Меня зовут Цюй Пэн - Евгений Лурье

– Ага, конечно, то же самое сказала и эта твоя Анастасия.

Имя Насти она не произнесла, а прошипела.

Разумеется, я соврал, потому что никогда нельзя предсказать, насколько затянется процесс декодирования мнемокарт. Бывали случаи, когда я укладывался за пару дней, но чаще всего работа занимала неделю, а то и больше.

…знакомый запах, знакомый с детства, почему-то так всегда пахнет в заведениях общепита, не в ресторанах, не в барах, а именно в столовых, вот как в той стеклянной забегаловке на берегу Черного моря, где отдыхали вместе с родителями тридцать – или уже сорок? – лет назад, столько лет прошло, такое расстояние в пространстве и во времени, а запах тот же самый, как такое возможно, вообще? непонятно, как к этому относиться, раздражает это или успокаивает, смутное чувство, неясное, неопределенное, и еда вроде бы другая, называется иначе, выглядит иначе, а на вкус похожая на ту, в стеклянной забегаловке…

(Тут я засомневался, не наслаиваются ли данные с мнемокарты на мои собственные воспоминания, потому что был уверен, что в детстве, когда я с родителями отдыхал на Черном море, мы ходили обедать в столовую на берегу, которую даже называли «стекляшкой», потому что это был стеклянный параллелепипед, просматриваемый со всех сторон, но, возможно, таких забегаловок там было много, и это просто совпадение)

…что я слышал о новом члене совета, спрашивает меня кириллов из пятого отдела, его лицо раскачивается над тарелкой, круглое, как блин, и голос сошел на зловещий шепот, так говорят заговорщики, но кириллов хреновый заговорщик, потому что у него на круглом лице сразу видно, что он думает, а сейчас он думает, что новый член совета – стрепетов, кажется, его фамилия – топчется в очереди на кассу и не замечает, как кириллов зыркает в его сторону и шепчется, но новый член совета все слышит, он сам иногда зыркает в сторону кириллова, и это все так по-детски глупо, и зачем на это все обращать внимание, зачем тратить время, как это бессмысленно, нужно просто плюнуть, что не доедены бефстроганов и рис, подняться, для соблюдения приличий пожелать приятного аппетита кириллову – на тарелке кириллова стынут ленивые голубцы, на влажной губе поблескивает прилипшее волокно капусты – и спешить, спешить, спешить в лабораторию, но кириллов успевает с пулеметной скоростью сообщить, что, по слухам, новый член совета имеет покровительство на самом верху, – кириллов тычет пальцем в направлении потолка, – и это такое покровительство, что он даже имеет право вето, так что смотри, левицкий, говорит кириллов, не перебегай ему дорогу, а то зарубит на корню твой проект по изменению мира к лучшему; а дальше кириллов, круглолицый и неприятный, смеется и трудно перестать смотреть на прилипшее к его губе волокно капусты, которое подрагивает, но никак не отцепится, не упадет, вот самое время уже закончить, без всякой вежливости и пожеланий приятного аппетита, просто встать и уйти, ведь этот недорезанный окорок даже не знает, чем именно занимается лаборатория, кроме официальной легенды…

…ириска сегодня не сразу идет на контакт, как будто тормозит, но с чего ей тормозить, это вообще невозможно, она ведь с каждым мгновением становится только сообразительней – кстати, тревожный процесс, надо бы поговорить с программистами, чтобы они все-таки задали какой-то предел ее самообучению, интересно, не поздно ли еще это сделать; ириска спрашивает, когда у нас следующая серия экспериментов, – на следующей неделе, – через паузу она жалуется, что чем же ей заняться на этой неделе, но ириска зря волнуется, чем ее нагрузить всегда найдется, для нее подготовлена подробная карта предварительных расчетов, но ириске предварительных расчетов мало, они занимают лишь мимолетный квант машинного времени, а без дела простаивать ириска не любит, правда, это не ее слово – «не любит», – она же не может любить или не любить, она сама про себя так никогда не скажет; понятно, это проекция человеческого восприятия на ее цифровую матрицу: раньше мы одушевляли животных, теперь – машины; шутки шутками, но ириска может круглые сутки семь дней в неделю проводить эксперименты и анализировать результаты; интересно, что произойдет, когда ириска сообразит, что мы ограничиваем ее движение вперед…

… очень похоже на какой-то сочный и соблазнительный фрукт, но ведь не фрукт, а часть тела оленьки из бухгалтерии, которая в основном дура дурой, но соблазнительному фрукту же и не требуется быть семи пядей во лбу, однако все же желательно, хотя вот с иришкой это не помогло, не сработало, а теперь сколько лет еще алименты платить…

(Эта тропинка явно ведет не туда, хотя теперь понятно, почем Левицкий называл ИИ Ириской)

…как этот стрепетов вообще нашел лабораторию, у него что, есть соответствующий допуск? и чем он вообще занимается в корпорации? хоть кто-нибудь говорил об этом? сплетни, сплетни, сплетни, как старые бабки на завалинке, а полезной информации – нано-хрен, какие у него полномочия? он и правда может наложить вето? – нас не представляли, моя фамилия степченко, – вот же черт, он не стрепетов; вблизи степченко кажется старше, или это просто освещение? – неплохо вы тут устроились, – только без грубостей в ответ, – по глазам, вижу вы удивлены моему визиту, но по долгу службы меня посвятили в некоторые аспекты вашей работы, и я решил лично зайти, чтобы обсудить пару моментов, – никаких проблем, но только через разрешение директора; а степченко улыбается, лезет в нагрудный карман и демонстрирует визу директора, подготовился, зараза; – да вы не волнуйтесь, я не собираюсь выпытывать никаких секретов и тайн, скорее наоборот – хотел поделиться некоторыми соображениями; вот это поворот, вот это наглость, изумительно просто; то есть можно десять лет без выходных вести тему, а потом приходит какой-то дядька с горы и собирается делиться своими оригинальными измышлениями; – я все знаю про ограничения при экспериментах, но есть у меня одна идейка, как еще можно было бы использовать ваши наработки; ну-ну; – допустим, если все-таки попробовать отправить объект в прошлое… подождите, виктор, не перебивайте, дослушайте… я помню, что мы не должны нарушать последовательность событий, но давайте просто представим… если отправить в прошлое не снаряд, не объект, который нарушит связь времен, а, скажем, компактный, крошечный автономный аппарат, способный фиксировать события, а потом он просто укроется в заданном месте и отключится, дожидаясь, пока мы здесь в настоящем его найдем и получим данные… кажется, я слишком быстро это все на вас вывалил… но давайте предположим, что такая возможность есть… ведь это открытие, способное перевернуть, к примеру, всю криминалистику! мы сможем