Адрес: Центавр - Уоллес Фредерик

— Вспомнил. — Кэмерон задумался. — Я ею совсем не занимался. Большая часть ее лекарств поступала прямо с Земли. Даже не знаю, что сказать.

— Большая часть желез — парные. Можете пересадить ей одну или хотя бы ее часть от кого-то из нас? Мы найдем доноров.

— Сразу могу сказать, что если бы такое признали возможным, то давно бы сделали. По непонятным пока причинам трансплантация не всегда эффективна. Иногда организм растворяет чужую ткань или, если возникает воспаление, выращивает вокруг нее новообразование.

— Поэтому она до сих пор дефектна?

— Это всего лишь мое предположение. Думаю, ей пытались сделать трансплантацию, но неудачно. — Кэмерон повернулся к Джерианн. — У нас есть оборудование для синтеза гормонов?

— Может быть. Я их никогда не изготавливала.

Доктор перегнулся через стол и поискал в папках, пока не нашел нужную.

— Результаты тестов на животных. Судя по всему, информации маловато, — сообщил он, коротко ознакомившись с документами. — Кое-что я смогу сделать, чтобы успокоить Морин, пока не рассчитаю формулу заменителя.

— Никаких экспериментов на нас, Кэмерон.

Криво улыбнувшись, доктор ответил:

— Вся история врачевания — длинная серия экспериментов. Если бы не они, мы жили бы еще в каменном веке. В смысле медицины.

Доччи пожал плечами.

— Это ваша точка зрения. Просто сделайте все, что можете, для Морин.

— А что насчет Анти?

— У нас не было времени подумать о ней.

— Я посмотрю, что можно сделать. Если натолкнусь на плодотворную идею, дам знать. — Кэмерон повернулся к двери, и Джерианн вышла за ним.

Доччи сидел и смотрел им вслед. Доктор стал дополнительным ресурсом, на который они не рассчитывали. Его присутствие поможет успокоить недовольных, кто соглашался на собрании с выступавшей женщиной, но пока не выражал своего мнения. У Доччи с друзьями будет хотя бы временное преимущество.

Но сомнения оставались. Кэмерон мог спрятаться по приказу генерала. Несколько серьезных заболеваний, чья-то смерть — и людей можно будет убедить, что надо поворачивать обратно. Но Доччи почему-то не верилось, что у доктора такие намерения.

Тогда что он задумал? Возможно, Кэмерон остался с очень, очень дальним прицелом. Рискованное предприятие, но доктор по натуре своей склонен к риску.

Доччи терзали не только сомнения в адрес Кэмерона. Ему очень хотелось задержать Джерианн под каким-нибудь предлогом. А она ушла и даже на прощание не посмотрела в его сторону.

— Что это за штуковине? — спросила Анти, мягко покачиваясь в кислоте.

— Моя идея, — с гордостью сообщил Джордан, осторожно опуская кольца змеевика в кислоту.

Анти оценивающе наблюдала за ним.

— Может, в другой раз придумаешь что-нибудь получше.

— Не будь такой брюзгой, — произнес Джордан, наблюдая, как спираль скрывается под поверхностью кислоты и опускается на дно. — Кэмерон считает, что все получится.

— Моя вера поколеблена.

— Вера здесь не причем. В любом случае, Кэмерон, как доктор, — лучший из тех, кто здесь работал. — Устройство, наконец, достигло дна. Снаружи остался только кабель, свисавший с бортика бассейна. Джордан вытирал руки травой. — Эта идея пришла мне в голову, когда я размышлял о применении облучения.

— Трудно поверить, что когда-то я была молодой и так и лучилась счастьем.

— Я не о том.

— А я о том. Не надейся, что я прекращу брюзжать.

— Не стоит, — сказал Джордан. — Идея принадлежит мне, а не доктору. Кэмерон ее просто одобрил.

— Ну, тогда обязательно сработает.

Джордан выбросил пучок травы в бассейн. Тот беззвучно вспыхнул и исчез. Смирившись с происходящим, Анти закрыла глаза.

— Да не волнуйся ты так — получится или нет, — а то ты даже не слышишь, что я говорю. Неужели неинтересно, что именно тебя вылечит? Я с ног сбился, собирая это устройство.

— Фигура речи, — заметила Анти.

— Фигура речи, — согласился Джордан. — Начнем с того, что мы заметили, когда ты вышла в открытый космос. Холод заставил грибковую плоть отмирать быстрее, чем она росла. Правильно?

— Этот грибок родом с Венеры, — напомнила Анти. — Естественно, он плохо растет на холоде.

— Происхождение тут не причем. В нормальных условиях он не разрастается в плоти, ему приходится идти на уступки человеческому организму, и самая значимая из них — приспособление к температуре тела. В то же время, клетки человека стараются обогнать грибок в росте, но чем быстрее они делятся, тем больше у грибка питательной среды. Что-то вроде враждебного симбиоза.

— Если можно представить себе враждебный симбиоз, — перебила Анти. — Я не могу.

— Просто ты плохо старалась. В любом случае, похоже, что в одной соединенной массе должно быть какое-то соотношение между количеством грибка и энергией. Чем его больше, тем быстрее он растет, и наоборот.

— Какое симпатичное название, — произнесла Анти. — Масса. Весьма точное описание моей внешности, хотя я могу предложить и получше. Куча. — Разбрызгивая кислоту, она тяжеловесно подплыла к краю бассейна. — Ты хочешь сказать, что если удастся снизить вес до определенной отметки, то тело сможет держать грибок под контролем?

— Именно.

— А что не так с лечением, которое мы открыли? Дайте кислородный шлем, привяжите меня к тросу и выпустите за пределы купола.

— Ты не сможешь там плавать, когда включена гравитация. Кроме того, мы сделаем даже лучше. В космосе ты теряешь тепло только через излучение. Количество излучения зависит от площади тела. Чем крупнее тело, тем больше его поверхность.

— Ты имеешь в виду конвекцию, — заметила Анти. — Кислота помогает, но холодная кислота — это уже лечение.

— Очень холодная кислота. Сверххолодная.

Сначала Анти согласно кивала, потом перестала.

— Прекрасный образец обоснования, за исключением одной вещи. Когда понижается температура, замедляются химические реакции.

— В этом вся изюминка моего изобретения, — триумфально объявил Джордан. — Спираль не просто змеевик хладагента, но и электронное устройство, усиливающее ионизацию по мере понижения температуры. Мы в полном объеме сохраняем эффективность.

Анти беззвучно погрузилась в кислоту и некоторое время находилась под поверхностью. Когда она вынырнула, по ее лицу стекала едкая жидкость.

— Мне нужно подумать. Прошло столько времени с тех пор, как я перестала надеяться, — сказала она. — Когда я смогу ходить?

— Я не говорил, что ты сможешь ходить, — поспешно заявил Джордан. — Может оказаться, что существует предел, дальше которого проведение лечения холодной кислотой становится опасным.

— Тогда какая в этом польза? — спросила Анти. — Меня не интересует простое уменьшение веса. Я все равно останусь огромной, как дом. Мне хочется побродить по округе.

— Это первый шаг, — терпеливо объяснил Джордан.

— Если добьешься успеха, придумаем что-нибудь еще.

— Какие перспективы… — проворчала Анти. — Первый шаг, который я еще даже не сделала. Вы не можете отключить гравитацию?

Это создало бы массу неудобств для всех остальных, а их насчитывалось около тысячи человек. Конечно, можно было бы найти компромисс — короткие промежутки невесомости с интервалами. Никому бы это не понравилось, но могло приободрить Анти.

Кроме того, Джордан не знал, смогут ли они отключить гравитационное поле, не останавливая работу тяги. Астероид продолжит движение по инерции и на той же скорости, но разумно ли вмешиваться в работу механизма столь важного и работающего без перерыва?

Джордан покачал головой.

— Я сказал, что мы придумаем что-нибудь еще. Так и будет. Приступай к лечению и следи, как снижается твой вес.

— Не думай, что отделаешься шуточками, — сказала Анти. — Как вы сумеете меня взвесить, если я все время нахожусь в бассейне?

— Так же, как взвешивал Архимед, — по вытесненной жидкости. Я собрал шкалу, так что можешь отслеживать процесс. — Джордан не стал говорить ей, как откалибрована шкала. Абсолютные цифры могли повергнуть в уныние. И только движение вперед имело значение.