Тающий призрак - Фил Смит

Когда бледный солнечный диск закатился за зубчатую кромку горизонта, планета вздрогнула. Неизвестно откуда налетел ветер, морозный, как острый нож, и, не найдя ничего живого, довольствовался тем, что поднимал вихри и швырял в пустое небо тысячелетние песчинки. Вековая пыль покрывала эту землю, и астронавты чувствовали, как невидимая рука разрывает могилу, хранящую секрет планеты.

Они пребывали в нетерпеливом ожидании.

Неизвестный знал, что они здесь. Издалека, из безжизненного холода он чувствовал их теплые тела, слышал биение их сердец, вдыхал запах их страха. И, будто собака, почуявшая за дверью волка, трое исследователей с трудом передвигались по модулю.

В распоряжении незнакомца была вся планета, миллионы гектаров земли, но он различал взволнованную возню трех маленьких съежившихся комочков и кружил над ними, как хищная птица, застилая небо красными крыльями и сжимая свои жертвы кольцами страха.

Царапанье по обшивке корабля предвещало первый шквал песка, как мягко лижущий язык, пробующий на вкус, предупреждает о том, что за ним последуют зубы. За первым налетели новые шквалы, сильнее и настойчивее царапая обшивку модуля, будто пытаясь преодолеть сопротивление металла. Затем снаружи застучали когти, как бы нащупывая слабое место модуля.

Через иллюминаторы астронавты видели, как растущие на глазах облака застилают белое сияние звезд красным мраком. Песок яростно набрасывался на плотно пригнанные стекла, оседая в углах, как сугробы в пургу. Стив зачарованно наблюдал за происходящим. Песок отсвечивал в лучах освещенной кабины, и он вдруг уловил осмысленность этой круговерти — частички струились поперек стекла, исследуя его поверхность. Это не было хаотичное движение.

Стив заметил, что песчинки подтянулись от краев к центру, образуя круглое красное пятно. Затем оттуда стали вытягиваться щупальца. Стив насчитал их пять штук — будто огромная рука ощупывала стекло, и ее движение становилось все более неистовым по мере того, как росло ее разочарование. Затем неизвестный отнял руку от стекла и набросился на них всей своей массой так, что стекло задрожало под ударами. Раз за разом они ужесточались, словно росла его красная злоба.

Со всех сторон слышалась адская дробь. Чудовище атаковало их отовсюду, и корпус корабля с трудом защищал трех пленников.

Они в страхе сгрудились в центре модуля. Счетчик Гейгера на приборной доске словно сошел с ума. Астронавты были в осаде и не могли ничего сделать для своего спасения. Им оставалось только молиться, чтобы хрупкая конструкция выдержала атаку.

Характер ударов изменился. В рассеянном шуме появился ритм, координирующий усилия, бьющийся, как тяжелый пульс, со всех сторон. Корабль задрожал.

Астронавты не знали, от ударов или от чего-то другого, но образцы минералов, которые они собирали, с грохотом затряслись. Внутри больше ничего не изменилось. Астронавты лежали в подвесных койках около стены. Стив как зачарованный проводил взглядом фляжку, которая подъехала от вибрации к краю стола и опрокинулась на пол. Крышка отскочила, и на пол вылилось красное вещество. Но оно не растеклось, а образовало комок и стало пульсировать в ритме движений за бортом корабля.

Стив перепугался.

— Это надо скорее выкинуть, — крикнул он. — Оно растет.

Желе, казалось, почуяло его страх, и стало более активным. Мягкая красная лапа шагнула в его направлении. Затем она поднялась и протянулась следующая. Желе явно направлялось к Стиву.

Майк отреагировал первым. Он схватил совок, который они использовали для сбора образцов минералов, и подставил его под желе.

— Откройте люк! — крикнул он. Но было поздно. Желе выпрыгнуло из совка на незащищенную кожу тыльной стороны его руки.

— Боже мой! Оно жжется! — закричал он. — Дверь!

Мак Манус пытался открыть замок. Когда он распахнул дверь, Майк протиснулся в отсек, отчаянно тряся рукой и пытаясь сбросить желе. Оно освободилось и шлепнулось на пол. В одну секунду желе образовало щупальца и приняло оборонительную позу.

— Смотри! — заорал Стив. Через шов внешнего люка просочилось довольно большое количество такого же красного вещества.

Они захлопнули дверь отсека и тщательно заперли ее. На руке Майка не осталось следа, но он жаловался, что она горит, как от ожога кислотой. Стив наложил антисептическую повязку.

Барабанная дробь утихла, как будто хозяин планеты наблюдал за событиями в модуле. Затишье длилось несколько минут.

Потом пол ушел у них из-под ног, незнакомец снова атаковал иллюминаторы, и поперек стекол протянулись длинные линии. Щупальца становились все плотнее. Где-то на крыше раздался глухой удар, как будто лопнула обшивка. Их начало сжимать в модуле, как горошины в стручке.

— Надо принести костюмы, — скомандовал Мак Манус. — Это чудовище обжигает кожу.

Они снова попытались открыть дверь. Внешний люк теперь уже был облеплен, и на крыше перекатывались волны барабанной дроби. Стив схватил костюмы и уже возвращался в кабину, когда с крыши ему на голову упал красный паук. Он швырнул в дверь костюмы и схватился за волосы. Они защитили голову от ожога, но когда он дотронулся до лепешки руками, ему пришлось отдернуть пальцы. На голове его была будто огромная раскаленная капля клея.

Стив старался избавиться от него, превозмогая боль, отдирал его руками, но комок продавливался сквозь пальцы. Наконец он швырнул его о стену, комок развалился, и Стив с ужасом увидел, что каждая из отдельных частей начинает жить собственной жизнью.

Его передернуло. Вернувшись в кабину, он без сил привалился к дверце люка, пытаясь восстановить дыхание. Стив чувствовал, что его руки облеплены паутиной.

— Что мы будем делать? — выдохнул он в отчаянии.

— Готовиться к взлету! — прокричал Мак Манус, беря на себя командование. — Но в первую очередь наденьте костюмы.

Пока они говорили, снаружи снова раздался страшный треск, будто корабль стягивали ремнями. Они с трудом забрались в костюмы в тесной кабине. Готовиться к старту в костюмах было тяжело. Подготовка требовала свободы движений для тщательной проверки оборудования. Но у них оставался единственный шанс.

Стартовый отсчет секунд, казалось, длился вечность. Но они обязаны были все проверить. Одна ошибка — и они навсегда останутся в марсианской пыли.

Майк отсчитывал показания приборов на своей панели. Стив смотрел на дверцу люка. Рукоятка замка медленно поворачивалась. Стив сполз с сиденья, взял один из образцов камней, которые они собирали, и заклинил стальную рукоятку, Вернувшись на место, он увидел, что усилие продолжает действовать, но крепление держится. На панели отозвалась серия глухих ударов, как будто кто-то бросался на дверь. Слышно было, как в тамбуре уже неистовствует красное желе.