Лаборатория - Мила Светлова

— Зачем такой человек, как Марк, понадобился Солу? — спросила я.

— Душа другого, особенно Нортона — потемки, — задумчиво произнес Стэнли. — Может, Марк просто забавлял его, как и все остальное его окружение, а может Сол имел на него виды. Как и Луиза, после исчезновения Сола Марк стал весьма популярной фигурой среди лиэистов. Он организовал спортивную школу, под прикрытием которой сколотил хорошо дисциплинированную и неплохо вооруженную мини-армию, на поддержание которой и пошли мои денежки. Но иметь армию — это полдела, надо еще четко знать, что с ней делать, а эта задача — не по плечу нашему недалекому Аресу.

— Зато по плечу Нортону, — вставила я, — и поэтому Арес жаждет заключить Лиэя в свои дружеские объятия.

Черси кивнул. Он встал, прошелся по комнате и снова уселся в свое кресло.

— Я верю, что все, что написано в этом дневнике сбудется, — неожиданно горячо заявил он. — Я уверен, что Нортон погибнет, что Луиза и Марк придут к власти, и что тебе придется выбирать нового правителя.

Я в ответ только пожала плечами. Зачем спорить с сумасшедшим?

— Ни в коем случае нельзя допустить Марка или Луизу к единоличному обладанию властью, — убеждено продолжал Стэнли.

— Тогда зачем вы им помогаете?

— О, Господи! — запричитал Стэнли, возведя очи горе. — И чем ты думал, выбирая эту тупицу на ключевую роль Ирены. Со мной или без меня, они бы достигли того, что имеют сейчас. Они оба сильны, но ведомы лишь страстью, а сила и страсть — гремучая смесь, которая сможет разнести этот остров и остров исламистов на кусочки, так что обратно уже не соберешь.

— Понятно, — я едва сдерживала смех. — Их надо контролировать и в этой должности вы видите себя, самого разумного из троих, так кажется выразился Сол?

Черси кивнул, а я расхохоталась, чем вызвала у своего собеседника искреннее недоумение.

— Кто сказал вам, милый и наивный Крез, что я при выборе между вами тремя буду руководствоваться соображением выгоды и безопасности для островитян? Знаете, что Боги сделали, для того чтобы я сидела с вами здесь и сейчас, а не лежала в земле, казненная Ангелами за предательство? Они выдернули меня из кокона равнодушия, превратив в зверька, который в данный момент цепляется за жизнь когтями и зубами, подчиняясь лишь инстинкту самосохранения. А это значит, что единственный человек на этом свете, который волнует меня — это я сама. А теперь хорошенько подумайте, на основании чего я сделаю свой выбор.

— Ну что же, — протянул старик, с грустью глядя на меня. — Весьма рациональный подход. Жаль, я надеялся, что хоть один персонаж в этом мифе будет положительным. В моем возрасте стыдно питать иллюзии.

— Сейчас ночь, — заявила я, пытаясь скрыть неловкость. — Думаю, мне пойдет на пользу недолгая прогулка. Присоединитесь?

— Нет, я устал и хочу отдохнуть. Будь осторожна.

Я нырнула в тишину и прохладу ночного города, милостиво дарившего мне мучительно приятное одиночество. Я любовалась неряшливо рассыпанными блестками на темно-синем небесном покрывале, и постепенно все мои заботы и тревоги стали казаться такими же далекими, как и эти звезды. На конспиративную квартиру я вернулась в приподнятом состоянии духа и моментально заснула, стоило мне коснуться подушки. Я проспала до утра без сновидений, что случается со мной редко, и встала с постели в бодром настроении, которое не замедлил испортить гостеприимный хозяин.

— Ты же понимаешь, — сказал он за завтраком, который, как всегда, был на высоте: — Что рано или поздно наше убежище обнаружит полиция и Ангелы. Скорее рано, чем поздно. Тебе небезопасно здесь оставаться.

— И куда я по-вашему могу пойти? — уныло спросила я.

— Ты должна найти Нортона, иначе мы оба окажемся на электрическом стуле.

— Сколько раз повторять, что я не знаю где искать Нортона?! — вскричала я.

— Конечно, не знаешь. Согласно дневнику, тебе прежде предстоит встретиться с Луизой и Марком. Думаю, лучше начать с Луизы, она, наверняка, с нетерпением ждет тебя.

— Я понятия не имею, кто такая Луиза! Вдруг рядом с ней меня с тем же нетерпением ждут Ангелы?!

— Придется рискнуть, — холодно отрезал Стэнли: — Думаю, что ради блестящего триумфа, Жрица, как и я, сохранила записи твоего отца в тайне ото всех. Да пойми ты, наконец, что у тебя нет иного выхода.

— Я очень боюсь. Прошу вас, умоляю, мы не должны действовать, как там написано. Мы люди, а не куклы.

— Извини, детка. Это ты вчера сказала, что в нашей сказке каждый — сам за себя.

После обеда, разодетая в обновки, добытые вчера Крезом и вооруженная адресом духовного центра «Любовь» и инструкциями, как себя вести, я шла навстречу со Жрицей, она же Луиза Дор, она же бывшая любовница Сола Нортона. Организация Луизы занимала собой строение полусферической формы. Пройдя в открытую дверь, возле которой толпились люди, я попала в обширный холл-залу, тускло освещенный маленькими светильниками под потолком. Холл был также оживлен, как и вход: посетители сидели на низких диванчиках, стоявших у стен, входили и выходили через многочисленные двери, равномерно расположенные по периметру залы, стояли небольшими группками и тихо переговаривались или в одиночестве пили кофе или курили сигарету. Я остановилась в нерешительности, раздумывая о том, что делать дальше. Обращаться за помощью к незнакомцам мне, беглянке, было не с руки, но и торчать на виду у всех тоже было лишено смысла. Положение спас молодой человек, который бесшумно подошел ко мне и с улыбкой осведомился о цели моего визита.

— Я хотела бы встретиться с Луизой Дор, — объяснила я.

— Тогда вам придется долго ждать, года два, не меньше, — вежливо пояснил юноша. — Госпожа Дор необычайно занята, а также очень популярна среди народа.

— Она меня ждет, — резко перебила я нахала: — Передайте ей, что Ирена — здесь.

— Один момент.

Мой собеседник дотронулся до Ключа, сделал несколько пасов руками и снова воззрился на меня:

— Вас нет в списке посетителей.

— Конечно нет, — я начинала свирепеть. — Мы обе на знали, когда я смогу прийти сюда. Передайте ей, что я — в центре. Это очень важно.

— Подождите здесь, — он показал рукой на диванчик и исчез.

Через несколько минут он снова объявился и попросил следовать за ним. Мы прошли через одну из дверей в стене холла, вышли в коридор, который заканчивался дверью и в которую мой провожатый открыл, пропуская меня вперед. Дверь за мной захлопнулась. Я оказалась лицом к лицу с Ангелом. Но не Черным, а Белым. Невысокий рост, золотистые вьющиеся волосы, правильные черты лица, огромные глаза, мягкая улыбка на пухлых губах. Белоснежное платье с длинными широкими рукавами только дополняло картину крылатого небожителя. Красавица поднесла пальчик к губам, делая мне знак молчать, потом подошла ко мне, сняла с меня парик и очки, внимательно присмотрелась, после чего кивнула и произнесла неожиданно низким голосом, так не соответствующим её кроткой внешности.