Часть 1 - Дуров Викторович

– Уже обращались? Так за чем дело стало? За деньгами?

Виктор непонимающе уставился на напарника.

– Ну, расшифровка нового языка миллионы может стоить, – объяснил Михаил.

– Деньги для пролазников не проблема, – ухмыльнулся Виктор. – Отнесут в мир лаптежников моток алюминиевой проволоки, а обратно – горсть изумрудов. Или с Короткого Копья мешок платины можно припереть, вообще бесплатно.

Виктор подождал, пока Михаил переварит эту информацию, продолжил:

– Так вот, этой лингвистке, ее, кстати, Инной зовут, уже один раз поручали расшифровку чужого языка, она управилась, получила мешок ушастых ежей. Но осталась недовольна, потому что ей толком ничего не объяснили, секретничают. Любопытная она, видите ли. Потому опять к ней обращаться рискованно с точки зрения той же секретности, может язык распустить. Просто от обиды. Вот и поступило предложение сыграть с ней в открытую. Они там ее психологию просчитали, говорят, что если поверит, никому не расскажет. Может, потребует доступа к сайту, или захочет сама в параллельный мир пролезть, но на молчанку согласится. Она же умная, понимает, что ее в психушку могут запихнуть.

– Так зачем дело стало? – спросил Михаил.

– За тем, что пролазники не любят рассекречиваться ни перед кем. Сейчас она никому ничего не скажет, но перед смертью может проболтаться, или дневники оставит. И ведь правильно они мыслят, логично. Опыт у них есть в этом плане, причем – отрицательный.

– Так надо ее покрепче втянуть, только и всего, – предложил Михаил.

Виктор задумчиво покивал.

– Вот и на сайте так решили. Предлагают связываться с ней не через Интернет, как в прошлый раз, а напрямую прийти. Вся секретность летит в глубокую шахту, но, раз решили играть в открытую, значит будем играть в открытую. И, между прочим, предлагают, чтобы к ней шел ты.

Михаил удивился.

– У тебя больше шансов внушить ей доверие и вообще правильную линию поведения выбрать, – продолжил Виктор. – У тебя чутье пролазника должно быть особенно развито. Они это из нашего отчета высчитали.

– Да я же с этим «ой» прокололся!

– Случайность, – непреклонно возразил Виктор. – Будь у тебя пару секунд на раздумья, ничего бы не случилось. А потом, после «ой» ты очень правильно действовал, как будто учился специально. И с картой ты отлично справился. Так что, возьмешься? Или слишком занят со своей иномирянкой?

– Вообще-то у меня есть девять дней свободных. Более-менее свободных, мы с Никой хотим через «Скайп» пообщаться, и на работу ходить надо, чтобы зарплату платили. Я же пока что за изумрудами к лаптежникам не ходил.

– Сходишь еще, – ухмыльнулся напарник.

Михаил ехал на маршрутке и припоминал вчерашний сеанс общения с Никой. Они поздоровались и долго рассматривали друг друга на экране. Ника покраснела и смущенно улыбнулась, как на фотографии, потом посерьезнела.

Первым заговорил Михаил:

– Из какого вы мира?

Ника ответила очень спокойно, серьезно:

– Мой родной мир называется Семь Камней. Вы знаете о нем?

Михаил знал. Он уже успел порыться на сайте пролазников, про Семь Камней читал. Название происходит оттого, что лазы в этом мире обозначены каменными фигурами, которые кажутся глыбами естественного происхождения, но на самом деле обтесанные, формы и расположение фигур одинаковые возле каждого лаза. Мир не слишком развитый, наука где-то на уровне девятнадцатого века, технология – еще раньше, но почему-то много достижений в медицине и математике.

Кроме того, на Семи Камнях все знают о пролазниках.

Еще Михаила заинтересовала принятая на Семи Камнях система власти: правитель страны назначает преемника.

Он рассказал об этом Нике, добавил:

– Ведь это же можно своего сына каждый раз назначать, или другого родственника. Получается обыкновенная монархия.

– В некоторых странах моего мира можно выбирать преемником родственника, – ответила Ника. – Хотя и там ничего подобного не происходит. Но в моей стране, которая называется Лагхагер, разрешено назначить преемником только человека, который не состоит в племени теперешнего правителя, и никогда не состоял в его холме. Холм, это объединение по профессиональной принадлежности. Человека из холма правителя, который правил перед теперешним, теперешний правитель тоже не может назначить. Хотя преемник может быть из племени предыдущего правителя. Кроме того, кандидатуру правителя должны одобрить главы племен, избранные представители холмов и духовные лидеры.

– Духовные это религиозные? – переспросил Михаил. Он об этом читал, но ему нравилось слушать голос Ники.

– Нет. Духовный лидер – это практикующий психолог, который пользуется большим уважением. Это очень старая традиция.

– Неплохо продумано, – одобрил систему Михаил.

– Нет, – опять возразила Ника. – Эта система тоже может работать плохо. В моей стране после назначения нового правителя, его зовут Ригити, он первым делом казнил несколько тысяч человек, среди них самых лучших из духовных лидеров и предыдущего правителя.

Михаил помолчал, пораженный. Потом спросил:

– Да зачем его было такого назначать?!

– Он был единственным, кого одобрило большинство глав племен, представителей холмов и некоторые духовные лидеры. Обычно у нас для избрания правителя требуется единогласное решение, но в этот раз оно оказалось невозможно, и был применен принцип большинства голосов.

Михаил даже покачал головой. Не надо быть спецом по истории, чтобы понять: страна после таких с позволения сказать выборов раскололась.

– И после этого он тех, кто голосовал не за него…

Михаил не стал заканчивать предложение и даже на жест не решился.

– И не только их, – ответила Ника, голос ее дрогнул. – Казнили даже тех, кто голосовал за Ригити. И, кроме того, многих простых людей. А потом он запретил людям из разных племен общаться друг с другом. Даже разрушил мосты и дороги. Кажется более логичным поставить на дорогах стражников, как делают здесь в вашем мире на государственных границах, но Ригити во-первых, не доверяет до конца нашей армии, во-вторых, хочет разделить племена навсегда. Это оказались очень плохие изменения, разрушилась система холмов. А когда племя Саяти пострадало от сильных дождей, им никто не смог помочь.

– Да уж, – только и смог произнести Михаил.

– В других странах моего мира ситуация еще хуже, – продолжила Ника. – В соседней с Лагхагер стране Лагхиас введена смертная казнь за любые нарушения правил. Даже за подозрение в нарушениях могут казнить. Если учесть, что у нас нет такой строгой юридической системы, как в других мирах, можно себе представить, сколько казнено людей. К тому же суд проходит тайно, обвиняемый не знает, что его судят. А потом ему неожиданно стреляют в живот, и запрещают другим людям ему помогать, пока он не умрет.