Королевство слепых - Джордж Оливер Смит

— Но если отрицательная материя отталкивает, а не притягивает? — возразил Мэйджорс.

— Тогда, — просто сказал Кэрролл, — единственные массы, которые могут столкнуться с отталкивающей космической отрицательной массой — это те другие массы, которые обладают скоростью, соответствующей скорости убегания нормальной массы!

Мэйджорс выглядел задумчивым.

— Я понял, — сказал Мэйджорс. — Скорость убегания — это скорость, достигаемая любой массой при падении на землю с бесконечного расстояния. В пересчёте к любой массе, имеющей такую скорость в момент старта, не нужно больше прикладывать ускорение, чтобы она могла улететь на бесконечное расстояние, преодолевая силу тяжести. Понятно?

— Ага, — сказал Поллард.

— В случае отталкивающей массы — отрицательной массы — для того, чтобы любой другой объект мог ударить по нему, он должен обладать достаточной энергией, чтобы преодолеть отталкивание. Это было бы обратным эквивалентом скорости убегания!

— Отрицательная и положительная массы нейтрализуют друг друга?

Кэрролл кивнул.

— Это и порождает излучение Лоусона!

— Значит, все эти годы мы наблюдали, как в объекты с отрицательной массой попадают обычные метеориты.

Кэрролл покачал головой.

— Вы посмотрите на орбиту этой массы, — сказал он, — и вы обнаружите, что она должна ударить по Солнцу!

— Вы уверены?

— Я подозреваю это, — сказал Кэрролл. — Инопланетяне должны уничтожить нас, чтобы мы не уничтожили их. Таков их способ. Мы должны остановить эту массу!

— Послушайте, — сказал Мэйджорс. — Давайте сначала выясним курс этого небесного объекта!

— Всё так и будет, — сказал Кэрролл.

— Кэрролл, — возразил Мэйджорс, — почему вы так упорно обвиняешь инопланетян в том, что определённо является делом космического случая?

— Потому что это не космический случай, — огрызнулся Кэрролл. — И я ещё докажу это!

Глава 11

Пророки судьбы

Рита Гэллоуэй пришла по просьбе Полларда, и доктор рассказал ей о новых событиях. Она слушала с интересом и, наконец, понимающе кивнула.

— Так это, — спросила она, — и свело его с ума?

Поллард улыбнулся.

— Очевидно, не так ли?

— Не слишком очевидно для того, кто не до конца осведомлён о работе мозга.

Поллард снова улыбнулся.

— Извините, — сказал он. — Я думал, это просто. Возможно, дело во мне, но я попытаюсь показать вам, что механика разума так же логична в безумии, как и в здравом уме, или в простых причинно-следственных механических системах. Каким-то образом во время своих исследований излучения Лоусона Кэрролл наткнулся на истину. Он изучал её, поначалу не решаясь поверить в возможность отрицательной массы. Однако факты были налицо, и каким-то образом Кэрроллу удалось разработать систему физической математики, которая, в целом, подтверждала его точку зрения. Я не сомневаюсь, Рита, что если мы обнаружим какие-либо изменения в записях лаборатории Лоусона, то они будут сделаны самим Кэрроллом, который отказывался предавать огласке это странное дело, пока не будет уверен. Видите ли, Кэрролл знал, какая буря протеста поднимется, если какой-нибудь физик попытается обнародовать подобную теорию без определённых доказательств. Поэтому он скрыл её. Но продолжал тщательно изучать. И в ходе своих исследований он обнаружил, что эта отрицательная масса направляется к Терре.

Мэйджорс прочистил горло.

— Скажите, доктор Поллард, как вы делаете такие обширные предположения? Разве вы не похожи на классическое определение физика? Ну, знаете, человек с ограниченным разумом, который может перескочить от необоснованной теории к предрешённому выводу?

Поллард рассмеялась.

— Риты там не было. Но вы были. Вы обратили внимание, как быстро Кэрролл уловил суть? Один взгляд на фотографии, один взгляд на записи Лоусона и одна констатация факта — всё это соединено в абсолютное совершенство. Кэрролл знал, что его теория была ужасно слабой, а также понимал тщетность попыток остановить космическое тело, приближающееся к Терре. Это сочетание и привело его к галлюцинациям.

— Амнезия?

— Да. Всё это взаимосвязано. Абсолютно всё.

— Давайте, завязывайте, док.

Поллард кивнул.

— У него классическая форма шизофрении. За годы изучения он узнал, что всех нас ждёт неминуемая гибель. Это ужасно само по себе. Страшно представить, как кто-то рассказывает миру, что он только что обнаружил первую истинную и доказуемую связь между излучением Лоусона и концом Солнечной системы. Это всё равно что принести роковую весть.

— Не забывайте, — сказал Поллард и принялся загибать пальцы, — что Кэрролл, вероятно, подделал записи или, по крайней мере, не отразил в них правду. Подделал или сфальсифицировал. Это пункт номер один. Во-вторых, истинный шизофреник-параноик не может противиться механистической судьбе.

Он должен был найти в себе силы для борьбы, какой-то злой ум, с которым можно бороться. Ибо параноик чувствует, что в конце концов он может победить, что, конечно, было бы невозможно в случае механистического рока. Поэтому Кэрроллу нужно было какое-то ощутимое проявление этого рока, что-то, по чему он мог бы нанести удар, с чем можно было бы бороться. Поэтому он обвинил «инопланетную культуру» в фальсификации записей, чтобы помешать нам узнать правду.

Я попытался рассказать ему о многих других людях, которые утверждали, что открыли «гениальный разум», который относился к людям так же, как мы относимся к золотым рыбкам и морским свинкам. Я попытался спросить его, почему, если эти великие умы настолько всемогущи, что могут провести пятьдесят тысяч лет, наблюдая за экспериментами над человечеством, у них не хватило ума за это время покончить с единственным человеком, который мог бы причинить им неприятности. Это то звено, на котором спотыкается большинство Пророков Рока.

Он сделал паузу.

— Но Джеймс Форрест Кэрролл полностью оправдывает себя. Его объяснение было достаточно простым, чтобы звучать правдоподобно. Он просто утверждал, что, поскольку его разум был достаточно силён, чтобы противостоять их «лучам гипноза», они оставили его в живых, чтобы изучить его. Вы видите? Он настолько могущественен, что они не осмеливаются. Настоящая паранойя.

Итак, пункт третий. Кэрролл — блестящий человек с богатым воображением. Однако его образование физика удерживало его от осуществления многих безумных планов или действий, которые могли бы противоречить учениям современной физики. Поэтому он приписывает многие сверхнаучные чудеса технике «инопланетян». На самом деле ни один земной физик не поверил бы в их возможность. Например, сознание отвергает идею телепортации.

Но было ужасное побуждение. Он должен был предотвратить разрушение Солнца. Он верит, что может это сделать, изучив многое из науки инопланетян и обратив их же собственные уловки против них самих. В этот чрезвычайный период необходимо попробовать то, о чём ни один здравомыслящий физик даже не подумал бы. Поэтому он погрузился в галлюцинации, чтобы изобрести эту «науку» — потому что его сознание говорило ему, что это невозможно.

— Вам не кажется, что вы упускаете мотивацию? — спросил Мэйджорс.

— Вовсе нет, я просто