Поймать ночь - Шеррелин Кеньон

Ничья другая жизнь, даже её собственная, не стоит и частички его жизни.

Страйкер склонил голову.

- Несомненно, мама. Я уже послал своих даймонов устроить резню. Десидериус вернется с ребенком в полночь и когда они покинут город, в живых не останется ни одного Темного Охотника.

- Хорошо. Мне всё равно, сколько погибнет Спати или кого-либо еще. Я должна заполучить этого ребенка!

Она почувствовала, как Страйкер удаляется.

- Страйкериус? - позвала она.

- Да, мама?

- Служи мне хорошо и будешь безмерно вознаграждён. А предашь меня, и ничто не спасёт тебя от моего гнева.

Страйкер посмотрел на богиню, прищурив глаза, а она даже не удосужилась взглянуть на него.

- У меня даже и в мыслях не было предать тебя, мама, - ответил он с тайной ненавистью в голосе.

Нет, он не предаст ее сегодня.

Он убьет ее.

Покинув ее храм, Страйкер созвал всех своих Иллюминати, прежде чем открыть проход, который доставит их в Новый Орлеан. И тогда они исполнят его волю, а он укроется в безопасном месте от внимания Разрушительницы. Настало время завершить давний конфликт между человечеством и аполлитами.

Начинается новая эра и человечество…

Пора им узнать о своем низшем положении.

Что до Ашерона, теперь Страйкер знал, кем он является и как его нейтрализовать.

В конце концов, даже великий Ашерон не сможет быть в двух местах одновременно, и не сможет противостоять нападению, которое скоро начнется.

Десидериус остановился возле маленького магазинчика вуду. Он был причудлив и очарователен, и для большинства туристов выглядел похожим на все остальные магазины. Единственное, что выделяло его из всех остальных местечек Французского квартала, было то, что здесь он почувствовал реальную силу.

Закрыв глаза, он вдохнул его насыщенный, затхлый аромат. В качестве даймона, ему нужна была ее душа для жизни, но с тех пор, как он оказался в теле Темного Охотника…

Убийство людей теперь было простым удовольствием, а не необходимостью.

Он улыбнулся про себя, заходя внутрь магазинчика, чтобы найти свою цель. Хватило секунды для определения её местонахождения. Она стояла за прилавком, обслуживая туриста, собирающегося купить приворотное зелье.

- Привет, Ульрик! - взволнованно сказала жертва, как только покупатель вышел из магазина, оставив их наедине.

Ах, как хорошо, она знала Темного Охотника. Это упростит её убийство.

- Привет, - поприветствовал он, подходя к прилавку. - Как дела?

- Я уже собралась закрываться. Очень рада, что ты зашел. После всего, что тут происходит, что ж… приятно увидеть знакомое лицо.

Десидериус пристально вгляделся в маленькое фото, налепленное на календарь, рекламирующий ароматизированные свечи, который висел за её плечом. На снимке были запечатлены девять женщин, и двух он моментально узнал.

Его взгляд помрачнел.

- Как дела у Табиты с Амандой? - спросил он.

- Они в порядке, с учетом всех обстоятельств. Мэнди боится покидать дом, а Табби… ты, наверное, уже встретил на улице.

Да, Аманда боялась выходить из дома, что неимоверно осложняло их задачу.

Но он знал один способ выманить чародейку на улицу.

И улыбнувшись женщине за прилавком, он спросил.

- Хочешь, я провожу тебя до дома?

- Как мило. Спасибо, это было бы отлично. Только дай мне секундочку, захвачу конверт с деньгами, чтобы разобраться дома с бумажной волокитой.

Десидериус облизнул губы, уже ощущая на языке вкус ее крови.

Ночь оглушала своей тишиной. Эш шёл в одиночестве по кладбищу Святого Луиса № 1, ища даймонов, часто посещавших это место, чтобы заполучить души умерших, которые отказывались отходить в мир иной.

Коренные жители Нового Орлеана прозвали эти впечатляющие каменные могильники - Городом Мёртвых, название которого в точности соответствовало этому месту. Так как город находился ниже уровня моря, никто не мог хоронить людей под землей во избежание их повторного появления.

Полная луна отбрасывала искаженные тени от скульптурных композиций на кирпичные, каменные и мраморные склепы, некоторые из которых были даже выше самого Ашерона. Несмотря на некоторую беспорядочность захоронений, большинство могил располагались блоками, которые странным образом зеркально отображали планировку и дизайн города.

Каждый склеп был искусно сработан вручную, как памятник тому, чьи останки он содержал. Существовало три вида могил: стенные склепы, семейные и общественные, в которых хоронили определенные группы населения. Например, как округлая гробница итальянского сообщества, самый большой склеп, возвышающийся на кладбище.

Большинство могил проявляли признаки старости: в расколотой кладке отсутствовали или искривились кирпичи, наряду с обвалившимися крышами, и повсюду росла темная плесень. Многие захоронения были ограждены скрипящими железными заборами и изгородями.

Здесь было красиво. Спокойно. Несмотря на то, что через стратегически расположенные дыры в наружных стенах забирались грабители и накидывались на последние останки тех обитателей, которые покоились здесь.

Эш дотронулся до могилы Мари Лаво, знаменитой городской королевы вуду, чья могила была отмечена «Xs» от тех, кто отдавал ей должное.

Она была выдающейся женщиной и за всю его долгую жизнь, она единственная из людей действительно знала, кто он на самом деле.

Вдали послышались звуки сирен, полиция выехала на очередное место преступления.

Отвернувшись, Эш почувствовал дрожь во всем теле от удара, ослабившего его силы. Он зашипел от боли, чувствуя, как открываются запретные, хрупкие врата, изливая зло в этот мир.

Иллюминати покидали Калосис…

Внезапно его зрение затуманилось.

Эш больше ничего не видел вокруг себя, сокрушенный отражениями душ, кричащих в смертельной агонии. Человек не мог это слышать, они были похожи на звук разбивающегося стекла.

Менялся закон вселенной.

- Атропос! - позвал он греческую богиню судьбы, перерезающую смертным нить жизни.

Перед ним тотчас появилась высокая светловолосая богиня, глаза которой были полны ярости.

- Что? - рявкнула она.

Они никогда не ладили, и по правде говоря, все мойры терпеть его не могли. Но его это не волновало. У него гораздо больше причин ненавидеть их, чем могло быть у них.

Пытаясь унять боль, Эш прислонился к одному из старых склепов.

- Что ты делаешь? - задыхаясь, спросил он.

- Это не я, - возмущенно ответила она. - Что-то происходит на вашей стороне, а не на нашей. У нас нет никакого контроля над этим. Если хочешь остановить это, то останавливай.

И она исчезла.

Обхватив руками живот, Эш сполз на землю. Боль… она вгрызалась в него все сильнее. Он не мог дышать. Не мог думать.

Крики мучительно звенели в голове, вызывая слезы на глазах.

Без разрешения Ашерона, Сими сошла с его руки.

- Акри, - произнесла она, становясь на колени рядом с ним. - Что терзает тебя, акри?

- Сим, - он задыхался между приступами ужасной острой боли. - Я н-не м-могу…

Его слова прервались стоном.

Увеличившись в размерах, Сими перевоплотилась из молодой женщины в демоницу. Кожа и рожки стали красными, волосы и губы черными, а глаза горели во тьме тускло-желтым цветом.

Она отодвинула Эша от склепа, проскользнув между камнем и ним, и обвилась телом вокруг него. Ее полуночные крылья накрыли их обоих, как защитный плащ.

Губы Эша дрожали от боли, слезы катились по щекам. Ему казалось, словно что-то рвет его изнутри. Он должен перестать кричать, иначе будет беспомощным.

Сими прижалась к нему щекой и стала напевать древнюю колыбельную, успокаивающе его укачивая.

- У Сими есть ты, акри, и она прогонит прочь все эти голоса.

Эш лежал в ее объятиях и молился, чтобы она оказалась права. Потому что, если она не излечит его в ближайшее время, никто не сможет восстановить то, что было разодрано на части.

Табита остановилась как вкопанная, от внезапно нахлынувшей боли.

Задыхаясь, она потянулась к Валериусу, который шел рядом.

- Табита? Что-то случилось?

- Тиа, - выдохнула она, ее сердце так сильно заболело, что она боялась не удержаться на ногах. - Что-то случилось с ней. Я знаю это.

- Таб…

- Я знаю! - завопила она, схватив его за рубашку. - О, Боже, нет!

Табита выхватила телефон, и на ходу набирая ее номер, побежала в сторону магазина Тии. Они были в шести кварталах от него.

Никто не отвечал.

С бьющимся от страха сердцем, она позвонила Аманде. Этого не может быть. Она ошибается.

Ошибается!

- Табита? - она уловила всхлипы в голосе Аманды.

- Это правда, да? Ты тоже это чувствуешь?

- Кириан запрещает мне покидать дом. Говорит, что очень опасно.