Муравейник - Лайт Дэйтон

Долго задерживаться на площади Велиман не стал — все же Повелитель ждет, — прибавил шагу. Уже у самого входа в дом Фефна он столкнулся с перепуганной травницей Алией, молоденькой и очень красивой. Увидев мастера войны — а его девушка очень уважала за смелость, — она бросилась ему на грудь и разрыдалась.

Ничего не понимающий Велиман смог только неумело погладить шелковую гриву девушки своей грубой ладонью.

— Алия, девочка! Что случилось?! Сквозь слезы девушка ответила:

— Повели-итель посылает меня в Мера-ас…

— Зачем?

— Там много раненых…

Мастер вздохнул от облегчения. Если есть раненые и возможность их лечить, значит — нападение отбито. Мерас выстоял. Велиман заметно повеселел, успокаивающе сказал:

— Ну, и чего ты боишься? Вроде, девушка ты смелая, от крови не сомлеешь, а «криворукие» мои сейчас зажимают раны руками и тебя ждут. Надеются…

— Да, я не… — Алия вытерла слезы и, шмыгнув носом, виновато сказала: — Просто я боюсь. Я никогда не летала на шарах!

А-а, вот для кого готовят шары! Повелитель еще и пауков, наверняка, отправляет. А в Мерасе, по всему видать, рубка была препорядочная.

Беспрепятственно миновав пару охранных пауков, мастер войны привычно откинул полог. Поверил бы он пару дождей назад, если б ему сказали, что он сможет чуть ли не каждый восход бывать на приеме у Младшего Повелителя? Наверное, нет. А если б поверил, то первым делом спросил: а какое оружие с собой можно взять? Как зачем? Чтобы убить эту мерзкую раскорячью тварь, от которой исходит только зло! А теперь Велимана Повелитель жалует, позволил командовать целым отрядом вооруженных людей, и ни разу бывший пустынник даже не подумал о том, чтобы убить главного паука. Наоборот, прислуживает ему, совещается, принимает подачки из ненавистных мохнатых лап…

Одноглазый мастер почувствовал укол боли — Фефн издалека уловил его мысли, недозволенную ненависть и поспешил напомнить своему слуге, кто здесь хозяин. Велиман взял себя в руки, постарался думать о чем-нибудь более невинном. О Мерасе, например. Да-а, вот что значит короткая беседа с настоящим пустынником. Сразу просыпаются старые инстинкты и желания.

В приемной зале уже ждала взволнованная Ная. Мастер войны коротко поклонился сначала Фефну, потом — чуть быстрее — Управительнице. Повинуясь приказу правителя, девушка быстро вывалила на Велимана все новости:

— В Мерасе был бой, мастер! Шестилапые собрали страшную силу, и даже ров их не остановил.

— Засыпали, — кивнул одноглазый командир.

— Да. Завалили своими телами, а потом полезли на стены сразу с трех сторон. Твои ополченцы бились мужественно, многие погибли, но враг все же не смог взять город. Муравьев истребили почти всех, но и у Мераса тоже не осталось сил. Многие смертоносцы убиты или ранены — их надо доставить сюда. Сейчас вылетают шары…

— Я видел их на площади, — сказал Велиман.

— Еще пауки доставят в Мерас лекарственные настои и травницу Алию. Она боится летать, я знаю, зато она самая легкая из лекарей, шар ее легко поднимет.

Вот в чем дело. Велиман только теперь об этом подумал. Толстую и крупную травницу Верату на шар сажать бесполезно — под ее тяжестью он даже от земли оторваться не сможет. То же и с самим мастером-лекарем, могучим Баргетом. Его сильные руки легко, одним движением, вправляют любые вывихи, но и весит он, конечно…

Фефн нетерпеливо переступил передними лапами, и Ная послушно оглянулась на своего Повелителя. Взгляд ее на мгновение застыл, словно две замерзшие капельки воды, — Фефн что-то «говорил» девушке. Ная поклонилась, проговорила:

— Мерас некому защищать. Повелитель просит тебя подумать, откуда можно подтянуть в город новых воинов?

Вот как! «Просит»! Впрочем, это, наверное, была просто ошибка перевода. Фефн, наверняка, приказал человеку найти выход из положения — просить смертоносцы не умели, да и не хотели уметь. Ну, а Ная изложила по-своему. Более по-человечески.

— У меня сейчас учатся еще семьдесят пять человек. Но… им еще далеко. Я бы не стал рисковать и посылать их на стены. Толку от новичков будет немного, все полягут ни за что. Лучшие из лучших как раз и ушли в Мерас вчера на рассвете. Что, неужели никого не осталось?

Только сейчас Велиман до конца осознал ужасную правду. «Криворукие» ополченцы, которых он звал уничижительными кличками и третировал как мог, все же были ему не безразличны. Тот же рассудительный мореход Ювар, молодой Керьяла, здоровяк Витаз. Никто не выжил?

— Человек десять. Много раненых, воевать они не могут.

— А в самом Мерасе? Там же землекопы, в основном, крепкие ребята, каждый скорпиона за клешни поднимет, если их немного подучить. Хотя, конечно…

Ная грустно покачала головой.

— Это не охотники и даже не рыбаки. Они никогда в жизни не держали в руках ничего, кроме своих мотыг. С копьем они управятся еще хуже твоих ткачей и колесничих. Кроме того, мастер, пойми — это же землекопы!

Велиман выругался про себя. Ну, конечно! Насколько тупым и недалеким должен оказаться слуга, чтобы даже среди не шибко разумных паучьих рабов его выделили на самую монотонную, требующую лишь простой физической силы, работу.

Он потер подбородок.

— В Левесе и Штроме стоят отряды по тридцать человек. В первом — местные новички, старые почти все погибли, там постоянно какие-то стычки с муравьями происходят. Но зато в Штроме — закаленные парни, из первого набора. Только, если послать эти отряды в Мерас, то Левес и Штром муравьи смогут голыми рука… тьфу, лапами взять.

— Что же получается, — спросила Ная растерянно, — у нас совсем не осталось воинов?

— Пока нет. Надо подождать. И еще срочным маршем вернуть лучших охотников и лесорубов из Штрома — из них настоящих воинов сделать легче всего. Они к оружию с детства приучены.

Управительница долго совещалась об этом с Фефном — похоже, пыталась его убедить, но смертоносец лишь недовольно одергивал девушку. Она морщилась от боли, но не отступала.

— Повелитель! — смело подняв голову в ожидании ментального удара, вдруг дерзко сказал Велиман. — В Угрюмых скалах достаточно хороших воинов. Кроме того, у них есть огненная смерть. Может, стоит еще раз поговорить с Редаром?

Непривычный к общению со смертоносцами, одноглазый мастер высказался вслух, но Фефн уже прочел его мысли… И ничего не случилось. Обжигающая плеть так и не коснулась сознания Велима-на. Фефн размышлял. У него был другой вариант — попросить помощи из Старого Гнезда. Но это означало навсегда расстаться со званием Младшего Повелителя, Смертоносец-Повелитель ошибок не прощает. В Акмоле воцарится новый хозяин, и неизвестно еще, сможет ли он так же вести дела, как и Фефн. В Старом Гнезде — старые порядки. Многие древние смертоносцы, даже некоторые правители, относятся к двуногим рабам, только как к пище. Которая сама размножается и сама за собой следит, которая умничает и разговаривает — до поры до времени, пока не попадет на завтрак. Все новое они отвергают.