Горгоны Астры - Николай Черных

— Все это очень сложно, — не вдаваясь в подробности, ответил пилот. — Я потом попытаюсь объяснить вам. У нас не так уж много времени, а этот вопрос, я думаю, не главный для вас.

Действительно, времени у Климова оставалось немного. Их полет продолжится не пять месяцев, как обычно, а всего две недели. И поэтому днями просиживал биолог в фильмотеке, просмотрел сотни тысяч кадров — горгоны оставались загадкой. Но упрямый биолог не сдавался. И однажды, вновь просматривая кадры, подаренные ему Кальтэ, — цветущие холмы Астры, нежно-серебристое сияние над ними, изредка спокойно проплывающие горгоны, — он воскликнул:

— Нет, это не органическая жизнь. И надо идти к решению проблемы с другой стороны — от человека!

— Любопытно, — отозвался пилот, незаметно вошедший в фильмотеку.

Климов повернулся к нему.

— Вы помните, в госпитале я обращал ваше внимание на выражение лиц пораженных горгонами? Ужас, страх, агрессивность… А вы при встречах с горгонами не испытали чего-либо подобного?

— Нет, — ответил пилот.

— Выражение лиц говорило о том, что люди были в том состоянии, когда могли переступить границу разумного. Может быть, поражая, горгоны зaщищали себя?

— Или кого-то другого… — ровным голосом подсказал пилот.

— Возможно, и это. Ведь даже и современный человек не свободен от низменных инстинктов.

— Джефферсон, например, — опять подсказал Кальтэ.

— Именно! И я опять возвращаюсь к своей мысли: может быть, особенности психики делают человека объектом нападения горгон?

— Что же, у ваших соотечественников другая психика?

— Образ жизни многих поколений, социальный строй, нравственная среда — все это формирует психологию. Совершенный разум все дальше удаляет нас от границы «животное — человек». Коварство, вероломство, агрессивность уходят из сознания людей. У нас процесс нравственного совершенствования начался раньше, да и предпосылки, то есть национальный характер, видимо, были более благоприятные.

— Логично. Возможно, вы и правы, — произнес Кальтэ и улыбнулся.

И по его тону биолог понял, что тот знает о горгонах значительно больше, чем он предполагал.

…Между тем Астра приближалась с каждым днем. Корабль Кальтэ, оставляя за собой сотни парсеков, с невероятной скоростью прокалывал пространство. К концу второй недели пилот вошел к биологу.

— Мы на орбите Астры. Приготовьтесь к посадке.

Астра была последней планетой, обследованной землянами. За ней лежала граница неизведанного. К этому рубежу земляне шли десятки лет.

— Вы — оттуда? — вдруг воскликнул Климов и вскочил от внезапно пришедшей к нему догадки. — Вы — от них!

— Да, — спокойно ответил Кальтэ. — Мы ждем вас и готовимся к встрече с вами. Но мы хотим, чтобы встреча эта была мирной и радостной.

— И горгоны…

— Вы угадали: это — наша защита. Если хотите — барьер, преодолеть который не составит никакого труда нашим друзьям и который останется непреодолимым для… остальных.

— Это — механизмы?

— И опять вы правы, — улыбнулся Кальтэ. — Но зато я — вполне живой. И рад встрече с вами, началу дружбы наших цивилизаций.

Журнал «Дон» № 12, 1981 г.