Сад времени - Брайан Олдисс

Но Хауэс - каков комедиант! Буш нашел в себе мужество признать, что этот последний, с его храбростью, трезвой головой и практической сметкой, мог бы поучить его многому. Ведь это Хауэс, заранее все продумав, вручил своим агентам совершенно безвредное оружие - так, как если бы он предвидел сегодняшний случай. И если его ружье вместо лазерного луча послало в цель безобидную струйку света, значит… значит, Энн он не убивал!

Надо ли говорить, что с этого момента у Буша отпали всякие сомнения в искренности и намерениях славного капитана!

Теперь Буш мог с легким сердцем вернуться в то мгновение, в котором Силверстон и Хауэс все еще полулежали в коридоре, оцепененные действием газа. Но Буш чувствовал не просто облегчение - он ликовал, торжествовал! Как все-таки приятно стряхнуть с себя дурной сон, в котором ты был убийцей, и вновь ощутить, что ты по-прежнему чист, добродетелен и никем не проклинаем! И Энн жила, как прежде.

Внезапная мысль клюнула Буша, и он, смеясь почти в открытую, стрелой полетел по коридору, повторяя путь, только что проделанный Энн.

Он вскоре нашел того, кого искал. Тот все еще прятался в тени у двери гладильной. Буш протянул к нему руку - и его зеркальное отражение пожало ее. Оба лица - или одно? - одновременно озарились улыбкой. Так все-таки странновато-непривычно и здорово видеть вот так себя самого!

- Ты?

- Я!

Это было похоже на взаимное признание в любви. Ну разве не идеальную любовь испытываешь к человеку, чьи мысли и желания тебе известны и так близки - все до единого! Чувства переполняли его, он не смог сказать ничего больше. Пора было возвращаться в покинутое мгновение недалекого будущего. Он оттолкнулся, как стартующий бегун, от момента, в котором находился, и…

…И снова оказался в полутемном коридоре, рядом с простертыми на полу Хауэсом и Силверстоном. Тут же вернулось сознание висящей в воздухе угрозы и стремление поторопиться.

Буш склонился над Силверстоном, тряхнул его плечо и позвал:

- Стейн! - но потом передумал и шепнул еще раз: - Профессор Силверстон!

Тот открыл глаза и пробормотал:

- Это оружие - вот вам доказательство! Я же говорил…

Буш уставился на него во все глаза. Неужели профессор знал, что его лучевое ружье… Силверстон тем временем уже сел, и его следующая фраза была уже не такой туманной:

- Оружие, что принесли с собой те четверо из будущего, - доказательство тому, что моя теория абсолютно верна. И мы найдем еще доказательства, вот увидите! Ведь впервые на моей памяти они преодолели энтропический барьер!

Буш, почему-то задетый тем, что Силверстон имел в виду не его случай, промолчал.

- А ведь это, должно быть, достаточно просто, - продолжал ликовать профессор. - Мы и сами, наверное, додумались бы до такого через несколько лет… Помогите-ка мне подняться. Я знаю вас, вы - Эдвард Буш. Нам уже доводилось встречаться, ведь так? Правда, не всегда эти встречи были дружескими… Надеюсь, я не слишком покалечил вас тогда, в юрском. Но вы должны меня извинить - ведь я принял вас за Болтову ищейку, а в моем положении…

Буш рассмеялся:

- Тогда я едва вас заметил - меня слишком увлекла ваша спутница.

Впервые черты Силверстона, до этого словно скованные заморозком, оттаяли. Он улыбнулся:

- Да, она увлекала тогда и меня. Женщины - моя слабость, и я охотно в ней признаюсь… Благодарю, что вытащили меня из комнаты. Теперь развяжите-ка Хауэса - и в путь!

- Я связал его за дело. Он поступил со мной жестоко только для того, чтобы я, подавленный горем, повиновался без вопросов. А теперь поделом ему: я терпеть не могу быть орудием в чужих руках.

- А разве не все мы - чье-то орудие? Ведь на этом и стоит общество.

Каждый из нас - чье-то орудие… Не такая уж новая мысль, но она отлично поясняет одну из сторон человеческих отношений: человек использует - и используем. Вот он, Буш, использовал Энн. Хауэс, в свою очередь, использовал его. А теперь Буш заставит послужить себе Хауэса, да и Силверстона.

За ними обоими стояла сила, власть, в конце концов. Если Буш поможет им сейчас, то в две тысячи девяносто третьем они могут оказаться полезными ему. Он надеялся с их косвенной помощью снова обрести свободу и возможность творить. Значит, если он хочет сохранить жизнь своему искусству, придется на время забыть о некоторых сторонах своего «я».

Буш принялся освобождать Хауэса от пут. Пока он негодовал на собственноручно завязанные узлы, Силверстон поведал ему следующее:

- Нужно вам знать, что здесь, в Букингемском дворце, обреталась группа интеллектуалов - изгнанников из нашего с вами времени. Я передал им свое послание, и сейчас они уже в пути - распространяют его по миру.

- Послание? Давно ли вы ударились в религию?

- Вы не понимаете: речь идет о моем учении. Ах, как мне недостает сейчас Уинлока - наша ссора, разумеется, теперь улажена. Даже мне самому не постичь всего того, что я открыл. Mоe открытие переворачивает весь миропорядок, я сам никак с этим не свыкнусь. Так что - в путь, немедленно, не мешкая!

- Но я и с места не сдвинусь без Энн!

- Знаю, что не сдвинетесь. Она сейчас вернется с моим чемоданом - без него я никуда. Я позабыл его внизу… А, утро доброе, капитан!

Распутанный Хауэс сел, ворча, тряхнул пару раз головой, чтобы привести в порядок мысли, беспокойно глянул на Буша:

- Вы знаете про Энн?.. Ну, то, что она жива? Буш молча кивнул.

- Мне искренне жаль, что так вышло. Но виноват во всем только ваш буйный темперамент. Когда вы пальнули из своего игрушечного ружья, Энн бросилась навзничь; а после того как я усыпил вас газом, пришлось убедить ее не оживать еще несколько часов… Не сердитесь, но вам и вправду была необходима хорошая встряска.

- Да ну вас совсем! - Буш раздраженно отвернулся, и в этот момент из-за угла в коридор влетела Энн с пластиковым чемоданчиком под мышкой. Силверстон тут же сграбастал чемоданчик, а Буш - Энн. Она улыбнулась ему, слегка приподняв бровь - по-прежнему игриво-недоверчиво.

- Зачем ты так поступила?

- Нет, вы послушайте: это он меня спрашивает! А зачем ты принялся палить?.. Ни слова, я знаю ответ: ты мне не доверяешь. Вернее, не смеешь довериться, как не смеешь довериться себе.

- Тогда я просто помешался с горя, когда увидел с тобой Хауэса, ведь я решил, что ты выдала меня ему! И я выстрелил только потому, что любил тебя, Энн, видишь, я совсем потерял рассудок.

Она махнула рукой и опустила глаза.

- Пора бы покончить с разборками - так вы и до второго пришествия не наговоритесь, а наше время на исходе, - встрял Хауэс. - Гризли и его команда вот-вот оклемаются. Конечно, можно пристрелить их, пока они безвредны - может, Буш об этом позаботится? - но это тоже займет несколько лишних минут.