Плот - Стивен Бакстер

— Все мы хотим выжить. Верно? Поэтому, когда поставки продовольствия с Плота сократились, оставалось лишь одно место, где можно было достать пищу…

Бармен стукнул бутылкой по плите и внимательно посмотрел на Риса.

— Я был против этого, ей-Богу. Говорил, что лучше нам умереть, чем торговать с этими людьми. Но это было общим решением. И я принял его. — Он помахал пальцем перед Рисом. — Это было общее решение, и я принимаю на себя свою долю ответственности.

Рис смотрел на бармена, ничего не понимая, а Джейм, казалось, немного протрезвел.

— Ты не знаешь, о чем я говорю, не так ли?

— Не имею ни малейшего понятия. Нам, изгнанникам, ничего не рассказывали…

Джейм хмыкнул и почесал затылок. Потом оглядел небо и, выбрав там несколько ярчайших звезд, без труда определил положение тарелки.

— Ну что ж, довольно скоро ты сам поймешь. Мы почти прибыли. Смотри, Рис. Под нами и немного правее…

Рис повернулся на животе и заглянул под тарелку. Сперва он ничего не мог рассмотреть, но затем, скосив глаза, заметил крохотную горошину материи.

Время шло. Джейм искусно управлял дюзами, и горошина превратилась в шар цвета засохшей травы. Наконец Рис смог разглядеть фигурки людей, стоявших или ползавших по всей поверхности, словно приклеенные к ней. Судя по их размеру, сама сфера должна была иметь примерно тридцать футов в диаметре.

Джейм присоединился к нему и молча протянул свою бутылку.

— Возьми. А теперь слушай, парень. Если ты хочешь протянуть здесь больше, чем полсмены, то должен помнить, что это такие же люди, как и мы с тобой…

Теперь плита приближалась к поверхности. Сферический мир был довольно густо населен. Люди были обнажены или же одеты в рваные рубахи и выглядели одинаково низенькими, плотными и мускулистыми. Один сидел прямо под плитой и внимательно следил за приближением путешественников.

Поверхность этого мирка состояла из листов чего-то, похожего на высохшую ткань. Тут и там из нее торчали пучки волос. В одном месте листы были сорваны, позволяя увидеть внутренности мирка.

Рис рассмотрел белизну кости!

И дрожащими руками поднес бутылку к губам.

Человек, стоящий внизу, поднял голову. Встретившись с Рисом взглядом, Костяшник приветственно поднял руки.

9

Джейм посадил тарелку на хрустящую поверхность и молча начал отвязывать от сетки металлические заготовки.

Рис, вцепившись в сеть, испуганно озирался по сторонам. Вся планета была покрыта листами медленно шевелящегося, покрытого волосами коричневатого материала. И Рис опять увидел торчащие из дыр белые кости.

Молодой человек почувствовал позыв мочевого пузыря, закрыл глаза и съежился. «Нельзя, Рис, были времена похуже и опасности посерьезнее…»

Но Костяшники были легендой его детства, чудовищами, которыми пугали непослушных детей. Без сомнения, в спокойном, автоматизированном мире Плота не было места подобному уродству.

— Добро пожаловать, — послышался высокий, бесстрастный голос. — Так ты привез нам еще одного гостя, Джейм?

Человек, приветствовавший их во время снижения, стоял теперь у тарелки, принимая от Джейма железо. У его ног были сложены стандартные упаковки с пищей. Джейм быстро перекинул их на плиту и привязал к сети.

Костяшник был низеньким, плотным. Лысый череп покрывала сетка морщин. Одежда его была сшита из того же странного материала, который устилал поверхность. Незнакомец улыбнулся беззубым ртом.

— Что такое, парень? Ты не желаешь подать руки Квиду?

Рис еще крепче вцепился в сетку.

— Давай, парень. Возьми это и сходи. У тебя нет выбора. И если ты покажешь, что боишься, то только ухудшишь свое положение.

К горлу подступил комок. Рис вспомнил пугающие, омерзительные слухи о Костяшниках, ходившие по всей Туманности, и это лишило его остатков мужества. Рис стиснул зубы. Черт возьми, в конце концов он Ученый Второго класса. Перед его мысленным взором предстал Холлербах. Глаза старика были усталыми, но взгляд их был ясен и тверд.

Рис отпустил сетку и встал. Он пытался заставить себя трезво смотреть на вещи. Первые шаги дались с трудом — тяготение было около полутора «же». Какова же тогда масса крошечной планеты? Тонн тридцать?

Рис взял железо и без колебаний сошел с тарелки. Ноги сразу же погрузились во что-то мягкое, похожее на грубую ткань, жесткие волоски щекотали лодыжки и — о боги! — это было теплым, как шкура гигантского животного…

Или человека!

Тут, к ужасу Риса, его мочевой пузырь не выдержал, и по ногам потекла теплая жидкость.

Квид открыл беззубый рот и громко захохотал.

Джейм, сидя в безопасности на плите, подбодрил:

— Тут нечего стыдиться, парень. Запомни это.

Странный торг окончился, и Джейм занялся плитой. Тарелка пискнула и взлетела, оставив на мягкой поверхности планеты четыре обугленных отверстия. Через несколько секунд она уже казалась маленьким шариком.

Рис опустил глаза. Лужица у его ног быстро впитывалась в поверхность.

Подошел Квид. Под ногами у аборигена хрустело.

— Теперь ты Костяшник, парень. Добро пожаловать в задницу Туманности. — Квид показал на лужицу. — А насчет этого я бы не слишком беспокоился. Он улыбнулся и облизал губы. — Ты будешь только рад этому, когда захочешь пить…

Рис вспомнил отвратительные подробности. Он содрогнулся, но не отвел глаз.

— Что я должен делать?

Квид снова расхохотался:

— Да что хочешь. Оставайся здесь и поджидай транспорта, который не придет. Или иди со мной.

Он подмигнул и, подхватив под мышку железо, пошел вперед. Поверхность планеты кружилась у него под ногами.

Рис потоптался на месте, не желая вот так вот сразу рвать подобие связи с прежним миром. Но у него, собственно, не было выбора: этот чудной субъект был отныне его единственной опорой в жизни.

Подняв железо. Рис осторожно пошел по теплой, неровной ткани.

Они прошли почти полмеридиана, минуя раскиданные в беспорядке ветхие покосившиеся лачуги. Больше всего здесь было простых навесов, сделанных из того же материала, что и поверхность планеты. Они могли служить укрытием лишь от дождя. Встречались и более основательные строения на железных каркасах.

Квид рассмеялся:

— Что, рудокоп, удивлен? Мы тоже создали свое общество, почему бы и нет? Видишь ли, они все сторонились нас. Плот, рудокопы — все. Слишком горды, чтобы иметь дело с такими, как Костяшники. Ведь мы совершили «преступление» — выжили… Но сейчас звезды умирают. Верно, рудокоп? И теперь, когда им неожиданно пришлось бороться за существование, они начали учиться тому, чему мы научились тысячи смен тому назад. — Квид наклонился и снова подмигнул. — Видишь ли, это просто торговля. В обмен на железо и кой-какие предметы роскоши мы отправляем им упаковки с продовольствием. И так как они получают их аккуратно завернутыми, то не слишком задумываются о том, что в них. Верно?