Иллис. Откровение - Евгений Чернобыльский

– Я рад, что все закончилось хорошо. Для тебя, – добавил Петрович после паузы. – Я одно не могу понять, ты точно помнишь, что акшар сказала «не могу», когда её подбадривала подружка?

– Что я могу сказать Андрей Петрович? Одна говорила «дави его», а вторая сказала «не могу» и ушла. Может я что-то и спутал, – после многократных повторений одного и того же, я уже сомневался в каждом своем слове. – Это важно? Раз они атаковали именно нечисть, то я им был не нужен. Так сказала Оксана, – неуверенно прибавил я.

– Скорее всего, она права, – Петрович был непривычно серьезен. – Мы чертовски мало знаем о мотивах всех этих иллисов, включая нечисть и акшаров. В любом случае хорошо, что ты не иллис. Вас бы там обоих положили, – Петрович по-отечески похлопал меня по плечу и, пожелав спокойной ночи, оставил меня одного.

Петрович, безусловно, прав, об иллисах мы практически ничего не знаем.

Как ученые антропологи толком не знают об эволюции человека, так и мы не сведущи в вопросе происхождения иллисов. Остается загадкой, почему время от времени некоторые люди обретают особые способности по управлению своей энергетикой, распределяют её в разных пропорциях. Все предположения и гипотезы настолько запутаны, что разобраться без новых данных не получается. Мы точно знаем, что способности иллисов связаны с энергией человека и не оставляют пространства для фантазий на тему волшебства, магии и прочего удобного объяснения сверхспособностей. В Конторе преобладает точка зрения об особом эволюционном пути. Возможно, в человеческом роду тысячелетия назад были скрещивания с иными, отличавшимися от большинства, видами. Во многих из нас заложены гены, которые иногда «выстреливают» и человек становится способным управлять своим телом, мозгом, а главное энергией на принципиально новом уровне.

При этом мы знаем, что иллисы отличаются друг от друга и обладают разным вектором развития способностей, от воровства чужой энергии до телекинеза. Большинство иллисов не умеют распоряжаться своими возможностями в полной мере. Они ограничиваются повышенным интеллектом и лучшим контролем своего организма, что делает их долгожителями. Думаю, каждый согласится, что такой набор качеств уже выигрышный лотерейный билет.

Проблема иллисов в том, что обладая особыми силами, они остаются людьми. Иллисы проносят через свою жизнь те установки и моральные ориентиры, которые были заложены в них с детства. Из-за этого иллисы, как и обычные люди, могут быть злыми или добрыми, меркантильными или щедрыми, эгоистичными или совестливыми. Один иллис может быть опаснейшим преступником, а другой может провести всю жизнь, не эксплуатируя свои способности и удовлетворяясь, например, исследовательской деятельностью.

Что объединяет иллисов так это возможность видеть способности других. Энергия, которая бьет из каждого из нас (обычные люди просто её не видят) у иллисов имеет почти осязаемую ауру из-за особого распределения электрических потоков.

Пожалуй, это всё что я мог рассказать об иллисах, если бы меня поставили наставником к новичку. Немного, но и моя скромная должность не подразумевает обширных знаний и доступа к более глубокой информации.

***

Если бы этот «добрый» следователь спросил, что я хочу изменить, вычеркнуть из последних дней, логично предположив, что лучше стереть из памяти этот день с убийствами и страхом за собственную жизнь, то я бы отказался.

Да, мне было очень страшно. Страшно как никогда до этого.

Да, ужасная, отвратительная смерть Руслана на моих глазах заставляет желудок содрогаться спазмами до сих пор.

И да, после этого вечерами мне мерещатся – уверен будут мерещиться всегда – тупые, но агрессивные зверьки на пару с акшарами.

Но, рано или поздно, участвуя в работе Конторы, я столкнулся бы с нечистью и вынужден был хоронить коллег. Может не на моих глазах, но оперативники и иллисы погибают достаточно часто.

По-настоящему поворотным днем стала встреча с волхвом. Теперь я уже не мог вырваться из круговорота событий. Всё предыдущее было важно, но именно Колояр, приятный в сущности паренек, втянул меня в смертельную игру, из которой мне бы очень хотелось выйти.

12.09.

– …и жили эти люди в норах, чтоб их найти было нельзя, да увидеть поселения издалека. Нападали на обозы, оленеводов, селения целые вырезали. Много горя от них натерпелись предки наши. Собрались старейшины и постановили, что объединиться надо всем миром, дабы оградить себя от дикарей. Убийц и насильников. Навалились всеми силами на людей тех злобных, да и одержали победу. Остатки злых людей в болота ушли, никто их больше и не видел. Только к болотам этим ходить перестали, на всякий случай. Так и жили в мире поколение за поколением, сын за отцом, да за ним ещё и ещё сыновья. Власти сменялись, государства вокруг воевали, а мы жили потихоньку, никому не мешая, своим уставом да разуменьем. Жили не богато, но Бога жалобами не тревожили. Грех, как говориться, жаловаться.

Старик долил себе чаю.

– Слухи разные ходили о болотах энтих. И мал, и стар приближаться боялся. Кто про медведеподобных дикарях рассказывал, кто волками с глазами человечьими стращал. Да только свидетелей живых не было. В незапамятные времена волхвы нас ограждали от историй этих, растолковывали людям глупым, неразумным. Защищали, стало быть. Времена менялись, перебили волхвов, кто смог как раз в сторону болот то и сгинул. Новая религия у нас пришла. И вот с тех пор совсем рассказы страшные и прекратились. Новая власть на волхвов то все пересуды и повесила. Они, мол, в нас, темных, ужасы да страхи развивали. Не мне об истине судить, умишком скудноват, да только думается мне, что посложнее тут закавыка вырисовывается. Честно сказать, не особо я вникал в сказки древние, забот полон рот, трудиться нужно рук не покладая. Не до баек бабкиных в жизни нашей скудной. Да вот после прошлой пятницы сам уж не знаю, во что веровать. Вот в церковь и пошел, смирившись глупостью своей позориться.

– И правильно сделали. Батюшка ваш нам сообщил.

– Весточку значит подал. Ему, святому человеку, виднее. Но смотрю я на вас и не пойму, кто вы да чем помочь можете.

– Мы разобраться сначала хотим. Может и помочь сможем. Продолжайте, пожалуйста.

– Рассказ то мой длиной не богат. Пошел, я значит, по владениям силки проверять, да капканов новых наставить. Обычное дело, не хитрое. На дальний острог уже в сумерках добрался. Там капканы у меня по-хитрому установлены.

– Острог это типа крепости? – вмешался я.

– Типа не типа, а застава была. Острог на возвышенности, за ним обрыв. Так что дальше него не пойти, а вокруг живность бывает. То ли от ветра спасаются, то ли еще от чего. Мне их животную смекалку не уяснить. Так вот подхожу я к острогу и гляжу снизу-вверх, а солнца то ужо считай, что нет. Да только отчетливо вижу я трех человек, прям на месте капкана моего. Ой, думаю, беда. Охотники или туристы какие забрели, да и вляпались в капкан. Вины за мной нет, нечего шастать, ан жаль живого человека, не черствый же я.

– Ну-ну, – Оксана наклонилась ближе к старику.

– Ну-гну – отреагировал рассказчик. – Подхожу я, значит ближе, даже шаг ускорил, вот думаю беда, у меня ж ни бинтов, ни лекарств. А ружье с плеча скинул, не дай Бог, шуметь да руками дрыгать начнут. Метров эдак пятьдесят до них остается, и вижу отчетливо у одного, значитца, нога в капкане. Но все втроем смотрят на энто дело спокойно так, без нервов. Эка думаю выдержка! Что ж у него нога костяная что ли? Иль пьяный такой, что аж боль не чувствует. Пока думаю, еще шагов двадцать прошел. И вижу странные они. Лиц не разобрать, но в шкурах ж ёлки-палки! Здоровые такие! Никак медведи, но стоят как люди, пряменько так. Кричу им что-то, уж не помню что. И вот тут братцы, – старик посмотрел на Оксану, – и ты доченька, меня безумцем сочтете. Развернулись они ко мне, один тесаки откуда-то выдернул, они в остатках света сверкнули, а второй на карачки упал и на меня прямёхонько понесся. Не бежит, а прям несется сволочь, прыжками такими удивительными. Я из ружья и пальнул. Стреляю я до сих пор хорошо, руки не трясутся. Этот, на карачках, так и свалился. Второй с тесаками ко мне шагает. Я пятиться начал. Идет не быстро, но шаги огромные. Тут третий, в капкане который, прорычал ему что-то со свистом. Отозвал наверно.

Старик замолчал и отхлебнул чаю. Мы переглянулись. Пауза затягивалась.

– А потом что Матвей Лукич?

– А что потом братец? С тесаками бугай развернулся, взвалил на плечи подстреленного и ушли они в острог. Вместе с моим капканом. Я обратно драпанул. Дома три дня сидел, дрожал. Потому старуха моя к батюшке вытолкала.

– А разве можно идти, если нога в капкане?

– Раньше не видал. Теперь видать можно.

В целом мы знали историю Матвея Лукича со слов местного батюшки. Теперь знали рассказчика и должны были признать, что он в трезвом уме. Спросив месторасположение острога, мы попрощались и вышли из избы.