видимо, и так все понял по глазам киммерийца. - Раскаешься - будешь спасен. Не раскаешься - умрешь. Время подумать у тебя есть. Полежи тут без движения несколько дней. Без воды, без пищи, без, хе-хе, обратных процессов. Тебе только кажется, что ты силен. Благой Митра наставит тебя на путь истины и помимо твоей воли. Когда ты сам, добровольно, отдашься его добродетели и милости, оковы недвижимости спадут.

Колдун отцепил от пояса Конана кинжал и "кошачьи когти", вытащил еще один нож из голенища сапога.

- Не спорь со старшим! - мурлыкал жрец. - Я видел и более сильных людей, гордыня которых превращалась в смирение всего через три дня.

Жрец уходил и последние слова Конан услышал уже сзади. Он еще раз попытался напрячь могучие мышцы. Не получилось.

- Будь я проклят! - хотелось крикнуть Конану. - Почему я просто не накинул на амулет мешок? Так глупо попасться в лапы сумасшедшему колдуну...

Что ждало Конана? Безумие и превращение в такую же бессловесную скотину, как и остальные Нестяжатели? Слабые духом поддались чарам колдуна, были околдованы словами и музыкой. На сильных людей, подобных Конану, такие вещи почти не действовали. Но и самый сильнейший, теряя разум от нечеловеческих страданий, может превратиться в растение.

"Нет, - попытался сжать зубы Конан, - я не сдамся. Во имя истинного Митры и Крома - хозяина могильных курганов". Он продолжал сгибать и разгибать палец, пытаясь включить в работу остальные мускулы. Взглядом киммериец прожигал амулет, посылая ему в мыслях такие проклятия, которые не решился бы произнести в самом злачном трактире Пустыньки.

Вдруг своим звериным чутьем Конан почувствовал, что он в храме не один. Скосив глаза, он увидел неясную тень, медленно передвигающуюся вдоль окружности стены. Только варвар, выросший в суровых северных краях и с детства вынужденный бороться за свою жизнь, мог почувствовать движение этого существа. Даже попадая в круг света факела, фигура выглядела каким-то размытым пятном, а в тени вообще пропадала из вида. Невозможно было определить, человек это, животное, или какое-нибудь из кошмарных порождений Нергала.

- Вот и падальщики слетаются, - подумалось Конану. Но уж лучше оказаться в желудке демона, чем стать одним из Нестяжателей.

Между тем тень приближалась, и киммериец смог различить очертания человеческой фигуры. Всмотревшись, он убедился, что это действительно человек, а не демон. Уж с демонами-то он был хорошо знаком и нутром чувствовал их присутствие. Но на обычного человека приближающийся незнакомец тоже не был похож. Свободная черная одежда закрывала всю его фигуру, даже на голове был одет глухой капюшон, оставляя открытой только узкую полоску для глаз. Такой костюм, а также необычные, словно скользящие движения делали человеческую фигуру практически неразличимой даже в свете факелов. Он шел какой-то странной походкой, боком, прижавшись спиной к стене и ловко, крест-накрест переставляя ноги.

- Дарфарец? Служитель Сета? Йогит? - Конан терялся в догадках. Он даже не мог разобрать: мужчина это или женщина. Скорее, все-таки, мужчина. Но кто бы это ни был, он явно стремился остаться незамеченным. Поскольку в храме кроме алтаря с амулетом и лежащего рядом Конана ничего не было, можно было предположить, что незнакомец, как и киммериец, пришел сюда за колдовской штуковиной.