Залив белого призрака - Николай Дмитриевич Бойков

— А нам — выгодно. Есть кому на лёд идти или под корму нырять.

— Когда ты на винт намотаешь?

— Случайно! Сколько можно вспоминать?

— Правильно, уважаемый второй помощник. Потому что ты, если падать будешь, то с криком и матом. А они, безголовые, падают молча и маслом вверх. Дзюдо. Красиво. И бутерброд не портят. Потому что не просто профи, а в рубашке родились.

— Я тоже мог бы быть, — обиделся второй помощник, — но служил в стройбате.

— Причина.

— А зачем они ходят на берег?

— А что они ищут, чиф?

— Точно не знаю, но должны найти нам эту чёртову подводную лодку. Четвёртое место меняем, а следов её нет. На Горбача вся надежда — везучий он, гад.

— А на лодке что? Золото?

— Мертвецы. У каждого в голове дырка.

— От пули?

— От тайны. Чтобы не проговорились.

Горбач был не просто старшим, он был главным. Это чувствовалось во всём: он первым выпрыгнул на торчащий из воды камень, чуть коснулся его носком, чуть взлетел, взмахнув обеими руками, как птица, и стал на берегу, оборачиваясь белозубой пастью вожака. Голос у него был ровный и мягкий, как упругий поток:

— По одному! Катер — тянуть! Снаряжение разобрали… Контрольное время… Чиф, как слышно? Мы на месте. Работаем. Как понял? Приём…

— … Чиф, ответь Горбачу. Вышли к расщелине. Идём вверх. Конец связи…

— … Чиф! Я — Горбач. Продолжаем маршрут. Всё в порядке…

— … Чиф… Изменений нет. Возвращаемся к лодке…

— … Привал, пять минут. Замечаний нет… — Паша Горбач положил радиотелефон в карман, оглядел напарников, остался доволен. Спросил младшего: — Ты как, циркач?

— Нормально. Почему спрашиваешь?

— Не обижайся. Наколку горного стрелка на плече твоём видел. Предчувствия есть?

— У тебя срок больше, ты и командуй.

— Сроками только политики с уголовниками себя выделяют, а мы — змей трёхглавый: шесть глаз, шесть рук, три головы и хвост. Одна команда, понял? Не отпадай. А ты, Андрюха, что видел?

— На белом много не увидишь. В одном месте квадрат прорисовался, как крыша под снегом. Что нам сэр про вмерзших в лёд подводников намекал?

— Чтобы мы не замёрзли, наверное?

— Здесь во время войны целая армия подо льдом осталась. Следов не нашли. Одни фантазии, — блеснул информацией циркач.

— Верно. Американцы свой флот присылали — найти и уничтожить. Еле ноги унесли, с кем воевали — не поняли. Адмирал в психушку попал, лётчики летать отказались…

— Полярка. Лёд, мороз, мистика.

— Ледяной вулкан есть, ледяные пещеры, горячие реки…

— При минус тридцати? Не сочиняй, циркач.

— Я ещё и геолог. Здесь вулкан выше четырех тысяч метров, в нём — озеро горячей лавы, река и красный водопад… — парировал молодой.

— Водопад? В Антарктиде?

— Красный?

— Вода из вулкана ржавая.

— Врёшь?

— Точно говорю вам.

— Трубы ржавые, что ли?

— Оксид железа. На белом снегу — ярко!

— Ну, циркач, всё у тебя красиво получается. Оксид железа. Есть такие слова? Фантастика?

— Геология — наука фантазий. Рождение Земли, рождение камня, природа воды и тайна золота — это все геология!

— На пальцах?

— На знаниях и интуиции. Мысленная связь с природой.

— Что-что? Переведи!

— Сочинять нам не надо, циркач. Мы сейчас с тобой на краю жизни. Чувствуешь?

— Здесь не край жизни, а вход в тайны смерти. Священный Грааль.

— С чем его едят?

— Это не камбуз. Грааль — Святой напиток в драгоценной чаше. Прощает грехи и придаёт силы. Его тысячу лет ищут, не каждый увидит.

— Кому-нибудь помогло?

— Рейх торопился открыть здесь путь в Космос…

— Воевать надоело?

— Армия осталась без дела. А куда её денешь?

— Я понял, немцы думали здесь отсидеться и пустили слух о летающих тарелках. Рекламный ход?

— Вроде того.

— Где они теперь?

— Пьют пиво в ледяных ваннах. Ждут лучших времён и команды «стройся!».

— В каком смысле? Климат изменится или сами на войну проснутся?

— Не знаю. Я это в интернете читал.

— Интернету верить нельзя, — заметил Чемпион. — Интернет для мозгов — смерть. От интера только одно спасение — женщина. Только вы, молодые, про женщин совсем забыли.

— Тебе не идёт быть умным, Чемп. — Молодой посверлил пальцем у виска. — Нас и экспедицию, вполне может быть, послали сюда проверить — замёрзла армия или жива?

— Меня? Армия сюда не пойдет! Армия — умнейший зверь! Я в армии человеком стал, цель в жизни увидел.

— В армии свои приёмы — цель жизни мишенью поставят.

— Как бабушку на панель? — чемпион засмеялся, потом возмутился. — Ты на что намекаешь?

— Правильно. Ты среди нас — самая крупная мишень, чемпион…

— Хватит тупить. — Командир остановил их просто, как по головке погладил. — Глупо. Работать будем так. Первое — уходим из зоны видимости судна, пусть нас потеряют. Сами с усами. Второе — подводная лодка, если на неё нам указали, единственная зацепка, подо льдом её искать не надо, она где-то под берегом.

— Точно. Уткнулась в скалу, как пробка в бутылку.

— Хорошая мысль, Чемп. Искать в скале вход в подземную бухту.

— Его, может, лодкой и обозначили.

— Обозначили и закупорили.

— И заминировали.

— Не исключено.

— Вход к подземным причалам замерзать не должен, значит, там выход тёплых источников…

— Молодец, геолог.

— Над ними клубится пар или висят ледяные козырьки, облизанные подогретым воздухом… — Циркач дыхнул паром в ладони.

Горбач посмотрел на небо. Снова достал телефон:

— Судно! Я берег! Что с погодой?

— Берег! Я судно. По прогнозу через пару часов ухудшение видимости, ветер умеренный. Снег пойдёт. Предполагаем ждать вас в этой позиции.

— Вас понял. Наша автономность трое суток. Потеряете из виду — не беспокойтесь. Сгущёнки хватит, — посмотрел на часы-GPS — дистанция до судна пять с половиной миль. Видимость триста метров…

Через два часа:

— … Рутина. Местный ветер по белому насту. Как белые мыши бегут по снегу. Температура минус 27. Подъём крутоват, вспотели…

— … Идем под парусом. Экономим аккумуляторы. Ветер свежий. Берег — лёд в пене прибоя.

— … Режим связи прежний…

— … Обогнули мыс. Скала, высота метров семьдесят. Трещина в скале расширяется к воде чёрным провалом, ширина метров двадцать — двадцать пять. Входим под своды. Вода чистая, дна не видно. Течение упругое, как река, очень тепло… Дистанция от судна семь миль к весту…

— Чиф! Это Чемпион. Докладываю. Горбач с геологом ушли вперёд. Я вернулся для связи, под сводами связи нет. Следующий сеанс через пять часов. Вашего вопроса не услышал. Спокойной вахты.

Анабиоз

На мостике были двое — капитан и начальник экспедиции.

— В действительности всё