Звёздотрясение - Роберт Л. Форвард

Утесный Паук двигался по искривленному пандусу, благодаря которому его тело могло постепенно переключиться с гравитационного поля черной дыры в центре космической станции на поле крошечной сингулярности в центре четырехместного шаттла.

– Как идет работа, Тяжелое Яйцо? – спросил Утесный Паук.

– Как смазанный скороход, босс, – ответил Тяжелое Яйцо, совершая вертикальный взлет из углубления в зоне пусковой площадки. – Мы движемся куда быстрее графика. Три оборота назад мы остановились всего в ста метрах от высшей точки. Я велел бригаде Верховины привести себя в достойный вид перед церемонией торжественного завершения работ. Главный инженер говорит, что там будет целая уйма больших значков – и из Рая Светила, и из космических сил.

Утесный Паук отнюдь не горел желанием посещать очередной офицаильный прием, особенно если платить за такое мероприятие придется ему самому; но все это было частью их работы. Они причалили к полусферической люльке, расположенной у центра 50-миллиметрового диска, который был покрыт деловитыми рабочими, медленно достраивавшими его до огромной 200-миллиметровой платформы; впоследствии ее предполагалось оснастить невысокими стенками, разделяющими ярус на офисы и жилища операционной бригады, а также магазины и заведения общепита для пассажиров и туристов. Этот ярус был самым верхним из трех, составлявших платформу Верховины, где грузы и  пассажиры будут перенаправляться от Фонтана к другим космическим станциям и обратно.

Вместе с Тяжелым Яйцом они сползли со сферического шаттла на плоский ярус Фонтана.

– Все-таки приятно снова оказаться на ровной поверхности после стольких оборотов на кривых палубах, – заметил Утесный Паук.

– Понимаю, – согласился Тяжелое Яйцо. – Я никогда этим черным дырам не доверял. Как по мне, нет ничего лучше гравитации Яйца, даже если она слабее обычного.

– Когда будете достраивать платформу, проследи, чтобы твои рабочие остановились на отметке в сто метров, – предупредил его Утесный Паук. – На такой высоте гравитации Яйца все еще хватит, чтобы сохранить нашу целостность. Но если подниметесь еще на триста метров, то сила тяготения упадет до нуля…

– И вжух! Мы станем размером с людей.

– Скорее уж станем облаком плазмы, – заметил Утесный Паук. – Здесь, на Верховине, дела идут неплохо, давай-ка спустимся на лифте до среднего яруса.

Они направились к специальному грузовому лифту, зарезервированному для эксплуатационного персонала. Коврики перед дверью распознали подошву Тяжелого Яйца и пропустили их внутрь кабины. Остановившись на среднем ярусе, они переползли в просторный зал. Платформа под их подошвами вибрировала от энергии. Потолок вышележащего яруса не охлаждался для имитации неба и просто был выкрашен в серебристый цвет. Это немного помогало, но Утесный Паук, даже будучи опытным инженером, испытывал тревогу при мысли о нависавшей над ними конструкции.

Неподалеку раздался громкий лязг.

– Выбросы все еще случаются? – спросил Утесный Паук.

– По три-четыре раза за оборот, – ответил Тяжелое Яйцо. – Главный инженер велит нам собирать их и передавать в Контроль качества. С восходящим отражателем на платформе 200 были какие-то проблемы, но их уже исправили. Теперь Контроль качества говорит, что мы просто отсеиваем бракованные кольца.

Они приблизились к массивной трубе, которая вырастала из платформы, широкой дугой поднималась вверх, касаясь потолка, а затем шла вниз и снова вдавалась в пол, но уже в другом месте. Шесть таких труб симметрично располагались относительно центра платформы. В стоящем поблизости контейнере находилось светящееся от жара кольцо, подвешенное в магнитном поле. Молодая разнорабочая вылавливала кольцо при помощи крючка. Как только кольцо оказалось на платформе, она втянула манипулятор внутрь тела, чтобы охладить.

– Светильское дерьмо! – выругалась она. – Это глазососное поле-уловитель жжет, что надо!

Она не сразу заметила их приближение на шумном ярусе, но теперь увидела Паука и Яйцо одним из своих глаз. Она не знала, кем был этот незнакомец, но судя по висящему на его коже металлу, он наверняка входил в число важных персон. Она вытащила манипулятор, который все еще покалывало от боли, и подняла кольцо.

– Я доставлю это прямо в Контроль качества, босс, – сообщила она.

– Подожди немного, новичок, – остановил ее Утесный Паук. – Я хочу сам его ощупать. – Юная работница взглянула на своего начальника, который указал глазами в направлении платформы. Она опустила кольцо, и на него затек «большой значок».

Кольцо было довольно большим, в половину диаметра чила. Изготовленное из тщательно отполированного, стабилизированного монополями сверхпроводящего металла, оно представляло собой точнейшую деталь тонкого механизма. Когда такое кольцо подбрасывало вверх почти с полусветовой скоростью, оно испытывало колоссальные перегрузки. Любой дефект в его гладкой поверхности могу вызвать локальный нагрев и привести к потере сверхпроводящих свойств.

– Вмятин нет, но снаружи есть одна точка перегрева и микроскопическая трещина напряжения, – заметил Утесный Паук. Он сполз с кольца, после чего работница забрала его и унесла прочь. Затем Утесный Паук перетек к боковой части восходящей трубы и заглянул в смотровое окно. Освещенная сияющим металлом трубы – не выше комнатной температуры, – процессия холодных серебристых колец сливалась, создавая иллюзию твердой колонны, медленные волнообразные движения которой доказывали, что в действительности это живой поток. У самой поверхности кольца взлетали почти с половинной скоростью света, но поднимаясь все выше, замедлялись под влиянием колоссальной гравитации Яйца и слабого притяжения каждой из отклоняющих платформ. Но даже на уровне Верховины их скорость достигала отметки в одну двенадцатую скорости света.

Утесный Паук пристально посмотрел наверх, где виднелась черная пустота холодного магнита, который разворачивал кольца, направляя их обратно к поверхности Яйца. Какое-то время он внимательно наблюдал за движением колец.

– Поток довольно равномерный, – наконец, сказал он. – Думаю, в каждом ускорительном сегменте есть по кольцу.

– Во время последнего выходного оборота в Восхождении Скорохода управляющий наземным комплексом хвастался, что они добрались до отметки в три-одиннадцать.

– Твоя бригада прекрасно справляется со своими обязанностями, – заметил Утесный Паук. – Я бы хотел прокатиться вниз.

– У нас есть запасные лифты, – ответил Тяжелое Яйцо. – Я подготовлю один из них. У меня уже почти выходной, так что я вас отвезу.

Они спустились на лифте к нижнему ярусу. Здесь предполагалось разместить зону трансфера для пассажиров, поэтому потолок был черным, с имитацией звездного неба. Лифты Космического Фонтана поднимались на потоках колец не выше этого уровня, в то время как сами кольца летели вверх дальше, до поворотных магнитов, расположенных ярусом выше. Далее пассажиры и грузы попадали в лифты поменьше, которые доставляли их на верхний ярус, а основные подъемники