Тень улитки - Владимир Васильев (Ташкент)

И она, не оборачиваясь, скрылась в зарослях, которые перед ней услужливо раздвигал мертвяк.

— Я сейчас, — сказала Нава и скрылась следом.

«Поговорили… черт побери…» — тяжко вздохнул Кандид.

— Так, Нава, — по-деловому, сказала Тана. — Извини за эту комедию, но ты меня удивила своей готовностью защищать его любым способом… Нет-нет, молчи, сейчас не об этом разговор… Это очень хорошо, что ты идешь с ним к Белым Скалам. Мы это приветствуем, но он не должен догадываться. Сейчас там неспокойно, что-то меняется. Ты, по-возможности, должна узнать, что происходит. Думаю, он поможет тебе разобраться… И если ты поймешь, что это опасно для нас, для Леса, для Матери-Природы, уничтожь их, как мы уничтожаем болезни. Это не просьба. Это приказ… Но тебе дано право принимать решение… Ты — одна из нас… Прощай, Нава. И ни слова ему. Так будет лучше для вас обоих… Ну, иди охраняй свое сокровище.

И быстро ушла.

Нава вернулась на берег. Кандид ждал ее, тревожно вглядываясь в лес. Она подошла к нему и спрятала лицо на его груди. Ей вдруг захотелось стать маленькой и слабой…

Глава 8

Они уходили. Все уходили. Кто тихо-молча, опустив глаза долу, чтобы не встретиться взглядом с бывшим господином директором Перецом, кто в пьяном энтузиазме: «эх, где наша не пропадала!», «хуже не будет!», «гори оно все синим пламенем!» и так далее… И даже: «Да пойдем, Перец, с нами! Плюнь ты на этот Лес вонючий! Ведь правда ж — вонючий! Нюхни…» Кто рационально обосновывая: «Человек должен жить по-человечески, а здесь, в Лесу, не жизнь — одно служение неизвестно чему, неизвестно зачем… И в Управлении — не жизнь. Тем более, его теперь и нет… На Материк надо, на Материк!.. Теперь там такие дела разворачиваются, а мы всеми забыты в этой забытой богом дыре». Или по-деловому: «Мы заключали контракт с Управлением, Управление ликвидировали, зарплаты не будет, а за так работать — извините… Если новые хозяева чего приличное предложат — посмотрим, посчитаем, покумекаем, а то — на Материк… Да и то, если подумать, чужие мы здесь… Надо туда, где — свои…»

Однако первым биостанцию покинул Стоян Стоянов. Внимательно выслушав подробный рассказ Переца перед коллективом биостанции и все его резоны о необходимости создания прочного заслона на пути безграмотных и безнравственных авантюристов в Лес, Стоян только и сказал:

— И ты оставил Ее там?..

Потом выскочил из комнаты, побегал по биостанции, видимо, собирая свои пожитки, куда-то исчез, надо полагать, неподалеку в Лес, потому что вернулся с громадным букетом лесных зеленых цветов и, вскочив на свой мотоцикл, не прощаясь, отбыл в сторону Управления.

Дороги уже были приведены в негодность стараниями техники, верно служившей Перецу, но мотоцикл на то и мотоцикл, чтобы везде пройти.

Ну, Стояна Перец мог понять. У влюбленных свои приоритеты. Но вот теперь выяснилось, что свои приоритеты есть у каждого. И почему-то ни у кого они не совпадали с приоритетами Переца.

Начался Исход…

Однако ему предшествовал целый ряд немаловажных событий. О них довольно меланхолично и вспоминал Перец, наблюдая за суетой переселенцев. Очень ему хотелось понять, в чем он был не прав, что сделал не так, почему остался в одиночестве…

Сначала, конечно, было его явление на биостанцию где-то уже под утро под лязг и грохот землеройных машин, разрушавших единственную дорогу к биостанции. В свое время здесь были проведены мощные взрывные работы для расширения расщелины в отвесной каменной стене, которая так и осталась справа и слева от дороги. Перепуганные работники биостанции, чуть прикрыв ночное неглиже, повыскакивали на улицу и спросонья оторопело наблюдали парад невиданной техники. Уж им-то, ботаникам и биологам, эти механико-кибернетические монстры были вовсе незнакомы. Только понаслышке знали, что временами какая-то из этих секретных «игрушек» вдруг почему-то пускалась в бега, и ее пытались отыскать с завязанными глазами. И, разумеется, не найдя, взрывали.

Но Танк-то они узнали. И Переца, высунувшегося из его башни. Ну, и всем сразу стало ясно, что от хорошей жизни танки на улицах не появляются.

Перец оглянулся назад и ужаснулся: дорога была перекорежена до неузнаваемости, словно какой-то великан скомкал ее в своих великанских ладонях, как бумажную полоску, и бросил обратно. Рытвины, ямы, каменья и асфальтовые глыбы — и все это в рамке из колючей проволоки и проволоки гладкой…

«Да, — подумал Перец, — ломать, не строить… Вот она — зримая сила приказа…»

Ему казалось, что по этой бывшей дороге не то, что машина, и пешеход не пройдет… Однако Стоян на мотоцикле каким-то образом прошмыгнул!.. Значит, и пешеход… Когда он обратил на это внимание МБМ, тот заверил его, что все под контролем, и у него не было приказа никого не выпускать. Только не впускать без специального разрешения. Перец подтвердил, что все правильно. Какое он имел право кого-то не выпускать? Никакого… А вот насчет своих прав никого не пускать в Лес, зная, что там происходит, и чем это может закончиться для тех, кто туда по глупости сунется, Перец нисколько не сомневался. Ведь не разрешают же взрослые детям шалить с огнем и играть на автомобильных трассах…

Пока машины занимались инженерным оборудованием обороны биостанции, Перец, первым делом, уединился с Ритой и кратко изложил ей все события прошлого дня.

— Да, — сказала Рита, — чистить надо не только озеро… Что ты думаешь делать дальше?

— Воспрепятствовать Тузику испоганить Лес!.. Надеюсь, ты понимаешь, что тебе нельзя показываться в Управлении… в бывшем Управлении!..

— Никогда туда не рвалась, — пожала плечами Рита. — Разве только с тобой пообщаться… Но я не боюсь. Тузик мне не страшен…

— Я прошу тебя! — тронул ее за руку Перец. — Не ходи туда!

— Хорошо — спокойно пообещала Рита. — А как ты собираешься препятствовать Тузику?

— Через зону контроля, которую сейчас сооружают и будут обслуживать эти чудо-машины, которые приняли меня в свою компанию, никто не пройдет.

— Человек может преодолеть все, что сотворено человеком, — покачала головой Рита. — Но я помогу тебе… Своими средствами.

— Ну, я думаю, не только мне… Вон тут сколько народу!.. Кстати, пора объяснить им, что тут происходит, — повел рукой Перец в сторону тревожно молчащей толпы.

— Ты рассчитываешь, что после твоих объяснений тут кто-то останется? — усмехнулась Рита.

— Ну-у-у… — протянул Перец, явно надеясь.

— Только, если ты прикажешь, — предупредила его она.

— Но какое я имею право приказывать?!

— Право разумного, — ответила Рита.