Социальная сеть "Ковчег" - Евгений Вецель

– Володя, думаю, ты уже догадался, что оказался в будущем.

– Так-то да, – кивнул я. – Но я всё жду, когда проснусь. Ведь так не бывает, что засыпаешь в XXI веке, а просыпаешься – чёрт знает в каком.

– Спасибо, конечно, за «чёрта», но я действительно знаю, что ты сейчас в XXXV веке. Сегодня 3512 год. Тебя перенесли на 1500 лет в будущее.

– Ого! – воскликнул я. – Вы что, с ума посходили? Когда вы собираетесь вернуть меня обратно к жене и ребёнку?

– Знаешь, не я принимал это решение и не я перемещал тебя во времени, поэтому вопросы не по адресу. Моя задача – обеспечить тебя работой и помочь с адаптацией к новым условиям. Думаю, тебе всё объяснят, но позже. Тут я бессилен.

– Всеволод Владимирович, я же спросил «когда». Вы должны мне ответить, как долго я пробуду тут в гостях. Если вы сами не знаете, то дайте мне человека, который знает.

– Я бы с удовольствием. Я тебя отлично понимаю. Ты попал в новые условия, потерял связь с близкими и хочешь знать, когда вернёшься. Это твоё законное право, но у меня нет такой информации. Мне было сказано устроить тебя на работу и присматривать за тобой до особого распоряжения.

– Какую ещё работу? – сердито спросил я.

– Менеджером по продаже флипов.

– Ну что вы всё заладили про эти флипы. Я, может, не хочу никаких флипов, мне домой надо. Юля сейчас беспокоится.

– Могу точно сказать, что в данный момент, Юля не беспокоится, – приняв расслабленную позу, сказал Всеволод Владимирович. – Она беспокоится в XXI веке. И если тебя вернут в тот же день, когда забрали, то она этого даже и не заметит. Не думаю, что тебе стоит волноваться. Лучше воспользуйся уникальной возможностью узнать мироустройство будущего, а потом, если повезёт, вернёшься туда, откуда пришёл.

– А нельзя ли конкретики? Когда вернусь? Кто меня вернёт?

– Володя, я же сказал – не знаю. Придёт время, и всё встанет на свои места.

– А как вы перемещаете людей из прошлого?

– Это никому не известно, – сказал патрон автосалона, – мне просто написали письмо, где тебя забрать. Когда я приехал, ты крепко спал. Я отвёз тебя домой. А утром позвонили с работы, и мне пришлось уехать. Дальше ты всё знаешь.

– Кто написал? – спросил я.

– Социальная сеть, – ответил Всеволод Владимирович таким тоном, как будто это мне всё доходчиво объяснило.

– Какая ещё социальная сеть?

– Ковчег.

– Я не знаю такую, – сказал я, – а кто вам написал?

– Понятно, что не знаешь. Она появилась около пятисот лет назад. А мне написала сама сеть. Она тоже иногда общается с пользователями.

– И вы ей поверили? – снисходительно сказал я.

– За мою жизнь сеть ни разу не обманывала, – уверенно ответил Всеволод Владимирович.

– Что же это за сеть такая? Зачем она вам?

– Думаю, ты и сам скоро узнаешь, ты же час назад зарегистрировался в ней. Только благодаря этой счастливой случайности я смог найти тебя на улице достаточно быстро, до того, как могло произойти непоправимое. Тебе достаточно взять любой лист и изучить его возможности. Ты, кстати, с этого и начинай, так как без листа в наше время далеко не уедешь – и в прямом, и в переносном смысле.

Я достал вчетверо сложенный листочек, который подарила мне девушка Настя, и спросил:

– Этот?

– Можно этот, можно тот, который на холодильнике, можно тот, который на лифте. Можешь вообще взять блокнот Молескин с листами. Если хочешь, можешь пользоваться телевизором на стене – это всё один и тот же лист.

– И что все эти листы делают?

– А! Я всё забываю, что их в ваше время не было. Ты уж прости старика, если я не объясняю мелочи. Для нас это такая обыденность, что сразу и не вспомнишь, как можно обходиться без них. Все листы – это компьютеры, которые подключены к социальной сети «Ковчег». Ты можешь взять любой из них, и он моментально настроится под твой профиль. Они узнают любого человека по биополю. Вот смотри.

Мужчина в годах, к которому я уже стал привыкать, взял в руки мой лист, провёл тремя пальцами по обратной стороне вчетверо сложенного пустого листа. Сразу после завершения жеста спереди появилось изображение панели управления телефоном и телефонной книги, которую Всеволод Владимирович спокойно листал указательным пальцем. Затем он подошел к холодильнику, нажал на листочек холодильника четырьмя пальцами и развёл их в стороны. Листочек с шелестом отлип от поверхности.

Всеволод Владимирович передал этот большой лист мне и отошёл в сторону, тыкая пальцем в Настину бумажку. Я взял тонкий лист в руки и посмотрел на экран. Там отображался всё тот же ролик с Кремлёвской площадью, именно на том месте, на котором я остановился, изучая Настин листок. Старик, сделав паузу, нажал на кнопку вызова и кивнул мне головой.

Заиграла негромкая музыка. С экрана гаджета, недавно оторванного с холодильника, на меня смотрел Всеволод Владимирович. Он, улыбаясь, подмигивал мне глазом. Внизу была надпись «Володя, вас вызывает Всеволод Владимирович» и две большие кнопки: «Ответить» и «Отклонить». Все кнопки были объёмными. Внизу отображалась информация о том, что собеседник находится в 6 метрах.

– Сверни лист вчетверо и приложи к уху. Потом я тебе выдам пикожучков, и ты сможешь разговаривать без рук и с видео, – сказал человек, кажущийся мне сейчас «шайтаном».

– Алё! – сказал я, легко сложил листочек вчетверо и приложил к уху уже твёрдый «почти телефон», глядя, как Всеволод Владимирович уходит на террасу с красным автомобилем.

– Володя, поздравляю тебя с первым звонком в будущее! – говорил мне в «трубку» отлично слышимый и уже знакомый голос. – Ты теперь, пожалуйста, носи лист всегда с собой, тогда я смогу с тобой общаться и ты не потеряешься.

– Постараюсь, Всеволод Владимирович, – меняя интонацию на телефонную, ответил я.

– Ну, давай, до связи!

– Приём окончен! – пошутил я, отстранив сложенный вчетверо листок от уха и посмотрев на его лицевую сторону. Там отображалось время звонка, 8 непонятных кнопок с пиктограммами и огромная кнопка «Завершить». Её я и нажал.

Я взял листочек и легко развернул его до полного размера обычной офисной бумаги. Изображение плавно увеличилось и заняло весь экран, лист затвердел. Было интересно складывать и разворачивать лист, при этом изображение всегда занимало весь экран, даже если складывать лист в восемь и даже шестнадцать раз. Менялось только количество информации и размер шрифта. Настоящий трансформер.

С балкона прозвучал сигнал клаксона. Я повернул голову и увидел, что за окном моргают фары родстера. Всеволод Владимирович сидел на водительском сидении и сквозь открытое окно двери махал мне рукой. Я понял, что он меня зовёт. Взял лист, развернул его и попытался приклеить к холодильнику, думая, что он магнитный. Ничуть не бывало. Лист ни в какую не хотел держаться. После третьей попытки на листе опять отобразилось знакомое подмигивающее лицо, я сложил странное устройство вчетверо и нажал кнопку «Ответить».