Горгоны Астры - Николай Черных

— Вы представить себе не можете, как меня обяжете. В лучшем случае я мог попасть на Астру с рейсовым звездолетом почти через год. — Биолог в порыве благодарности схватил пилота за руку.

Но тот остановил его.

— Не стоит благодарности. Я руководствуюсь и чисто эгоистическими соображениями: вдвоем веселее.

Климов, воодушевившись, начал было излагать свои планы защиты от горгон. Но ему помешал Вильсон, один из пилотов американского корабля. Длинный, худой, с полуприкрытыми, будто сонными глазами, он слегка кивнул головой в знак приветствия и сказал пилоту:

— Доктор просит вас к себе. — И тотчас ушел.

Худое острое лицо Вильсона было спокойно, даже равнодушно, но что-то в его взгляде встревожило Климова, и он пошел вместе с пилотом.

Дверь в комнату Джефферсона — командира корабля — была приоткрыта. Миновав ее, Климов внезапно оглянулся: Джефферсон стоял на пороге и смотрел на них со странным выражением. Встретившись взглядом с Климовым, он мгновенно преобразился: улыбнулся широко и дружелюбно. «Оборотень», — подумал Климов: ему давно казалось, что Джефферсон и его пилоты неискренни, что-то скрывают. За поворотом коридора он спросил у пилота:

— Вы знакомы с Джефом?

— Нет. А почему вы спрашиваете?

— Мне не нравится, как он сейчас смотрел на нас, точнее — подглядывал.

— Пустяки, — беспечно ответил пилот.

Но Климов все-таки рассказал Кальтэ все, что знал об этой странной троице, космических бродяг.

— Подозрительно ведут себя. Не вызвали аварийную службу, ремонт ведут сами. Очень спешат, нервничают. Перед их прилетом по межпланетной связи объявили о появлении в нашем районе пиратствующего корабля. Начальник госпиталя запрашивал информационный центр, но сейчас, вы знаете, сезон магнитных бурь. Ему не ответили, возможно, не приняли запрос.

Кальтэ слушал внимательно.

— Откуда они, вы говорите, прилетели?

— С Агеноры, кажется. Впрочем, это они так говорят.

Кальтэ немного подумал, потом уверенно сказал:

— Я считаю, нет причин для беспокойства.

Они подошли к кабинету доктора, и разговор сам собой прекратился. Вошли вместе; при их появлении доктор поднялся из-за стола.

— Вы тоже на проверку? — спросил он у Климова.

Сегодня он был медлительней обычного; с закрытым маской лицом и поблескивающими линзами очков, он мало чем отличался от робота.

— Да, я завтра улетаю на Астру, — ответил Климов.

— Тогда с вас и начнем.

Климов безропотно прошел всю процедуру осмотра, так и не избавившись от ощущения, что с ним занимается не живой человек.

— Удовлетворительно, — услышал он знакомый голос. — Ваша очередь, пилот.

Кальтэ стоял неподвижно, скрестив руки на груди.

— Я не нуждаюсь в осмотре, доктор. Я совершенно здоров.

— Это необходимо.

— Кому?

— Странный вопрос. Вам, для вашей же безопасности.

— Повторяю, я отказываюсь от обследования.

Врач немного подумал.

— Как вам будет угодно! — наконец сказал он и повернулся к биологу: — Прошу вас выйти.

Климов прождал в коридоре полчаса. Пилот не появлялся. Вместо него вышел врач.

— Очень неприятный случай, — заговорил он, поблескивая очками. — Внезапный припадок…

Климов вскочил с кресла: с новой силой вспыхнула тревога. И тут он увидел, что с обеих сторон к нему приближаются Вильсон и первый пилот Грэй. Они остановились в нескольких шагах, выжидательно глядя на доктора.

— Где Кальтэ? — Биолог решительно шагнул к двери кабинета.

Врач поспешно загородил ему дорогу.

— Запрещаю! Пилот болен!

— Но только что он был совершенно здоров!

— Что мы знаем о горгонах? — примирительно сказал врач. — Возможно, они не всегда действуют, мгновенно.

— Пустите, — потребовал Климов. — Я хочу его видеть!

— Пустите его, док, пусть убедится, — послышался голос незаметно подошедшего Джефферсона.

Климов вошел в кабинет. Пилот лежал на кушетке бледный, без сознания.

— А теперь, я полагаю, док, контактного с больным необходимо изолировать? — снова послышался голос Джефферсона.

Врач, вошедший следом за Климовым, тотчас распорядился:

— Возвращайтесь в свою палату и не выходите без разрешения. Вы опасны для здоровых людей.

— Никуда я не пойду! — Климову хотелось кричать, протестовать, он понимал, что совершается что-то гнусное.

Вошли Вильсон с Грэем и направили на него бластеры.

— Вам придется подчиниться, мы не хотим подыхать из-за вас.

— Карантин! — громко объявил врач. — Вывесить эпидемзнак. Выход за пределы госпиталя запрещен.

Все происходившее обескуражило биолога. А вдруг и в самом деле доктор прав. Что мы знаем о горгонах, об этих туманных тварях? Посмотрев на безжизненное тело Кальтэ, он вышел. Грэй следовал за ним по пятам, направив бластер в спину. Едва Климов вошел в палату, как дверь защелкнули снаружи.

Оставшись один биолог нервно заходил по комнате. Все же во всей этой истории было много странного. Зачем врач попросил его выйти? Почему пилот именно в это время оказался в обмороке? Случайно ли это? И как узнал обо всем Джефферсон? Почему он всеми распоряжался?

Заметил биолог и то, что лицо Кальтэ оставалось спокойным. Значит не горгоны?

Постепенно подозрения превратились в уверенность: они действовали все заодно и все было заранее спланировано. А он позволил одурачить себя, оставил человека в беде. Климов бросился к двери. Как и во всем здании, она была массивной, с гидравлической блокировкой на герметичность. О том, чтобы выломать ее не могло быть и речи. И все же Климов в исступлении колотил в нее руками и ногами, кричал, грозил, требовал немедленно выпустить его. И вдруг он почувствовал неприятный запах. Перед глазами все поплыло, потом заволоклось черной пеленой.

Очнулся он от того, что кто-то тряс его за плечи. С трудом открыл глаза. Темнота отступала медленно: сначала сквозь нее проступило белое пятно, затем оно приобрело черты лица. Климов не сразу понял, что над ним склонился Вильсон, и не удивился этому. Тот что-то оживленно говорил ему, но биолог почти не улавливал смысла. Голова гудела, все тело сводили судороги, к горлу то и дело подступала тошнота.

— Это заговор! Они все подстроили… Я честный человек и не хочу… — захлебываясь и глотая концы слов, говорил ему Вильсон. — Да очнитесь же вы! Время дорого…

— Где Кальтэ?

— Он жив. Ему сделали инъекцию, это был искусственный шок.

— Где все остальные?..

— Джефферсон с Грэем отправились на корабль Кальтэ, врачи заперты во второй палате. Они ни при чем: это Джефферсон запрограммировал робота.