За дверью - Антон Козлов

Люди-ублюдки от ужаса застыли на месте с вытаращенными глазами. В этот момент из их голов выветрился не только алкоголь, но и остатки разума.

- Я иду во гневе своем! - веско сказал я. - Прочь, скоты, пока я не отнял ваши души!

Парни ринулись прочь, издавая нечленораздельные звуки, похожие на поскуливание или подвывание. Девочка за моей спиной также вскрикнула, но не от страха, а, скорее, от восторга.

"Бабочка" вернулась в мою ладонь. Я повернулся к юной боблинке и мягко, успокаивающе произнес:

- Зачем же ты ходишь по улицам так поздно?

- Я засиделась у подруги... - начала оправдываться девочка, и только потом сообразила, что вообще-то следовало меня поблагодарить: - Спасибо! Огромное спасибо!

- Да ладно, пустяки, - немного смутился я от взгляда больших сияющих глаз.

Теперь в скупом свете немногочисленных окон я разглядел, что девочка, несмотря на оттопыренные ушки и увеличенные зубки, довольно миловидна. Возможно, она была не чистой боблинкой, а полукровкой. Чем-то неуловимым она напомнила мне Рамдану.

- Давай, я провожу тебя до дома, - предложил я.

- Спасибо, - сразу согласилась девочка. - Я живу тут, совсем рядом.

- Вот и отлично, - я протянул руку. - Меня зовут Калки.

Боблинка вздрогнула, но безбоязненно и даже с какой-то непонятной мне гордостью вложила свою ладошку в мою ладонь:

- А меня зовут Цедария.

- Вот и познакомились, - подытожил я. - Ну, где ты живешь?

Цедария, действительно, жила неподалеку, через два дома. Наверное, убегая от подонков, она рассчитывала добежать до квартиры раньше, чем они ее настигнут. У нее могло получиться - ножки у девочки были длинными и проворными... но она могла и не успеть.

- Калки, ты правда смог бы убить их всех? - наивно и бесхитростно спросила Цедария.

Не желая врать и лукавить, я честно ответил:

- Сегодня утром я убил пятерых спецназовцев: двух людей и трех боблинов. Вчера я убил оборотня. Так что этих подонков я уничтожил бы, не колеблясь.

- Вот здорово! - восхитилась девочка. - Ты обязательно должен зайти ко мне домой.

- Вот еще... - с неохотой отозвался я.

- Обязательно-обязательно! - затараторила юная боблинка. - Мой папа будет рад видеть тебя.

Она потянула меня за руку в подъезд. Я уступил ее напору и позволил довести до двери в квартиру. Девочка открыла замок ключом, распахнула дверь и с порога закричала:

- Папа, мама, я встретила СУДЬЮ!

Слово "судья" она произнесла с необыкновенной значительностью. В коридор выскочили родители Цедарии: отец-боблин и мать-человек. Увидев меня, они замерли, а потом пригласили в дом.

Все еще нерешительно я переступил порог:

- Извините, это не моя идея...

- Папа, это самый настоящий СУДЬЯ! - возбужденно говорила девочка. - Он только что спас меня от четверых здоровенных мальчишек! Он владеет разящим мечом! Он поднял меня, не прикасаясь руками! Он сказал СЛОВА! Он сказал ТЕ САМЫЕ СЛОВА!

- Цедария, я же много раз говорил, что ты не должна обсуждать эти вещи при посторонних! - строго сказал отец.

- Калки не посторонний! - воскликнула девочка.

- Калки? - отец внимательно посмотрел на меня. - Молодой человек, откуда вы знаете это имя?

- Это мое имя, - ответил я.

- Не может быть! - боблин отступил назад, то ли из страха, то ли желая разглядеть меня получше.

Я понял, что у меня появился шанс разузнать кое-что важное. Из слов девочки я понял, что ее родители знали нечто такое, что скрывали от обычных людей. Поэтому я повел рукой и заставил подняться в воздух первый попавшийся на глаза предмет - рожок для одевания обуви.

У боблина и его жены подкосились ноги и остекленели глаза. Наверное, когда тетя Вика убила ножом оборотня, у меня был точно такой же вид.

- Вот видите! - с гордостью произнесла Цедария. - Что я вам говорила? Это самый настоящий СУДЬЯ!

- Я иду во гневе своем... - начал было я, но стоило мне только произнести эти слова, как родители девочки без чувств повалились на пол.

- Прошу прощения! - сказал я, хотя слышала меня одна лишь Цедария.

Юная боблинка не растерялась, не испугалась и рассердилась.

- Давай отнесем их в комнату! - обратилась она ко мне.

Чувствуя свою вину за беспомощное положение родителей девочки, я напрягся, представляя, что тяну вверх их за одежду. Сначала я поднял отца и, сопровождаемый Цедарией, транспортировал его в комнату, чтобы положить на большую двуспальную кровать. Потом я повторил то же самое с ее матерью и разместил женщину на кровати рядом с мужем.

- Пошли на кухню! - деловито распорядилась девочка.

Там она налила из-под крана стакан холодной воды.

- Подожди пока тут! Я подготовлю родителей к встрече с тобой.

- Ну, подготовь... - согласился я.

Вскоре из комнаты послышались приглушенные голоса. Я не стал прибегать к магии, чтобы подслушать содержание разговора. Я и без этого знал, что Цедария рассказывает родителям подробности нашей неожиданной встречи. Сам же я в этот момент думал о причудах судьбы, которая не позволила мне встретиться с Наулом Назелем, но зато организовала знакомство с не менее интересной семьей Цедарии. Несомненно, родители девочки были людьми образованными и, наверняка, обладали важными для меня знаниями. Я был бы рад уже тому, если бы они мне объяснили, почему все боблины так реагируют на фразу: "Я иду во гневе своем".

Глава 6.

Мифы об истории.

Квартира, в которой я оказался, была маленькой, небогато обставленной, но зато чистой и уютной. Сидя на кухне, я видел, что почти весь коридор занимают стеллажи с книгами, упирающиеся в потолок. От нечего делать я начал изучать надписи на корешках книг. Вообще, я давно заметил, что количество и подборка книг в доме (а тем более, их отсутствие) очень много могут поведать о хозяевах: об их интересах, образовании, интеллектуальном уровне.

Подавляющее большинство книг в доме Цедарии было посвящено истории Изначального мира. Здесь имелись и серьезные научные труды, и научно-популярные книги, и даже исторические романы. На отдельных полках располагались издания, посвященные истории религий и мифам разных стран и народов. Судя по всему, исторические исследования во всех формах и направлениях были предметом главного, и, скорее всего, единственного интереса родителей девочки.

Правда, меня несколько смутила серия книг А. Кунина о приключениях Петра Эрастовича Шпандорина (на корешках было написано: "Пет. Эраст. Шпандорин") и сочинения Джинсии Роуминг о Грабле Пиддере. Присутствие подобных книг на полках свидетельствовало о том, что даже такие образованные и разумные люди, как родители Цедарии, поддаются рекламному внушению и манипулированию сознанием.

Через некоторое время на кухню вбежала Цедария: