Обещания темноты - Роман Проксима

Пара школьных фоток, одна детская, но внимание Джона привлекла одна маленькая, помятая карточка. На ней было изображено четверо человек. Он, Люси, какая-то женщина. Ах да, это же мать Люси. И еще один неизвестный мужчина. Крупный высокий человек с округлым лицом, казался Джону до боли знакомым. Но память отказывалась воспроизводить информацию о нем. Мозг Вероны слабел. Все труднее давалась легкая умственная работа. Даже когда он прикрывался тряпками в доме Денорта, медиум не сразу сообразил, и некоторые части тела так и остались неприкрытыми.

Это мертвое место тяготило мрачностью и гибкостью изменений, понять которые представлялось невозможным. Джон откинул фото в сторону, опершись на край стола – физические силы так же покидали тело медиума. Как же там обстоят дела у ребят? Живы ли они еще? Джон подумал, они могли тоже находиться в этой яме, надеясь найти выход. А может, то тело, которое он видел под водой – был кто-то из его друзей. Ужас нахлынул крупной волной, и Джон, подкосившись, упал на пол.

Он неожиданно вспомнил, как видел некоторых людей, изображенных на картинах, в этом доме. Люди расхаживали по дому, словно хозяева, не говоря ни слова. Он об этом спрашивал бабушку, но она лишь отмахивалась от маленького Джона, ссылаясь на его воображение.

Но все было взаправду. Теперь Верона это понимал. Собственный дар медиума он открыл еще будучи ребенком. Только он мог разговаривать иногда с теми людьми с картин. Правда, это было очень редко.

Внезапно угасающее внимание Джона привлек тихое кашлянье. В углу комнаты стоял силуэт мужчины. Он стоял в тени лестницы, и рассмотреть его было трудно.

– Кто вы? Вы не знаете, как отсюда выбраться? – Джон уже не надеялся получить правильный ответ.

Мужчина вспомнился Джону, как только тот вышел на свет. Один из людей, который был изображен на самом крупном портрете в доме. Верона почувствовал, что знает его очень давно. «Прадед», – пронеслосьв мыслях медиума. И мужчина кивнул. После, так же молча, указал пальцем на пол, где лежала брошенная фотокарточка. Что-то нужно вспомнить. Джон взял ее в руку, и посмотрел на своего прадеда. Но никого уже не было.

На фото все те же четыре человека, личность последнего так и не вспоминалась. «Ну кто же он», – Верона перебирал знакомых, всех, с кем общался. Но в частности он перебирал общих с Люси друзей. Ничего.

От бессилия и угасающей надежды Джон рухнул оземь. Он не уснул, и даже не закрыл глаза, просто лежал неподвижно, ощущая, как уходят последние силы. Словно аккумулятор, оставшийся подключенный к цепи, не производящей никакой полезной мощности. Невольно Верона перевернул фотографию. Там выцветшей пастой кое-что значилось: «Двадцать первое июня 21.. года».

Джон знал этот день… Его выпускной. Он окончил институт, и с дипломом фотографировался со своими близкими и друзьями. Но тогда он дал диплом кому-то, и в тот момент его не было. А Люси пришла поздравить вместе со своей матерью. Они тогда условно помирились, но после этого не виделись. А кто же четвертый? Не может быть… На том снимке должно быть три человека.

Медиум подскочил от прилива свежих сил, сжимая в кулаке фотографию. Он вспомнил, почему они тогда поссорились с Люси. Всему виной этот человек. Точнее, тогда на снимке, четвертым был запечатлен умерший брат Люси – Роберт Брин. Или, как он себя стал называть здесь – Роз.

Очень давно Роберт жил вместе с Люси и их матерью в Силвер Сити. Он был психически не здоров и слеп. Джон знал лишь то, что однажды он ушел из дома и потерялся. Полиция не могла найти его. Но потом Роберт стал приходить к Вероне. Разговаривал с ним как ни в чем не бывало. Джон предлагала ему увидеться с Люси, но тот говорил, что пока не может из-за занятости. В тот раз Роберт не был слеп – Джона это удивило, хотя он точно не знал о его болезни. Люси никогда не знакомила их прежде.

Медиум тогда звонил Люси, ее маме, говорил, что Роберт с ним, он пока не может вернуться. Но Джон не знал, что органы правопорядка уже нашли мертвое тело Брина. С ним всегда беседовал его дух, желающий получить некую помощь от Джона. А помощь заключалась в том, чтобы помочь Роберту вернуться к жизни путем убийства. Но завуалированные просьбы Брина совсем слепили здравый разум Вероны, и он уже чуть не убил невинного человека.

Бесконечные просьбы Люси оставить пугать ее привели только к усугублению отношений между ними. Ей не помогал опыт психолога. Джон бросил все попытки помочь Роберту только когда Люси пообещала ему вызвать психиатрическую помощь.

Верона перестал обращать внимание на призрак брата, и он скоро перестал появляться. Все отношения с Люси Джон прервал, прекратив поиск ответов на любые вопросы. Он не ожидал больше встречи с ней, тем более при таких обстоятельствах. И теперь узнал, что Роберт на самом деле был тогда уже далеко не жив, и ему стало стыдноза свои поступки.

На том фото был изображен уже призрак Брина. Но Джон только сейчас смог догадаться. Как же глупо не знать своего дара! Ведь можно было все пережить иначе. Кто знает, может, всему этому хаосу есть объяснение – жажда мести Роза за то, что однажды он был отвергнут.

Верона промотал перед собой худшие годы своей жизни, когда был далеко от своей любимой Люси. Словно прошел один долгий тяжелый день. Ничего не возвратить, нужно исправить все, что осталось теперь. Джон встал на ноги, не обращая внимания на усталость. Необыкновенная тишина пронзила разум медиума, он ощутил полное спокойствие. Такое бывает в те немногие моменты жизни, когда отчитываешься перед самим собой о проделанной работе и понимаешь, что лучше сделать нельзя. Но осознание невыполненной миссии мешало насладиться сполна этим спокойствием – и Джон замер в нелепом остолбенении.

– Не-е-т! – закричал Джон, опрокинув пару стульев и стол. Он злился за свою слепоту. Верона готов был потратить все свои спички, чтобы обратить в пыль этого мерзавца Роза, Роберта.

Счастливые годы с Люси, которых он никогда не восполнит никакой силой на земле, навсегда остались где-то в этом мире, полным отчаяния, бессилия и невозможности.

Верона силой сорвал засов на двери, и она распахнулась от жуткого ветра, бушующего на просторах ночи. Дождь нещадно высекал на коже мелкие царапины. Темнота пугала известностью. Медиум знал, кто поджидает его в глубине сумрака. И от этого становилось не легче.

Джон на случайный миг решил вернуться назад, но дом исчез. Его приветливое убежище не могло развенчать все обещания темноты быть убитым. Поединок заблудшей живой души против мертвого моря забытого смрада был неравным. И ярких потоков стремлений разума порой недостаточно, чтобы противостоять прогнившей системе градации хаоса.