Сумерки человечества - Морис Лима

Оказавшись вдали от города с его ужасами, люди стали задумываться: что же вызвало бунт роботов?

То, что белые шары, будучи плодами человеческой изобретательности, благоволили к людям, снимало с них всякие подозрения в подстрекательстве. Корсон во всех грехах обвинял электронный Мозг - самый главный, тот, что находился во Дворце Мозга. Тьерри же не слишком верил в эту версию.

- Электронный мозг, - говорил он, - просто хорошо отлаженная машина, как, впрочем, и все другие, созданные человеческими руками. Ведь сам-то по себе отвлеченно он мыслить не может. Что в него заложено, то он и выдаст... Так же, как и все другие механизмы, даже если они могут делать отдельные виды работ лучше, чем люди. Они не могут мыслить, а тем более допускать какие-то экстремальные поступки. Машина есть машина...

Так они ни до чего и не договорились, и проблема осталась. Во всяком случае, её обсуждение пока отложили.

Оазис казался им раем. И все же Лео решил, что необходимо вести наблюдение за окрестностями, чтобы избежать любых трагических случайностей. Беспокоило то, что они не встретили обслуживающего персонала, который должен был бы находиться там для контроля за колодцем. Возможно, техников предупредили по радио, и они сочли за благо удрать без промедления к реке. Проще говоря, дезертировали.

Что до Инес и Тьерри, то они упивались окружающей их прекрасной обстановкой. С того самого момента, когда они решили соединить свои судьбы, они не могли позволить себе так великолепно отдохнуть. Постоянно поглощенные работой, они могли снять стресс только на спортивных площадках. Теперь же влюбленные постоянно находились вместе, обретя счастье на природе в окружении живых деревьев, трав и цветов, видя над головой настоящее небо, а не купол из силовых полей, который был раскинут над городом Калахари.

Теперь они могли часами просто прогуливаться рука об руку, не думая ни о чем и лишь испытывая нежность друг к другу. Прелестная примитивно-первобытная жизнь.

Инес нечем было причесаться, а Тьерри - побриться. Но разве это было важно? Никогда ещё Тьерри не находил свою невесту такой красивой, а она даже представить не могла, что он может быть таким обворожительным. Остальные, при общем согласии, оставляли влюбленных наедине. Они даже останавливали Тиано, которому частенько хотелось сопровождать сестру и её жениха во время прогулок. Его очень вежливо придерживали Лео и Тюпар. Оба инженера старались больше заниматься физическими упражнениями, укреплять мышцы. Кроме того, они постоянно пытались отвлечь Тиано от мыслей о случившемся, постепенно возвращая его к нормальному мальчишескому состоянию, заставляя забывать кровавые картины бунта машин.

Корсон, который был значительно старше всех, с улыбкой наблюдал за молодежью, грея на солнышке свое переутомленное и несколько одеревеневшее тело.

Так прошло несколько дней.

Все подробнее и четче прорабатывался план перехода через пустыню. В первую очередь заготавливались фрукты, которые Корсон сушил впрок. Из вещей решили взять сонорадар и лазер, ну и, конечно, излучатели.

Мужчины учились ориентироваться по солнцу и звездам, совсем как их предки. Вспомнили, что на пути к реке им должна встретиться старая нефтяная вышка с колодцем. Она практически не использовалась с конца двадцатого века. Добыча нефти давно уже была заброшена, несмотря на превосходное состояние сооружения. Люди использовали теперь только атомные двигатели, передавали энергию на расстояние с помощью лазера и вовсю пользовались чистой солнечной энергией. Все это сделало ненужным то горючее, на добычу которого несколько веков люди, поколение за поколением, тратили массу сил и золота, поливая все это совершенно напрасно человеческой кровью.

Тьерри надеялся найти там ещё один оазис, расположенный над тоннелем-каналом. В нем можно было бы провести ещё день-два, а затем уже направиться к реке. В сутки можно было делать километров двадцать-тридцать, учитывая состояние Инес и Тиано, да и Корсона тоже. Так что максимум за пять суток они доберутся до цели. А там останется только узнать, не бесчинствуют ли на берегах реки моботы.

Мало-помалу беглецы вновь стали обретать веру в себя. Разве не сумели они скрыться от столь страшного врага? Кроме того, простое и здоровое существование, абсолютно не знакомое им раньше, давало то, чего не хватало с самого рождения: силу для морального и физического сопротивления трудностям. Они чувствовали себя способными преодолеть все и не сомневались в результате.

Из-за жары не хотелось совершать резких движений, и настоящая жизнь маленькой колонии практически начиналась только на склоне дня.

Прошла уже неделя, как они выбрались из колодца на свежий воздух. Сегодня Тьерри и Инес по привычке устроили себе продолжительную сиесту пад пальмами среди кустов мимозы к югу от оазиса. Растянувшись рядом на траве, спокойные и расслабленные, они даже осмелились строить планы на будущее. Отказываясь верить, что царствование человеческое закончилось и наступили сумерки и закат, о которых говорил Лео, они болтали о своем счастье, мечтая, когда наконец смогут пожениться. Обсуждали судьбу Тиано, которого решили воспитывать, пока он не вырастет, а у них не появятся собственные дети. Объединив свои научные познания, они пытались постичь тайну биоботов, созданных человеком и тем не менее преподнесших ему же сюрприз...

- Инес!.. Тьерри!..

Они дружно вздрогнули от неожиданности. Это был голос Тиано. Ребенок бежал, не видя их сквозь листву, и в голосе его звучали нотки страха.

Мгновение - и они были уже на ногах. Стояла ужасная жара, и Инес, ещё не видя брата, откликнулась:

- Мы здесь!.. Не беги!.. Ты весь вспотеешь...

Но Тиано уже появился перед ними, пунцовый, весь в поту, задыхающийся и взволнованный.

Инес и Тьерри бросились к мальчишке, а он, задыхаясь, еле смог выговорить:

- Меня... Лео послал... Огонь... огонь...

- Огонь? О чем ты говоришь?

- В пустыне огонь, - наконец более или менее внятно выговорил Тиано, набрав в легкие воздуха.

Тьерри и Инес обеспокоенно и недоверчиво переглянулись.

- Успокойся, - сказала сестра, - и объясни членораздельно, что ты хочешь сказать...

И тогда наконец, окончательно отдышавшись, Тиано заговорил. Впрочем, многого он не знал. Оказалось, что Тюпар неожиданно заметил клубы густого черного дыма к северу от оазиса. Корсон же, проходя в это время мимо колодца, обратил внимание на то, что шум воды изменил свою тональность: из колодца доносились звуки глухих ударов, похожие на взрывы, и звучал долгий и продолжительный свист, как будто выходил пар.

Тьерри тут же взобрался на одну из высоких пальм. С того момента как они вернулись назад к природе, он научился этому. С высоты он бросил взгляд на север и вздрогнул.