Сожгите всех! - Алексей Бессонов

– Прочешите усадьбы! – выкрикнул Андрей, когда пальба утихла. – Эмиль, возьми людей, пройдись по сараям, может, где-то кто-то еще остался.

– Да нет, ваша милость, отсюда мы всех вывезли, – хрипло сказал кто-то за его спиной.

– Я не это имел в виду. Эмиль, давайте! Только осторожно. Я буду здесь, – он махнул стволом в сторону добротного двухэтажного дома, сложенного из крупных серых блоков. В окнах здания горел свет переносных ламп; слышно было, как кто-то стонет, поминая всех по матери.

– Осторожно, – распорядился Блэз, оттирая Андрея в сторону. – Ребята, внимательно, знаю я эти штучки...

Несколько парней из его команды – судя по повадкам, бывшие десантники – стремительно подбежали к стенам здания и замерли, скрючившись под окнами первого этажа. Блэз приподнялся, заглянул в окно, потом поднял вверх палец. Один из его солдат быстро, почти на четвереньках, достиг распахнутой двери, дал туда короткую очередь и нырнул в голубоватый свет. Через минуту он появился перед разбитым окном.

– Нормально! – гаркнул он. – Есть один живой! Заходите!

Андрей вошел в переднюю, со стен которой клочьями свисала модная когда-то драпировка, и сразу же увидел заросшего бородой парня, лежавшего на полу. Глаза его были открыты, – и они смотрели на него с такой ненавистью, что Андрей ощутил жгучее желание порезать бандита на ремни.

– Где остальные? – спросил он.

Раненый с трудом провел языком по губам, отнял правую руку от бока – импульс прошил ему ребра и, наверное, зацепил легкое – и, согнув ее в локте, ударил по ней левой ладонью.

– Где, где, – прошипел он. – Сам знаешь...

Андрей ощерился, нагнулся над ним и резким движением вогнал большой палец в рану. Хватая ртом воздух, бородатый бандит выгнулся дугой, по подбородку потекла тонкая струйка крови.

– Где, я спрашиваю?

– Мы должны были собраться... здесь. Но их почему-то все нет и нет. Не могут... не могут найти Басю.

– А без него никак?

– А без него никто не знает, что делать дальше. А Бася, гад... пропал. Удрал, наверное.

– Яйца я ему отрезал, Басе твоему. Вместе с дудочкой его поганой – и накормил этим делом, чтоб не голодал, бедненький... Блэз, дострелите этого мерзавца. Черт возьми, нам нужно немедленно отходить. Если он не соврал и они действительно должны были собраться здесь, мы можем оказаться в западне. Обороняться лучше на холмах: здесь слишком много света. Давайте отходить. Где лейтенант Мазотти?

– Здесь я, док. – Сзади вынырнул Эмиль со стареньким излучателем на плече. – Нет там больше никого. Мы так... посмотрели. Нет, в общем.

– Хорошо, тогда возвращаемся. Оказавшись в укрытии за холмом, Андрей снова вызвал своих офицеров.

– Джентльмены, нам следует принять решение. Раненый сказал мне, что основная часть бандитов должна была собраться именно здесь, в Мельтере, чтобы атаковать потом Змеиный. Я допускаю, что в отсутствие Басюка многие командиры не решатся на это, а предпочтут убраться восвояси. Но кое-кто может и прийти. Идти они будут по восточной дороге – увидев их, мы можем поразить колонны с этой высоты. Что скажете? Может быть, есть смысл подождать здесь до рассвета?

– Через полчаса начнется туман, – сказал Мазотти – Им он союзник. Но и нам, в принципе, тоже.

– Эмиль, Мельтер будет гореть еще долго.

– Верно. И если мы увязнем с обороной, то сможем контратаковать их с флангов, как сейчас, – только бежать будет дальше.

– Да в конце концов, ваша милость, мы можем вызвать помощь из Змеиного.

– Хорошо. Стало быть, мы остаемся.

* * *

Утренний туман, опустившийся на холмистую степь, был густым, как молоко. Сидя в яме на вершине горы, Андрей смотрел на красноватое марево – так выглядел оттуда догорающий поселок. Рядом с ним, положив голову на блок наведения мощного стационарного лазера, дремал Блэз. Вокруг было тихо, лишь где-то далеко на болотах противно завывали бэрки – небольшие местные хищники, уже закончившие ночную охоту и чем-то, похоже, встревоженные. Наступил новый день, серый, сырой и противный.

Огоновский вытащил из пачки последнюю сигарету, клацнул зажигалкой и прислушался: ему почудилось, что где-то высоко в небе гудит мощный двигатель атмосферной машины. Он поднял голову, но сквозь низкие облака разглядеть что-либо было невозможно.

– Мазотти, – позвал он, – мне чудится или над нами действительно кто-то кружит?

Старый десантник, прикорнувший на ящике с боеприпасами, сел, помотал седой головой, потом с задумчивым видом поковырялся в ухе.

– Рекогносцировщик «Бэттл-М», – уверенно сказал он. – Высота примерно две тысячи. У него почти бесшумный движок, поэтому кажется, что он далеко. На самом деле он практически над нами.

– Разведчик? – поразился Огоновский. – Десантный разведчик? Но какого черта? Что, полицию стали вооружать армейской техникой?

Мазотти пожал плечами и принялся тереть глаза.

– А какая нам разница? Ваша милость, вы не считаете, что нам пора возвращаться? Дело уже к полудню пошло, никого нет и, наверное, не будет. Ушли они, вот что я вам скажу. Раз Басюк исчез, командовать некому. А без командира кто ж воевать-то будет?

– До полудня еще далеко, – возразил Андрей.

– Вы на часы-то посмотрите, ваша милость. Десять уже.

– Что? – поразился Огоновский. – Неужто я уснул?

– А вы как думали? Часа три носом сопели. Проклятая сырость, мать ее размать...

Андрей схватился за свою радиостанцию и вызвал Маркеласа. Ему не отвечали так долго, что он стал нервничать, – в конце концов в ухо ему загремел незнакомый бас:

– Кто говорит?

– Это Огоновский, – поспешно ответил Андрей. – Где Ник?

– Какой Ник?

– Как какой, черт вас побери! Шериф Маркелас, какой же еще!

– Шериф арестован. Я спрашиваю, кто это говорит?

Андрей недоуменно уставился на черную коробочку в своей руке. Что значит – арестован?! Кем?

– А это кто говорит? – нелепо поинтересовался он.

– Не ваше дело. Не засоряйте мне эфир...

– Кажется, там что-то происходит, – тихо произнес Огоновский.

– Что? – не понял Мазотти.

– А вот я и хотел бы знать, что...

«Господи, – подумал он, – господи, неужели они взяли Змеиный? А все я, все я... – от отчаяния Андрей сжал кулаки, – это все моя затея, будь она проклята!»

– Блэз, у нас есть толковый парень, который мог бы проникнуть в город и разузнать, что там творится? Такой, чтобы не привлекал особого внимания...

– У нас есть пара ребят, служивших в разведке, – отозвался тот. – Но что там, доктор? Чего вы так переполошились?

– Не знаю я, что там. Найди мне кого-нибудь, живо!

Пять минут спустя Блэз вернулся на холм с двумя мрачными и заспанными парнями, одетыми в гренадерские комбинезоны. У одного уцелели погоны мастер-унтер-офицера: вероятно, офицерский чин он не получил только потому, что война закончилась для него слишком рано. Если нижнему чину давали мастера, то производства в лейтенанты, как правило, приходилось ждать недолго. По статистике, двадцать пять процентов рядовых, начавших службу в первый год и доживших до последнего, уволились лейтенантами. Особо отмороженные получали желтую бахрому и раньше.