ЗЕМЛЯКИ ПО РАЗУМУ - Олег Готко

– Фу, Жуля, фу! – одернула ее хозяйка. – Конспирация должна быть тихой.

Никем не замеченные, женщины подобрались вплотную к двери и замерли, прислушиваясь. Изнутри доносились приглушенный говор, шарканье и похлопывание.

– Сам с собой разговаривает, – догадалась Варвара Моисеевна. – Сосед мой тоже так. Напьется до чертиков, узкоглазую выгонит и начинает то с собой, то с котом разговаривать...

– Ключ! – трагическим шепотом оборвала излияния Наталья Семеновна.

Дочь послушно дала ей ключ, и тот заскрежетал в замке.

Этот звук подействовал на Семена, как пароходный гудок на обезьяну – очень заинтересовал, в общем.

– Что? – вскинулся Длинный. – Маньяк?!

– Жена, – одними губами прошептал тот.

– Лучше бы маньяк!.. Что будем делать?

– К соседу. Быстрее!

Друзья нырнули в пролом. В тот же момент на пороге возникла теща и залаяла. То есть, загавкала не она, а Жулька, но Саньковскому было не до таких тонкостей восприятия.

«Боец молодой вдруг поник головой...» – мелькнуло у него, и он сделал то же самое.

Выпучив глаза, Наталья Семеновна ощупывала зарубину на стене. Мария недоверчиво смотрела на мужа и лихорадочно размышляла о том, как далеко от него находится топор. Вдруг Варвара Моисеевна протолкалась вперед и недоверчиво протянула:

– Ты никогда не говорила, что твой зять – Ихтиандр!

– Не нервничай, все хорошо. У тебя просто нервное переутомление, – обернулась к подруге Наталья Семеновна и скомандовала зятю. – Семен, не стой, как пень! Принеси стул!

– Я же тебе про него рассказывала... – вякнула Варвара Моисеевна.

– Да, конечно, я помню, – пробормотала теща Саньковского, более занятая не воспоминаниями о сплетнях седой древности, но размышлениями о стоимости предстоящего ремонта. – Это же надо было такую дырищу продолбить! Рассказывай, несчастье, как до такой жизни докатился?!

Семен шестым чувством догадался, что буря его минует, но что рассказывать, решительно не знал. Не правду же, в самом деле?

                                                                                                                                                               ***

Василий нежданным гостям не удивился, раскосоглазым национальным меньшинством не обозвал, а лишь кивнул в сторону пролома:

– Началось, да?

Самохин кивнул и предложил чем-нибудь закрыть дыру. Они быстро передвинули шкаф.

– Что это?! – подал голос Длинный, наткнувшись на аквариум.

– Еще одна парочка дружков нашего Семена, – пояснил Васька равнодушно. – Ума не приложу, где он их себе находит... Вы с ними незнакомы?

– Мм... – промычал Димка и внезапно почувствовал, как его волосы встают дыбом. У Длинного наблюдалась та же картина. Выпученные глаза не красили простое вытянутое лицо.

Предвосхищая вопрос, Рында сказал:

– А это уже мой дружок. Он, знаете ли, чуток невидимый, но говорящий. Чересчур зарядился, вот и шалит. А вы присаживайтесь, присаживайтесь, – небрежным движением он набросил остатки шторы на клетку, где Гиллан отчаянно вычесывал блох из-под крыльев.

– Ну, семейка, – ошарашено изрек Длинный. Пива ему хотелось все больше и больше, о чем он и сообщил. – Выпить ничего нет?

– Извини, амброзия еще утром кончилась...

Самохин тем временем пристально разглядывал аквариум.

– Кажется, я их знаю. Один из них наверняка тот, который грызнул Семена давнишним летом.

– Отойди от них, – всполошился Длинный.

– Ничего, ничего. Все нормально, – каркнул Тохиониус, отправив его в ступор, и прошипел. – Пора, Фасилий!

Димкины зубы разжались, и челюсть повисла спущенным флагом.

– Это он говорит?!!

– Кто же еще? – фыркнул Васька. – Неужели я похож на чревовещателя?

– Пора, пора, – прошелестело в воздухе. – Домой!

– И это он?!

– Это невидимка. Кстати, мужики, с транспортом не поможете?

– Машина нужна? – вернулся в общество Длинный, когда речь зашла о простом и понятном.

– Да. Есть у вас кто-нибудь с машиной?

Самохин вспомнил о цистерне с живой рыбой во дворе и ее водителе.

– Есть, если еще не уехала, а что?

– Да надо это барахло, – Рында махнул в сторону покореженной конструкции, – к озеру отвезти. И остальных тоже.

– Зачем?

– Много будешь знать...

– Во многия знания – многия печали, – вставил цитату Тохиониус. Знакомство с Библией не прошло даром.

Сделал он это абсолютно зря, потому как Святое Писание из уст пришельца снова повергло Длинного в неадекватное состояние.

– Вы собирайтесь, а я пойду искать водителя, – промямлил Димка и удалился, оставив Длинного хлопать глазами.

«ЖИВАЯ РЫБА» по-прежнему воняла во дворе, но Вовки-водителя нигде не было видно. Самохин залез в кабину и улыбнулся. Ключи торчали в замке зажигания.

Он нетерпеливо посигналил, спугнув голодного кота, и начал ждать, откинувшись на сидении водителя.

                                                                                                                                                               ***

Ежась под взглядом жены, достойным Торквемады, Семен конвульсивно излагал нечто неправдоподобное:

– Понимаешь, дорогая, сосед зашел – стена упала...

На лицах женщин еще читалось неудовлетворенное здоровое любопытство, когда послышались скребущие звуки.

«Только этого не хватало!» – ужаснулся Саньковский и уронил буйну головушку на грудь, покорный судьбе.

– Чего пригорюнился? – ласковым удавом поинтересовалась теща. – Рассказывай, рассказывай!

Зять даже подумать не успел о том, что сейчас Горелов сам все доложит, как в дверь ванной загрохотало.

– Открывайте, суки! – в перерывах между ударами орал милиционер, обнаруживший своё табельное оружие в мусорном ведре.

Фразу не извиняла даже закрытая дверь, о чем Семена проинформировали шесть разгорающихся глаз, породнивших присутствующих с одним большим драконом. Не подозревая об этом, старлей выдал еще один нецензурный набор слов, а затем, абсолютно неожиданно для себя, заботал по фене. Споткнувшись на трудном слове «штемпы», он растерялся и душераздирающе завыл. Жулька, которой тоже было пакостно на душе, тут же подхватила припев.

– У-у-у! – свободным волком в закрытом помещении изливал душу Горелов, восседая на «Белой скале» унитаза.

– Ав-ав-ав-у! – второй скрипкой в интонации ми-минёр вела партию вундеркинд от собачьего племени.

– Молчать! Кода!!! – рявкнула, придя в себя, Наталья Семеновна. В молодости она зналась с местными лабухами и имела нежный слух.