Путь к Дюне - Фрэнк Xерберт Кевин Дж. Андерсон

— Ну что ж, гм, посмотрим. Прошу вас, сюда.

Лифт доставил их на двадцать седьмой уровень глубоко внутри необъятного инспекционного корабля. Дороти стало интересно, зачем Бауэрсу потребовался такой огромный корабль для надзора за добычей пряности. Возможно, советник просто блефовал, чтобы такими размерами судна внушить подданным благоговение перед властью всемогущего Императора. Туэк был уверен, что в звуконепроницаемых отсеках корабля спрятана целая армия, но доказательств у шефа службы безопасности не было.

Быть может, советник надеялся вооруженной силой отнять у Линкама все запасы добытой пряности, оставив его ни с чем. Если бы советнику удалось доставить Императору большое количество пряности, удержав за собой значительный процент, то Бауэрс мог рассчитывать на награды и повышение.

Дороти и Туэк шли за разодетым в пух и прах, похожим на хорька человеком по лабиринту коридоров мимо наблюдательных галерей, комнат без определенного назначения, пока, наконец, не попали в обставленный с королевской пышностью салон. Позолоченные стены и потолки были покрыты фресками, превосходившими мастерством исполнения и изяществом все, что Дороти приходилось когда-либо видеть. В дальнем конце салона был установлен один из запасных тронов Императора. Надо думать, что еще один такой трон находился и на борту яхты Императора Интона Вуды.

Одутловатый, рыхлый и бледный правитель Вселенной сидел на изукрашенном троне; Дороти он показался чрезмерно пышно наряженной куклой. Бауэрс выступил вперед и приблизился к трону семенящей походкой, больше похожей на сложный церемониальный танец. Он поклонился Императору и отступил в сторону. Небрежным жестом Улла Бауэрс приказал двоим прибывшим приблизиться к трону.

Дороти и Туэк не отрепетированным жестом одновременно отвесили Императору поклон, избегая смотреть в глаза самому могущественному человеку в Известной Вселенной, третьему Вуде в череде правителей, владевших Вселенной после нескольких Тысячелетних Войн. Глаза, почти незаметные за складками жира, перебегали с одного лица на другое. Когда Император заговорил, голос его показался слишком тонким для такого внушительного ожиревшего тела.

— Что за ничтожная делегация? Я вызывал лично кавалера и аристократа Линкама.

— Его нет в Картаге, сир, — ответила Дороти, потупя взор. — И он не оставил вместо себя приближенных и доверенных лиц, которые могли бы говорить от его имени.

— Это наложница кавалера, обычная простолюдинка, — пояснил Бауэрс, презрительно фыркнув, и добавил развязно-шутливым тоном, словно о вещи, которую не стоит принимать всерьез: — Она, гм, управляет всеми делами Дома Линкамов. А этот бывший наркоман, любитель Сафо — это заметно по его красным губам — Эсмар Туэк, начальник их службы безопасности.

— Странная парочка. — Вуда поморщился и поерзал в кресле, словно собирался вскочить в августейшем негодовании, но потом передумал, решив не тратить на это своих императорских сил. — Что за странное оскорбление? Когда должен вернуться кавалер?

Ответил Туэк:

— Мы не можем точно ответить на этот вопрос, сир. Он находится со своими людьми на добыче пряности, стараясь как можно лучше выполнить возложенное на него вашим величеством задание.

— Если он так прилежно и тяжело работает, то где же меланжа — доказательство его трудов? — вопросил Великий Император. — То, что он выдает, — это насмешка, издевательство, стыд и позор. Все в Империи требуют выдать его на суд и расправу.

Дороти была уверена, что. Император преувеличивает и сгущает краски.

— Недавно кавалеру Линкаму удалось увеличить добычу, сир. Так как до истечения срока вызова осталось несколько месяцев, он надеется вскоре поставить вам очень большое количество пряности.

— Значит, он надеется, не так ли? Ну что ж, я тоже надеюсь. Но то, на что надеюсь я, имеет неоспоримое преимущество!

Дороти не поняла, какую именно разницу хотел подчеркнуть Император, но лицо его побагровело от гнева.

— Мы сделаем все, что вы прикажете, сир.

— Конечно, сделаете! И не говорите ничего до тех пор, пока вам не будет что сказать. — Он фыркнул, с неудовольствием взглянув на диагем кольца, подаренного ей Джесси. — Надо же, наложница — поверенный в делах, да еще этот наркоман!

Рядом появился Улла Бауэрс.

— Я провожу их к выходу, сир?

— Они останутся здесь до тех пор, пока мы не узнаем доподлинно, где именно находится кавалер Линкам, и не увидим, чем он, собственно говоря, занимается. Мы пролетели половину Известной Вселенной, чтобы прибыть сюда. Мы должны позаботиться о том, чтобы добыча пряности достигла прежнего уровня. Жаль, что я не прислушался к тому, что говорил мне кавалер Хосканнер. Весь этот вызов оказался чистым вздором.

— Мы не знаем, где именно находится наш хозяин, — повторил Туэк. Хотя он, так же как и Дороти, говорил правду, им обоим было ясно, что Джесси отнюдь не желал быть обнаруженным.

Дороти добавила:

— Из-за опасности внезапного появления червя места добычи пряности постоянно меняются.

На лице Великого Императора отразилось неудовольствие, которое он показал чередой гримас.

— Некомпетентность, в высшей степени некомпетентность! Вы даже не знаете, где находится ваш правитель, а он сам никого не оставил вместо себя. Ничего удивительного, что уровень добычи упал столь катастрофически.

Бауэрс гнусно ухмыльнулся.

— Гм, в этом и состоит недостаток — иметь простолюдина на месте управляющего делами.

Так как Император засмеялся этой шутке, Дороти и Туэку не оставалось ничего другого, как рассмеяться вместе с ним.

Когда Бауэрс выводил их из салона, Дороти увидела отметину на нижней части его шеи, почти полностью спрятанную в складках пышного черного воротника. Отметина была похожа на фрагмент серой татуировки, но виден был лишь верхний круглый ее край.

Заметив ее интерес, Бауэрс немедленно отстал и подтолкнул Дороти к двери.

Он что-то скрывает, подумала Дороти.

26

Иногда бывает мудро не исследовать все тайны, с какими сталкиваешься.

Наставление для добытчика пряности.

Два человека стояли возле коричневых бараков, глядя на темнеющее вечернее небо. Джесси надеялся очень скоро объявить о своей победе, подтвержденной официальным императорским эдиктом. Единственным средством убедить Императора Буду было представить ему потрясающее количество меланжи и тайну новой технологии ее добычи. Джесси должен вернуться в Картаг с таким грузом пряности, по сравнению с которым померкнут всякие взятки и подношения Вальдемара Хосканнера.