Путь к Дюне - Фрэнк Xерберт Кевин Дж. Андерсон

Двадцать зрителей изумленно озирались — некоторые нервничали, некоторые испытывали чувство стыда, некоторым было просто не по себе — теперь они и сами не понимали, каким образом они вообще оказались в этой толпе.

Один рослый мужчина все еще пытался, тем не менее, дать выход накопившимся эмоциям, но Дороти не дрогнула даже перед этим великаном.

— Почему вы не позволяете экипажам вернуться домой? — сердито спросил мужчина. — Что вы можете сказать о меланже, которую вы прячете где-то в пустыне?

— Это откровенная ложь и злонамеренные слухи. — Дороти взмахнула рукой, зная, что теперь ей поверят. — Точно так же, как слух об оранжерее.

Люди Туэка в нерешительности стояли в коридоре, по-прежнему держа в руках вскинутые стволы, но гнев первых двадцати посетителей уже улегся сам по себе. Гвардейцы вывели их из здания, а Дороти осталась в коридоре ждать следующих.

Джесси подошел к ней.

— Это было глупо и опасно.

— Но эффективно. Или ты предпочел бы, чтобы наши гвардейцы расстреляли эту толпу до последнего человека? — Она едва заметно, но твердо улыбнулась ему. — Эсмар очень не хочет вести сюда следующих зрителей, не так ли? Но я — так же как и ты — привыкла держать свое слово.

Он нахмурился, но удержал свои мысли при себе. Даже Туэк не знал о существовании оранжереи — так каким же образом мог возникнуть этот слух? Конечно, он понимал, что об оранжерее, прежде всего, знал сам Вальдемар Хосканнер. Но они не могли — точнее, не должны были — знать о методах добычи пряности в открытой пустыне. Найл Рев и его пьяные дружки были арестованы и содержались теперь под стражей, но кто-то же распространяет верную информацию. Два смертоносных секрета были пущены в виде слухов в одно и то же время.

Безусловно, в отношении Дороти Туэк не прав. Но Джесси понимал, что с фактами спорить трудно. Во все время его правления здесь, на Дюнном Мире, саботажники и вредители всегда точно знали о маршрутах перевозки оборудования, о местах расквартирования сил безопасности, о заказах на новые комбайны и подъемники… и о задержке исполнения этих заказов…

— Что случилось, Джесси? — Она посмотрела на него и нахмурилась. Не видит ли он следов вины в ее лице? Неужели она и вправду что-то утаивает? От него? Он внезапно понял, что не вполне доверяет Дороти.

Она продолжала смотреть на него, ожидая ответа. Наконец он отвернулся и произнес:

— Нет-нет, ничего.

24

В пределах Известной Вселенной некоторые наиболее негостеприимные и малопригодные для обитания планеты богаты самыми ценными сокровищами.

Доклад имперского комитета по ресурсам.

После того как толпа рассосалась и страсти — хотя бы временно — улеглись, Джесси и Туэк прошлись по коридорам дома правителя. Задумчивый начальник службы безопасности, казалось, был погружен в себя больше, чем обычно.

Солнечный свет проникал сквозь свинцовый плаз окон с такой силой, что трудно было даже представить, какая жара стоит на улице. Слуги убирали пыль и мусор, оставшиеся после нашествия посетителей.

Взглянув искоса на Туэка, Джесси заговорил:

— В конце концов, нам удалось им хоть что-то доказать. Вальдемар Хосканнер никогда не позволил бы им войти в дом.

— Он бы расстрелял всю толпу. — В голосе ветерана не было ни капли осуждения. — Я был готов сделать то же.

— Все могло быть намного хуже, если бы не сообразительность Дороти.

Поморщившись, ветеран потер покрытые красными пятнами губы.

— Вы имеете в виду ее глупую браваду? Она подвергла всех нас величайшей опасности. — После довольно долгого молчания, он добавил: — По моему опыту, Джесси, слухи зарождаются не при свете дня — но все они где-то начинаются — это уголек истины, который раздувают в пламя подстрекатели.

Джесси понял, что старый генерал имеет в виду Дороти. Кавалер не понимал, по какой причине Туэк всегда недолюбливал его наложницу и не доверял ей. Не оттого ли, что она пользовалась большим влиянием на аристократа, хотя и была всего лишь обычной простолюдинкой?

— Прибыв сюда, Эсмар, мы уволили большую часть персонала дома правителя, людей, которые работали у Вальдемара Хосканнера. Некоторые из них могли знать об оранжерее. Возможно, они и распустили слухи.

— Но почему это случилось именно сейчас, милорд? В одно время со слухами о скрытых несметных запасах пряности в пустыне? Я не люблю таких совпадений. — Он сделал знак Джесси последовать за ним в одно из помещений. Когда дверь за ними плотно закрылась, шеф службы безопасности вытащил из кармана богато украшенный цилиндр почтовых сообщений, на котором явственно виднелся императорский герб.

— Я нашел этот цилиндр на своем столе всего час назад, — сказал Туэк. — Советник Бауэрс тоже знает о слухах относительно наших тайных складов и верит им.

— Определенно он любитель рано вставать. Постучав пальцем по цилиндру, Туэк продолжил:

— Поскольку он слишком бурно неистовствует, могу утверждать, что никаких доказательств у него пока нет. Но кто-то предупредил его — предупредил еще до того, как слухи распространились среди горожан. На самом деле я доподлинно знаю, что он уже послал в пустыню своих разведчиков.

Джесси почувствовал, как по его спине пробежал холодок.

— Гурни успел переместить свой лагерь? Генерал кивнул.

— Я немедленно отдал соответствующий приказ, и Бауэрс найдет в пустыне лишь засыпанные песком скудные следы. Мы должны всегда опережать его хотя бы на один шаг.

— Но почему ты тогда не улыбаешься, мой старый друг?

— Потому что есть еще кое-что. — Лицо ветерана потемнело. — Император сам прибывает сюда на своей личной яхте вместе с имперским флотом с целью официально конфисковать всю меланжу… как утверждают, только и исключительно ради сохранения мира и спокойствия в Империи. Император планирует лишить вас титула, а заодно и монополии на добычу меланжи.

Джесси раскрыл цилиндр и принялся вникать в детали. Подняв глаза, он произнес:

— В состязании без правил сокрытие уровня добычи не должно создать проблем, но боюсь, что у них с самого начала было намерение не дать нам выиграть. Император заключил сделку с Вальдемаром задолго до того, как все это началось. — Он с силой швырнул цилиндр на каменный пол. Цилиндр подпрыгнул и с дразнящим звоном покатился по плитам.

— Нам осталось всего три дня на подготовку, — сказал Туэк. — После этого мы лицом к лицу встретимся с Великим Императором Вудой. Надеюсь, вы не хотите признать свое поражение, милорд?