Опeрaтoр Б - Эдвaрд Ли

- Если корпус непробиваемый... как мы можем установить радиосвязь с S-4? - спросил Венц.

- Счастливая случайность. Радиоволны проходят без видимых искажений. Мы установили стандартное радио "SINCGARS"... Вы голодны?

- Конечно.

Эштон расстегнула ремень безопасности и спокойно направилась к задней части корабля, несмотря на его огромную скорость и вращение.

Когда Венц не смотрел, она сунула в рот маленькую таблетку.

Спустя несколько мгновений она вернулась на своё место с двумя упаковками "MRE".

- Пища, готовая к употреблению, - Венц узнал зелёные обёртки. - У вас там хот-доги с фасолью?

- Может быть, сэр, - сказала она и передала ему пакет. - А ещё вы можете получить мою шоколадную плитку.

- Шоколадную плитку?! - воскликнул Венц. - Чёрт, в полевых условиях ребята продавали эти штуки за пятьдесят баксов! Вы не хотите свою?

Эштон передала ему зелёный целлофановый пакет с надписью «ШОКОЛАД, ОДНА (1) ПЛИТКА, СТО ЧЕТЫРЕ ГРАММА».

- Я не ем шоколад, - сказала Эштон в корабле, скорость которого, вероятно, превышала двести пятьдесят тысяч миль в час. - От нeго у меня появляются пятна на лице.

«« - »»

Последующие испытательные полёты оказались столь же безупречными. Венц полетел на Луну, двойную звёздную систему Альфа-Центавра, на Венеру. На Луне он вышел в открытый космос, проведя несколько ознакомительных сеансов в самом технологически совершенном «скафандре», известном человеку.

Вот это путешествие, - подумал он, поднимая пыль и вековой вулканический выброс на равнинах Аристарха.

Он поднял продолговатый камень, по форме напоминающий футбольный мяч; он бросил его и смотрел, как он исчезает.

Съешь мои трусы, Илай Мэннинг[22], - подумал он. - Где же ты?

«« - »»

На следующий день Венца допустили к миссии.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

- Я люблю тебя, - прошептал Венц.

- Я тоже тебя люблю, - горячо прошептала Джойс в ответ.

Его руки прижались к её мягкой плоти; её идеальная грудь покачивалась перед его лицом. Её красивое затемнённое лицо приблизилось, чтобы поцеловать его, и Венца унесло прочь. Его жизнь впервые была идеальной.

Когда он вошёл в неё, наслаждаясь её реакцией, он поднял руки, чтобы погладить её лицо...

И когда она увидела их - его руки, его изуродованные трёхпалые руки, блестящие от рубцов...

Она закричала.

Она закричала и поползла назад. Её начало рвать, когда она упала с кровати. Венц подскочил, пополз к ней, и в тот же момент дверь спальни щёлкнула, и Пит заглянул внутрь.

- Папа, что...

- Закрой дверь! - крикнул Венц, указывая на сына.

Пит тоже закричал, увидев руки отца.

Дверь захлопнулась.

Когда Венц посмотрел через край кровати, он увидел, что его жена превратилась в опухший, окровавленный труп. Глаза размякли и вытекали. Её кожа была сине-зелёная. Густая желчь текла с её некогда дерзких, теперь гнилых губ.

- Я ненавижу тебя, - проскрежетал труп. - Я ненавижу тебя, и твой сын тоже...

Когда Венц проснулся, его подавляло остаточное зловоние смерти.

Чёрт, - подумал он. - Это слишком реалистично.

Тикали настенные часы. Стрелка была на четырёх утра.

Четыре часа, - подумал он.

Он принял душ, побрился, надел служебную одежду. Он застегнул молнию на своих кожаных рукавицах. Когда он покинул свою каюту, казалось, что его шаги прерывает тишина. Тринадцатый уровень представлял собой белый лабиринт без крайнего предела. В конце концов, он оказался в хранилище ОВТС. Охранники в тени не двигались; Венц чувствовал себя одиноким, чего он и хотел. Он расхаживал по ОВТС, не столько смотрел на него, сколько на свою жизнь. Он думал о Джойс, он думал о Пите, он думал обо всём, чего ему сейчас будет не хватать, но потом вспомнил, что альтернативы нет. Никогда не было.

Тренировочные блоки и тестовые блоки теперь казались нереальными. Это были далёкие сны; они были похожи на истории, которые ему рассказали. Когда он попытался мысленно представить себе последние шесть недель... это был не он на месте оператора ОВТС. Это был кто-то другой. Мужчина из сна.

Но сегодня это не было сном. На каждой его руке было по три пальца. Это было реально. И через несколько часов он будет использовать эти руки - и те инстинкты, с которыми они связаны, - чтобы пилотировать инопланетный корабль на Марс.

Это было реально.

Венц уставился на ОВТС. Им приходилось перекрашивать его каждый раз, когда он на нём летал. Корабль выглядел нереальным с его краской в ​​виде песка пустыни сверху и вересково-синим цветом снизу.

Внезапно Венц не мог поверить ни в то, на что он смотрел, ни в то, что он собирался сделать всего через несколько часов.

Он посмотрел на свои часы...

О, чувак...

Оказалось, что двадцать минут превратились в четыре часа.

Было 07:58.

Дверь хранилища лязгнула и начала подниматься. Яркий белый свет залил ангар, и на нём появилась фигура совершенно чёрного силуэта.

Майор «Джонс» вышел из света.

- Генерал, вам пора идти в комнату подготовки. Время одеваться.

Венц слышал, как тикают его часы.

- Да уж. Думаю, это так.

«« - »»

В скафандре не было необходимости; ОВТС поддерживал безупречное давление в кабине 14,7 фунтов на квадратный дюйм или ровно 100 килопаскалей, что почти идентично земным условиям на уровне моря. Раньше Венц носил простой шлем-симулятор, так как Эштон сама контролировала радиоканалы "SINCGARS".

- Мне нужен шлем CVC, - сообщил Венц Джонсу, - для связи.

- Нет, не нужен, сэр, - ответил Джонс.

Ещё один силуэт показался из света перегородки. Это была Эштон, одетая в тот же коcтюм, что и Венц.

- Вы летите? - спросил Венц.

- Без обид, сэр, - сказала она. - Вы можете быть лучшим пилотом в мире, но, учитывая, что вам предстоит путешествие на шестьдесят пять миллионов миль, вам может понадобиться офицер связи.

- Круто, что вы со мной, - Венц протянул руку в перчатке к ОВТС. - Запрыгивайте!

Венц поднялся по трапу корабля. Он хлопнул по внешней пресс-панели. Верхний люк с шипением открылся.

- Давайте проверим, что эта инопланетная банка может, - сказал Венц.

«« - »»

- Чарли-Оскар, это Джона-Один. Запрашиваю разрешение на взлёт.

Люк наверху закрылся. Яркое небо сверкало впереди.

- Принял, Джона-Один. На