Тень улитки - Владимир Васильев (Ташкент)

В этот раз, впрочем, как и в прошлый, защита устанавливалась болезненно для Молчуна, но серьезной угрозы для его жизни не было. Но, на всякий случай, Нава все время рядом. Да и без нее организм Молчуна достаточно адаптировался к Лесу, чтобы самостоятельно выдержать это испытание. Но осторожность не помешает.

Нава вдруг подумала, что в Лесу у нее нет никого ближе этого странного существа Молчуна-Кандида, свалившегося с Белых Скал на своем вертолете. Когда-то была мама и, кажется, отец, но это было так давно, что она не вполне уверена — было ли… Но подруги?.. Но Мать-Природа?.. Подруг она еще не знает и почему-то не очень спешит узнать, а Мать-Природа не человек. Ей можно поклоняться, служить, ее можно любить, но дружить с ней невозможно… И вот она собирается вести Молчуна туда, где он исчезнет… для нее, потеряется. Нелогично. Но держать его насильно здесь, как… как бабочку на шипе… несправедливо. По крайней мере, с друзьями так не поступают. Может быть, он сходит на эти Белые Скалы и вернется к ней?.. В деревне он обещал вернуться — зачем это ему? Там у него будет своя, чужая ей, естественная для него, другая жизнь… Он найдет себе женщину, настоящую женщину, жену, которая родит ему детей… Такова их природа, этих существ, которые должны остаться в прошлом… Нава вдруг ощутила в себе неприязнь к этой гипотетической женщине, к которой она ведет Молчуна, своего мужа. Ерунда! У нее не может быть мужа! Ей не нужен муж!.. И почему она не уговорила его сделать детей?! Тогда бы он их не бросил! Остался бы в Лесу защищать. Какая она была глупая… А теперь он ей не нужен… как мужчина… Но он ей нужен, как… как друг. Может, просто, она слишком привыкла к нему? А потом поживет без него и отвыкнет? Но ведь целый год они не виделись! И вот она пришла к нему сразу, как только смогла. Наверное, этот год нельзя считать полноценным — он, как одна длинная ночь с одним сном, куда все время приходил Молчун. Возможно, реальный год в реальной жизни излечит ее? Вполне вероятно, только беда в том, что ей совсем не хочется излечиваться!.. Как же другие подруги прошли через это? Или больше ни у кого не было такого Молчуна?.. Наверное, все дело в том, что такие Молчуны в Лесу не водятся, а водятся только на Белых Скалах. А когда попадают в Лес, то не могут преодолеть «полосу боев» и растворяются в почве. Некоторых, правда, как она поняла, спасают и используют у Воспитательниц, которые приучают деревни к необходимости Одержания и подготавливают их к этому акту, как в той треугольной деревне, где Молчун пытался с кем-то разговаривать… Она слышала сквозь сон… Карл, он говорил, Карл!.. Видимо, это был его знакомый с Белых Скал, которого отдали Воспитательницам… Но Нава вовсе не хочет, чтобы Молчуна отдали Воспитательницам. Она хочет, чтобы он оставался с ней или… жил, как сам хочет, на своих Белых Скалах. Она не хочет, чтобы он принадлежал другим подругам. Потому что они не понимают его и не хотят понять. Для них он — отработанный материал, подлежащий утилизации. А для нее — единственное близкое существо.

Наверное, она ненормальная. Но не сама же она себя такой сделала! Мать-Природа целый год творила с ней в Паучьем Бассейне все, что хотела. Никто раньше так долго не проходил Одержание. И если она, Нава, такая, значит, Матери-Природе зачем-то это было нужно. Или она, просто, неудачный экземпляр, производственный брак? Давно не чистили Паучий Бассейн, вот она такой и получилась… Но как бы там ни было, она живет и собирается жить вечно, и жить так, как считает правильным. А понятие о том, что такое «хорошо» и что такое «плохо» в нее закладывала Мать-Природа и… Молчун… Теперь она это понимает. Он сказал подругам, что не муж ей, а отец, вернее, он сказал: «она мне дочь», а они, дуры, решили, что он муж ее матери и стали гнусно потешаться. Оказывается могучие подруги могут быть элементарными дурами, неспособными понять мужчину! Значит, они не идеальны… Это надо учесть при самооценке. И она сама может оказаться дурой… Или уже оказалась?..

Стало подозрительно тихо. Нава посмотрела на Молчуна. Он лежал с открытыми глазами, смотрел на нее и улыбался.

— Ты что? — вскочила Нава и подошла к нему.

— Хорошо! — еще шире улыбнулся Кандид. — Красивая природа, прекрасная погода, прелестная… подруга и неожиданно отличное самочувствие…

— Наконец-то, — выдохнула Нава, — защита установлена. Теперь тебе в Лесу никакая хворь не страшна!.. Еще день-другой, силы восстановятся и можно отправляться.

— Совсем меня твоя защита избаловала, — чуть улыбнувшись, признался Кандид. — Все стремился куда-то, кому-то что-то хотел доказать, а теперь вот смотрю на тебя и кажется — весь век бы свой смотрел, и ничего не надо больше… и никого…

— Это от слабости, — серьезно объяснила Нава, а сердечко-то екнуло… Приятно было слышать такое признание.

— Да уж, наверное, не от силы. — согласился Кандид. — Только зачем нам с тобой такая сила, которая разлучает?

— А затем, что только дерево может всю жизнь простоять на одном месте, да и то не всякое — иное и прыгать начинает… Да и дерево-то стремится ввысь, к солнцу, а человек…

— А человек — к другому человеку, — закончил Кандид и усмехнулся: — Я знаю, ты хотела сказать: человек должен стремиться выполнить свое предназначение, чтобы его жизнь обрела смысл… Логично. Только у человека столько предназначений, что не знаешь, за которое хвататься… Род продолжить — предназначение… Правда, вы тут вносите коррективы, но все равно будете рожать не так, так этак. Но это — для всего живого. А для человека?.. Дерево посадить, то есть уберечь природу — предназначение… Дом построить, то есть создать вторую природу как защиту от первой, которая не всегда рассчитывает свои силы, — тоже предназначение… Книгу написать, то есть приумножить знания человеческие и передать их потомкам — тоже предназначение… Полететь к звездам, чтобы спасти жизнь, когда наше солнце начнет гаснуть, — еще какое предназначение!.. Кое-что из этого списка мне по силам, но… род продолжить не с кем… Дерево сажать?.. Надо быть совсем идиотом, чтобы дерево в Лесу сажать. Для второй природы, как я понял, здесь места нет… Первая-то совсем распоясалась… Книгу?.. Не на чем и не для кого… Да и никогда в писатели не годился. Наука моя, микробиология, здесь — детский лепет. Для вас это уже не наука, а технология… А к звездам?.. Нет уж, милая Нава, в моем положении самое умное — валяться на этом мертвяке и любоваться твоей красотой…

— Ничего не поняла, — призналась Нава. — Какая-то вторая природа?.. Какая-то книга?.. Лететь к звездам?.. Солнце гаснуть?.. Чушь какая-то!..

— Не забивай голову, — сел Кандид, спустив босые ноги на землю. — Дурацкая мужицкая рефлексия — болезнь самокопания. Тоже не бери в голову — отомрет вместе с мужиками.