Космический старатель - Мюррей Лейнстер

Пыль и прочие обломки, оставшиеся от этой древней катастрофы и составляли теперь Кольца Тотмеса. Каждая частица тумана имела свою орбиту, также, как и более крупные тела свою. Каждая пылинка или летающая гора, такая, как Отдушина, мчались сквозь золотую пустоту по своим собственным неизменным дорожкам. Кольца Тотмеса напоминали кольца планеты Сатурн из Первой Системы. И само собой, люди нашли причину, чтобы рисковать здесь своими жизнями.

В случае с Тотмесом причина была проста. Разнообразные объекты, плавающие в кольцах, имели разный химический состав. Некоторые были осколками верхних пород некогда существовавших лун. Некоторые представляли собой куски железо-никелевой руды из коры разрушенных спутников. И местами можно было натолкнуться на осколки, состоящие из абиссальных наиглубиннейших пород в контакте с такими металлическими жилами. В некоторых абиссальных субстанциях содержались особые кристаллы. Эти кристаллы существовали только там, где имелись планеты или луны. И добраться до них можно было только там, где планеты или луны некогда пережили катастрофу и были раскрошены. Они напоминали по виду обыкновенный леденец, но по сути являлись самым дорогостоящим минералом в Галактике. Только благодаря им были возможны межзвездные путешествия.

Могучие песни кораблей, что достигали самой окраины галактического острова, были обязаны своим существованием особым свойствам абиссальных кристаллов. Они были необходимы для функционирования тяговых генераторов. Без них не существовала бы межзвездная коммерция, исчезли бы многочисленные колонии. Сама Земля превратилась бы в переполненную свалку, где люди не могли бы и шагу ступить, потому что их было бы очень много и всем не хватало бы места.

И вот на одном из солидных размеров осколке Колец Данн и Кииз обнаружили выход серой материнской породы, в которой очень часто встречались абиссальные кристаллы. Им уже удалось кое-что добыть. И теперь Кииз остался в куполе, чтобы охранять найденное сокровище и заодно добыть еще больше кристаллов, пока Данн вернется. Он оставался один, и это совершенно не нравилось Данну.

Он бросил быстрый взгляд на экран радара. Примерно в миле справа по курсу двигался осколок размером на экране в речную гальку. Не более полудюйма в диаметре - можно не обращать внимания. В трех милях слева плавал объект размером с кулак. Его тоже можно было игнорировать.

Потом вдруг защелкал детектор. Впереди таился объект гораздо больших размеров. Приборы уже проанализировали полученные данные и теперь предоставили право решения Данну. Какой-то объект, еще скрытый в тумане, двигался не в общем направлении осколков в Кольцах Тотмеса. Это была не скала, нет. По размерам это мог бы быть и корабль. И он тоже мог прощупать Данна радарным импульсом. В щелканье детектора Данну слышалось негодование.

Он что-то проворчал себе под нос. Данн проворно забрался в скафандр. При этом, пока он облачался в противопустотную броню, он не спускал глаз с приборов.

Высвободив из креплений короткорылую старательскую базуку, стрелявшую специальными капсулами-снарядами и применявшуюся для взрывного бурения и взятия проб породы, он вставил заряды в соответствующие места на поясе скафандра.

Еще раз быстро оглядев циферблаты приборов, Данн направился к воздушному шлюзу. Он присоединил к соответствующему зажиму страховочный фал. Потом закрыл внутренний люк и открыл внешний. Это была обычная процедура взятия пробы с осколка кольца, но одновременно человек, вооруженный базукой, и стоящий в проеме люка своего космоскафа мог представлять собою грозную боевую единицу.

Он вглядывался в сплошную мглу пылевого тумана, освещенного только далеким солнцем. Но вот вырисовался смутный силуэт, некая твердая масса, несущаяся в пустоте. Размерами эта неправильных очертаний масса вполне соответствовала космоскафу. Маленький кораблик - "мул" вполне мог бы за ней укрыться. Если правильно его спрятать.

До обломка оставалось две мили. Данн нажал на спуск базуки. Сделав три первых выстрела, он промахнулся. Крохотные снаряды унеслись в ничто. Здесь, где практически отсутствовала гравитация, они будут двигаться по математически прямым линиям. Когда до скалы оставалась всего миля, снаряд базуки попал в цель. В камне образовались трещины. Скала начала распадаться на мелкие осколки. В цель ударил второй снаряд, потом третий.

Скала словно превратилась в ничто, и теперь было видно, что за ее массой притаился космоскаф. Этот корабль "залег" в засаду. Очевидно он, вернее его владелец, засек эхо работы двигателей корабля Данна прежде, чем детекторы корабля последнего засекли его. Он успел вовремя заглушить двигатели и устроить засаду. Но теперь он превратился в массу-центр сотни осколков взрыва, разлетающихся во всех направлениях. И Данн, недвусмысленно дававший понять, что он может постоять за себя, не спускал его с прицела.

Незнакомый космоскаф ретировался, спасаясь бегством. Данн послал ему последний заряд из базуки и закрыл дверку воздушного шлюза. Открыв затем внутренний люк, он направился к пульту управления. О только что закончившемся инциденте он больше не думал. Не стоило слишком расстраиваться по этому поводу. Ведь это были кольца, и именно в то время, когда удачливые старатели-пустотники везут добытые кристаллы к кораблю-сборщику. И в этот период менее удачливые коллеги готовы пойти на самые отчаянные меры. Данн вычеркнул все произошедшее из головы. Но он продолжал очень тревожиться за судьбу Кииза.

Он изменил курс космоскафа. Он должен вернуться назад, но таким образом, чтобы ни один старатель в Кольцах не смог его выследить. Хотя бы тот же космоскаф, который он только что вспугнул из засады. Нельзя сказать, что многие из самых неприятных типов в Кольцах отличались чересчур воинственным нравом, нет. Но и все же космоскаф, который направляется к Отдушине в период прихода корабля-сборщика зачастую везет достаточно кристаллов, чтобы спровоцировать убийство или несколько.

Итак, Данн приближался к Отдушине. Периодически изменял курс своего корабля - каждый раз при этом он тщательно проверял, не ловят ли детекторы эхо работы двигателей другого космоскафа. И ни одни из космоскафов, которые он успел повстречать на этом отрезке пути не сделал попытки пересечь его курс - мудрое поведение, которое Данн целиком поддерживал.

Вскоре его коммуникатор поймал одновременно несколько жужжащих сигналов - это было эхо работы двигателей многих космоскафов. Это значило, что Данн приближается к цели назначения. Немного времени спустя он услышал голос, едва еще различимый. Голос весело приветствовал кого-то: