Заговорщик - Андрей Шаганов

Перед маленьким инопланетянином оказалась последняя кнопка. Некоторое время он стоял, разглядывая ее, его узкие бесцветные губы шевелились. Похоже было, что он молится. Ему никто не мешал. И вдруг маленькая кисть взметнулась вверх, и острый палец вонзился в черный кружок.

Дальнейшее происходило столь же стремительно, как и в первый раз. Напряженная фигурка мгновенно пропала из глаз, и створки люка тотчас сомкнулись. Мы все, торопясь и толкаясь, подбежали к тому месту, где только что стоял инопланетянин, но Лабиринт на этот раз скрыл последствия падения. Некоторое время мы ждали результата, не сводя глаз с едва различимых створок, и только минут десять спустя стало ясно, что наше ожидание напрасно.

- Ну что? - спросила Джонс, поднимаясь с колен. - Кто следующий?

Она обвела глазами присутствующих.

- Он, - ткнул пальцем мне в грудь Баз.

- Пожалуй, верно, - согласилась она.

- Надеюсь, я имею право выбора? - осведомился я.

- Ну конечно! Разумеется! - Джонс повела рукой вдоль по коридору. - Здесь есть еще три. Какую прикажете?

- Никакую. Я спущусь в колодец и попытаю счастья там.

- Нет! - взревел Баз - видимо, ему самому пришла в голову эта же идея, но он держал ее про запас для себя.

- Да! - вступил в разговор Вик - Мы все равны и одинаково вольны выбирать. Пусть идет, это не даст ему никаких преимуществ перед остальными!

- Но, если там безопасно, - возразил Южный Грек, - он поможет выйти и нам тоже.

- Тогда пошли все вместе, - предложил Вик

- Ну нет! - неожиданно уперся Баз. - Я никуда не пойду!

Одному Богу известно, какие ролики время от времени поворачивались в голове этого человека. Иногда он казался мудрецом и провидцем, но чаще выглядел законченным идиотом.

- Идите с ним, кто хочет, а я останусь здесь!

- Как угодно, но, прежде чем примешь решение, постарайся о нем сообщить. - Вик внимательно посмотрел в глаза великана. - Не надо неоправданных жертв.

Баз сплюнул в угол и ничего не ответил. Я пошел первым, за мной по лестнице спускался Южный Грек, а за ним - Вик Как мне показалось, путь вниз был намного короче, чем несколько минут назад, когда мы все пробирались наверх. И вот уже передо мной знакомый колодец. Вода в нем по-прежнему спокойна и чуть светится изнутри. Я задержался на краю - хотелось на прощание сочинить какой-нибудь афоризм. Но кто-то из моих спутников сильно толкнул меня в спину, и я, даже не успев понять происходящего, оказался глубоко под водой.

Несколько мгновений я барахтался, не различая, где верх, а где - низ. Но потом сами собой открылись судорожно зажмуренные при падении глаза, и сквозь зеленоватую воду я увидел светлый квадрат впереди. Не знаю, как я сообразил рвануться туда. Воздух, которого я успел схватить совсем немного во время своего падения, был уже на исходе, и необходимо было срочно подниматься на поверхность.

Лишь потом я понял, что выбраться назад на площадку по гладким стенкам колодца не представлялось возможным, а нырнуть так глубоко с поверхности могло и не получиться.

Миновав короткий тоннель, я увидел гладкую поверхность воды над собой. Мое падение в колодец нисколько не взволновало сообщенного с ним бассейна. Наконец я вынырнул. Первый же вдох вернул мне силы, и я, несмотря на намокшую одежду, которая тянула ко дну, в несколько хороших гребков доплыл до бетонного островка, выступающего над водой.

Новое помещение было длинным, высоким и узким. И если бы не бассейн, то напоминало бы коробку от кассеты. От стены до стены было метров пятнадцать, ширина же, как и везде, не превышала трех. Зато потолок терялся в высоте, и поскольку светильники - в виде длинных ярких полос - находились где-то посередине, полумрак мешал определить расстояние до него. Можно было предположить, что над этим помещением проходит тот самый коридор, в котором остались Баз и Джонс, а за стеной, находящейся позади меня, - лестница, по которой я пару минут назад спускался к колодцу. Как видите, пространственная ориентация мне не изменила.

Островок, на котором волею случая я оказался, был скорее перемычкой, плотиной между двумя бассейнами, находящимися на разных уровнях. Следующий бассейн был метра на три ниже, за ним был виден еще один, отделенный от первого узкой перегородкой. На первый взгляд две новые акватории не отличались друг от друга, но, приглядевшись, я заметил некое неясное движение в ближнем. Трудно было понять, что скрывалось под поверхностью воды, но, учитывая направление мыслей гипотетических создателей Лабиринта, можно было понять - это нечто скорее всего очень враждебно отнесется к моему вторжению. К тому же я не знал глубины бассейнов. Могло статься, что, рассчитывая попасть в воду, я встречу на своем пути близкое дно.

Едва я успел додумать эту мысль, как тотчас же получил опровержение своим опасениям. Сверху раздался громкий крик, и чье-то тело, мелькнув в воздухе, рухнуло в дальний бассейн. За ним последовал еще кто-то, и только последнего ныряльщика я успел разглядеть. Это была Джонс. Она единственная успела сориентироваться, перевернуться в воздухе и войти в воду почти без всплеска. Меня заинтересовало то, что никто из них не выплыл на поверхность. Некоторое время я размышлял, не может ли быть этот бассейн новой дьявольской ловушкой Лабиринта. Но стоит ли уничтожать вошедших сразу? Ведь не для того он построен, чтобы убивать сразу. По моему мнению, сложившемуся к тому моменту, это сооружение сначала давало вам возможность намучаться до полного отчаяния, а потом самому выбрать себе смерть. Размышляя таким образом, я пришел к выводу, что бассейн все же имеет выход, аналогичный тому, через который я туда попал.

Я совсем уже собрался прыгнуть в воду, как услышал позади себя плеск и фырканье. Обернувшись, я увидел вылезающего на перемычку Южного Грека. Он вскарабкался на край, поднялся на ноги и как-то дерзко взглянул мне в глаза.

- Что там дальше?

- Вода, - холодно ответил я.

- Значит - опять нырять?

Я машинально бросил взгляд вниз, но тут же заметил краем глаза движение и повернулся к нему.

- Смотри сам. Я не хочу, чтобы ты снова толкнул меня в спину.

Он сделал большие глаза, будто бы не понимая, о чем идет речь, и медленно опустил руку, уже приготовленную для новой подлости. Южный Грек был из той породы людей, которые живут в вечном страхе и при этом остаются совершенно непредсказуемы. В испуге, теряя над собой контроль, они способны совершить такое, на что не решится порой самый отчаянный смельчак Страх же порождает в таких людях подлость, зависть и злобу. Я так и не узнал, за что Южный Грек попал в Лабиринт, но был почти уверен, что совершенное им преступление было самым грязным из всех возможных.