«Если», 1997 № 08 - Лоуренс Дженифер

— А что стало с этими фала… фаларианцами? — спросил Кервин, превозмогая головную боль.

— Превращены в удобрение, — деловито сообщил Рейл и сделал глоток из высокого сосуда с узким горлышком.

Кипяток сиял.

— Рейл укокошил двоих, а я — третьего. На меня брызнула какая-то зеленая дрянь… — Он скривился.

Рейл покачал головой.

— Как все же вы, первобытные приматы, предрасположены к насилию!

— Это мы-то предрасположены? Не морочь мне голову, зеленушка! Ты поджарил двоих, но я что-то не замечаю, чтобы ты выл от горя.

— Я сделал это по необходимости, а не по внутреннему побуждению. Зачем вы покинули гостиницу? Ох, и пришлось мне побегать, прежде чем я вас отыскал!

— Мы не покинули. — Кервин поддерживал обеими руками голову и боролся с тошнотой. — Нас просто вышвырнули вон. Наверное, мы перегнули палку с покупками.

— Я вас предупреждал. Впрочем, вас все равно не должны были выставлять за дверь.

— Почему? — Кервин через силу приподнял голову. — Служащий утверждал, что знать ничего не знает о каком-то Артвите Рейле.

— А вы ожидали, что я открыто заявлю о себе? Олвин кишит оомемианами и их агентами, которые спят и видят, как бы поймать меня и Измира.

— Измир!.. — Кервин широко раскрыл глаза. — Где он?

— Я на нем сижу. — Миранда поерзала, и Кервин увидел мигающий синий глаз. — Он принял форму стула. Так щекотно!

Кипяток раскрыл было рот, чтобы что-то сказать, но Кервин бросил на него предостерегающий взгляд, и младший брат, вопреки обыкновению, смолчал. Рейл еще не кончил свою речь.

— Я понимал, что далеко вам не уйти, поскольку этот мир вам совершенно не знаком, однако вы забрались дальше, чем я предполагал. Судя по всему, вы неплохо разобрались, что к чему.

— Все благодаря находчивости моего братца, — пояснил Кервин.

Кипяток был удивлен и польщен.

— А как насчет этих тварей? Зачем им понадобился Измир?

— Фаларианцы — первые союзники оомемианов. Хотя эти, сдается мне, собирались оставить его себе вместо того, чтобы сдать своим друзьям. В противном случае нас бы уже сцапали.

— Хороши союзнички!

— Будут и другие, — пообещал Рейл и вздохнул. — Теперь всем известно о нашем местонахождении. На беду, оомемианы засекли мой корабль и установили за ним наблюдение. Мне повезло, что я обнаружил это, прежде чем на него наведался. Нам нельзя показываться даже вблизи космопорта. Если мы попытаемся улизнуть этим путем, они мгновенно нас схватят. К тому же теперь на нас висит гибель троих фаларианцев. У их соплеменников будут свои резоны нас разыскивать.

Кипяток состроил гримасу и вытер ладони о штаны.

— Лучше не надо! Не то мне никогда не отскрести эту зеленую гадость.

— Вы не понимаете всю серьезность положения. Раз тут замешано убийство, в дело вмешается полиция Олвина.

— Они что, тоже союзники оомемиан?

— Нет. Я же объяснял: Недсплен строго соблюдает нейтралитет. Население планеты не питает любви ни к нам, ни к оомемианам. Полиция бросится нас искать, когда узнает, что совершено преступление. Но если вы согласитесь помочь мне еще немного, даю вам слово, что на Пруфиллии мое правительство осыплет вас дарами, после чего предоставит возможность вернуться домой.

Кипяток поразмыслил.

— Я бы предпочел выступать, вместо того чтобы служить мишенью для каких-то тварей, похожих на пакость, найденную командой обеззараживания в подвале у моей тетки Хейды.

— Ты в любом случае рискуешь превратиться в мишень, — напомнил ему Кервин. — Забыл, как действуют оомемианы?

— Что верно, то верно… Я, конечно, против, ну да ладно. Потерплю еще немного.

— Я ваш должник навеки! — Кажется, благодарность Рейла была искренней. — Вы не пожалеете о своем решении.

— Я уже о нем жалею, но, как утверждает мой заботливый братец, выбор у нас невелик. Что же нам теперь делать, раз мы не можем болтаться здесь, но и на корабль нам нет хода?

— Искать другой способ покинуть Недсплен. У меня есть кое-какие связи… — Он неуверенно оглядел сообщников, сомневаясь, стоит ли продолжать. — Словом, если кто и способен нам помочь, так это люди.

Реакцию Кервина можно было предугадать.

— Минутку! А мы кто?

— Я имею в виду настоящих людей.

— Я и есть настоящий человек!

Кипяток радостно улыбнулся.

— Вот это как раз сомнительно.

Кервин глянул на него зверем. Рейл поспешил с объяснениями:

— Скорее всего, мне не следовало этого делать: раскрытие вековых тайн плохо воспринимается юриспруденцией. Однако выбора у нас все равно нет: те, о ком я говорю, единственные, кому я могу доверять на всем Недсплене. — Он поднялся и отодвинул табурет. — Идемте.

Оказавшись у вентиляционного отверстия, Кервин, не веря своим глазам, уставился на сотни лежащих еще ниже подземных уровней.

— Вы хотите сказать, что тут можно еще опускаться и опускаться?

— О, да, и очень долго, — заверил его Рейл. — Олвин — крупный город даже по галактическим стандартам, хотя, конечно, не самый большой.

— Неужели?.. — спросил Кервин, со страхом приближаясь к очередной шахте. — А какой самый большой?

— Точно сказать не могу, потому что все быстро меняется. Скорее всего, Хатанга на бывшей Юсикие.

— Почему на «бывшей»?

— Потому что теперь там сплошь Хатанга. Прежней Юсикии уже не найти — вся застроена. Город покрывает всю планету, он вылез на океанские шельфы, раскинулся повсюду. На шельфах выстроены энергоцентрали, черпающие тепло планетного ядра. А что поделаешь: нельзя же городу размером с целую планету жить на одних батареях! Олвин тоже производит сильное впечатление, но Хатанга по сравнению с ним — старый город, а Недсплен — относительно новая планета. Поэтому этот город еще не разросся. Мы почти у цели… Будьте так добры, не отставайте, иначе можете попасть в горизонтальную транспортную шахту. Внизу их гораздо больше, чем наверху. Вы уже знаете, как пользоваться вертикальными?

— А как же! — отозвался Кипяток. — Шагаешь в пустоту, закрываешь глаза, зажимаешь голову промеж ног — и…

— Уймись, Кипяток, — устало попросил Кервин.

Они достигли шахты. Внизу было черно, как в деревенском колодце в безлунную ночь. Взяв Измира за конечность, Рейл подбросил его в воздух. Измир повис в центре поля, дожидаясь, чтобы за ним последовали остальные. Видимо, ему было под силу нейтрализовать поле или еще каким-то образом воспротивиться его действию. Возможно, так проявлялся еще один его потенциально полезный талант.

Рейл прыгнул в поле и начал спуск. Люди последовали за ним. Измир лениво описывал вокруг них круги, выделывал кульбиты и бормотал что-то невразумительное.