Время прошедшее - Максин МакАртур

– Не понимаю. Неужели они серьезно подозревают всех местных жителей в умышленном поджоге?

– Видимо, так, – сказал Мердок, провожая глазами автобус. – Они устанавливают наблюдение за всеми подозрительными местами.

– По-моему, все здешние места подозрительны. Да и вообще, как могут быть опасны люди, у которых сгорели дома? Пострадавшие сейчас заняты лишь их восстановлением.

Выйдя на одну из близлежащих улиц, мы посмотрели в сторону, где находилась Ассамблея. Телескоп так близко и вместе с тем так далеко! Инвиди могут прилететь в любую минуту, а я даже не знаю, смогу ли подать им сигнал. Согласно историческим данным, инопланетные корабли зависли над всеми крупнейшими городами мира одновременно. Однако как я ни старалась вспомнить, над какими же именно городами и в какое время они появились, так и не смогла. В эти времена на Земле еще существовали многочисленные часовые пояса, поэтому Первое мая наступило в разных частях планеты в разное время. Любой ребенок в XXII веке наизусть знал содержание первых посланий инвиди, адресованных землянам. Это являлось частью нашего наследия. Так почему же я никак не вспомню точный час, когда мои предки получили послание Сильнейших?!

К тому времени, как мы сделали немалый крюк и взяли обратный курс в сторону Ассамблеи, солнце окончательно взошло и теперь золотило крыши зданий.

– Да, ничего хорошего! – вывел меня из оцепенения голос Мердока.

Вся дорога дальше вдоль реки, вплоть до заброшенных рельсов на окраине, оказалась перекрыта полицейскими машинами. Вокруг территории даже протянули яркую ленту. Офицер в синей форме направлялся к развалинам старого кирпичного здания, которые находились на берегу грязной реки.

– Проклятие! И что же теперь нам делать? – не обращая внимания на стоявшего поблизости полицейского, закричала я.

Через реку виднелось, как из руин сгоревшего здания все еще вьется легкий дымок. За полицейскими машинами угадывалась пожарная мигалка. Рядом с развалинами, словно тени, бродили убитые горем жители. Вплотную к дымящимся стенам подъезжали все новые машины. Сзади доносился грохот эстакады.

Билл присел на корточки рядом со мной. Сквозь ткань тонкой рубашки я чувствовала прикосновение сильного, теплого плеча.

– Думаю, придется немного подождать. – Его голос звучал устало и расстроенно. – Может, к полудню они разъедутся. В крайнем случае уж к вечеру – точно!

– А вдруг, пока мы тут сидим и ждем, Ассамблею обворуют? Или прилетят инвиди?

Я заметила, как в голосе постепенно усиливаются истеричные нотки.

– Ну, мы ведь можем отправить сигнал и немного позже, так ведь?

– Допустим, но позже будет слишком много сигналов.

Слова Мердока напомнили, что перед тем, как дать сигнал, мне следует еще настроить оборудование и завершить необходимые приготовления. Эти мысли еще больше усилили мое нетерпение и беспрерывно нарастающее волнение.

– Можно пройти задними дворами, – встав с места, предложила я. – Давай попробуем еще раз обойти полицию и выйти на Крик-роуд!

– Ты спешишь попасть в руки властей? Хэлли, прошу тебя, сядь и успокойся!

Однако здравый смысл уже начал потихоньку меня покидать. Появилась сумасшедшая мысль пойти одной, оставив мнительного и чересчур осторожного Мердока прохлаждаться на холме. И все-таки, несмотря на все доводы, разум понимал, что Билл прав. Вздохнув, я села на землю возле него и грустно посмотрела вверх на желтоватое, мутное небо. Действительно, никаких инопланетных кораблей там еще не было.

– Я знаю, что делать, – вдруг оживленно сказал Мердок. – Мы пойдем на демонстрацию!

– Это еще зачем?

– Неужели тебе не хочется воочию увидеть последнее первомайское шествие людей на Земле? – Увидев мое скептическое выражение лица, он продолжил: – Конечно, там будет и полиция, однако вряд ли власти будут мешать людям. По крайней мере администрация не станет вмешиваться, пока какой-нибудь идиот не начнет драку.

– И что потом?

– Если мы пойдем на демонстрацию, то смешаемся с толпой и, пользуясь неразберихой, сможем как-нибудь пробраться к Ассамблее. Шествие начнется около университета Маккуари, так ведь?

– По-моему, да, но точно не уверена. Деталями организации митинга занималась Флоренс.

– Замечательно. Вместе с людьми мы пройдем несколько кварталов и затем свернем назад через Вест-Райд или обогнем реку. Если мост Сильверуотер окажется перекрыт, можно воспользоваться старым пешеходным мостиком.

– Наверное, – сомневаясь, отозвалась я.

– Ну так что, пошли? Надо хотя бы попытаться. Сидеть здесь все равно без толку.

– Пошли.

Мердок одобрительно кивнул и помог мне подняться. Если бы я не знала этого человека хорошо, то могла бы подумать, что он просто решил взбодрить меня и отвлечь от грустных мыслей.

Глава 11

– Не следовало мне сюда приходить, – стонала Грейс. – Ноги просто отваливаются от усталости. Первое мая, День трудящихся, чушь какая-то! Господи, ну какая же я дура! У меня ведь даже и работы нет!

Мои ноги тоже нестерпимо ныли. Мало того что я натерла кожу до крови, так еще испачкалась в грязи. Хотелось снять тугие сандалии, но дорога была просто ужасная: камни, колдобины и железяки, раскаленные добела жарким солнцем. Мусор втоптали в жидкую грязь, дырявый асфальт скрылся под толщей мутной жижи. Приходилось идти почти гуськом. Толпа изможденных и заляпанных сажей людей двигалась вперед, несмотря на погоду и усталость. До начала шествия я успела перекинуться парой слов с Абдулом. Теперь он шел впереди, держа в руках знамя, которое он бережно хранил у себя дома на Кэмпбелл-стрит. Абдул еще не был в Ассамблее после ночного пожара на окраине и посоветовал не ходить туда, пока самолично не проверит офис и не убедится в безопасности помещения. За ночь могло случиться что угодно. Однако я не была уверена в том, что смогу так долго оставаться в неведении, поэтому в ответ просто промолчала.

– В детстве мы всегда думаем, что все просто, – внезапно сказала Грейс. – Даже изменить мир кажется проще простого. Но легко можно лишь разрушить, а не создать. Посмотри, например, что сделали наши родители в прошлом веке! Помню, как любила сидеть на побережье и смотреть вдаль, представляя, как выглядит бесконечность, и любуясь неоновыми буквами слова «вечность», которые горели на мосту в честь приближающегося Рождества. Тогда в сердце рождалось столько надежд! Многие верили в то, что XXI век станет другим, не похожим на предыдущий.

Грейс невесело вздохнула, продолжая путь через силу.

– А сейчас? – спросила я, одновременно любопытствуя, пытаясь сосредоточиться и в то же время хоть что-то разглядеть в мутном небе.